Я подошла и села на ближайший стул и принялась, как и всегда, вышивать цветы. Видимо, мои действия показались достаточно безобидными, чтобы перестать хотя бы коситься в мою сторону.
Позже мне опять «повезло» встретить двух магов во время очередной прогулки в парке. Оба держались с достоинством королей. А точнее, высокомерно глядели по сторонам. Лишь с принцессой поздоровались, следуя этикету.
Поздоровались жестами.
Почему-то не удивительно, что на этот раз они не решились говорить. Даже сами маги не хотели становиться открытыми. Но они умели создавать защиту для себя, правда, на такое способны были только несколько магов, объединивших силы, или сильный магистр. Очевидно, эти двое, что встретились нам, не достаточно сильны, чтобы создать покров даже вдвоём.
Один из магов, увидев меня, усмехнулся. Мне пришлось сделать вид, что я не заметила, что улыбка была волчья, и мило кивнула в знак приветствия.
Быть дурой. Быть дурой…
Я повторяла и повторяла это, продолжая тупо смотреть перед собой. Мы довольно быстро прошли мимо них. Никто не любил магов. Точнее, не любил втайне, а на виду всячески восхищался ими и высказывал уважение. Тут ничего не поделаешь. Они были сильны, и с этим приходилось считаться.
— «Хочу в комнату», — закапризничала принцесса и, к счастью, мы ушли из этого красивого снаружи, но развратного в глубине сада.
Я намеревалась наплевать на свои страхи и опять отправиться пошпионить. Мне нужно было знать, что происходит. На этот раз я не стала ждать вечера. Как только мы зашли в гостиную, и принцесса распорядилась подать угощения, я, потирая свои виски, сказала:
— Ваше Высочество, у меня что-то голова разболелась. Разрешите удалиться в свою комнату.
Стоило мне это произнести, как все глаза испуганно обратились на меня. Даже те фрейлины, что не очень хорошо понимали произношение, так же смотрели со страхом и ужасом. Кажется, я придумала не самую лучшую отговорку. Впрочем, если задуматься, их можно понять.
— Когда болит голова, это значит, что туда пытались пробиться, но не смогли, — начала я сочинять на ходу. — Охранный амулет прекрасно работает, но мне нужно восстановить силы.
Напряжение в комнате стало значительно меньше, и принцесса, которая выдохнула вместе со всеми, жестом отпустила меня. Мысленно отчитав сама себя за промах и похвалив за находчивость, я быстро дошла до своей комнаты и переоделась.
На этот раз я не стала бродить по жилым комнатам гостей и направилась прямо к королевским покоям. Попутно пытаясь определить, где именно остановились маги. Пробираясь через паутину, я вдруг услышала:
— …столько возможностей! — с раздражением говорил знакомый голос. Я замерла, мгновенно вспотев.
Что делают маги в апартаментах короля?
— Он хочет вас убить, а вы всё лелеете свои сантименты, — послышался голос другого мага. Самого противного. Того, что похабно разглядывал меня. Этот голос я, блин, никогда не забуду.
Я, подавляя дрожь, приблизилась к нужному «глазку» и заглянула внутрь. От того, что я увидела, мне стало ещё страшнее.
Четверо магов стояли в своих длинных синих балахонах, а напротив них в своём кресле сидел Его Высочество король Аскольд. Один. Без свиты и без охраны. Он как всегда был в расслабленной позе, но глаза его злобно сверлили взглядом мужчин напротив.
Вяло его руки складывались в слова.
— «Он всё ещё родственник».
— Как вы думаете, почему он так внезапно именно сейчас прибыл ко двору?
— «Нет!» — порывисто показал Аскольд.
Уверена, это равносильно королевскому рыку. Я отчаянно пыталась понять, что происходит. То, что речь идёт об Аллене, это бесспорно.
— Не забывайте, что мы печёмся о вашем же благе, — продолжил тот же маг уже более елейным голосом.
— «Нет!» — вновь махнул король. И понимай, как хочешь.
Я, пользуясь возможностью, рассматривала Аскольда. Мне его поведение ещё при первой встрече показалось странным. Он вёл себя с некой апатией. Будто ему нет ни до чего дела. Может, это последствия разгульной жизни? В конце концов, даже у королей бывает похмелье, особенно у молодых, которые уже прославились своими кутежами. Он даже сейчас, при, по сути, серьёзном разговоре, сидел на своём кресле полуразвалившись. Словно ему не было дело до представителей коалиции магов.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Я перевела взгляд на четверых мужчин, что безумно меня пугали.
При наших первых встречах у меня сердце в пятки уходило, и я не могла их как следует рассмотреть. Сейчас же, когда никто из них меня не видел, я могла себе это позволить. Маги были одеты в простую на вид, но при тщательном рассмотрении довольно богатую одежду. Синий балахон глубокого синего цвета с золотым шитьём по краям. Широкие рукава также были едва заметно расшиты. Вот смотришь, вроде одежда просто синяя, а потом лучик света, и всё отливает золотыми переливами. Ненавижу этих гадов, но надо признать, одёжа их завораживает.
Среди магов был один совсем юный. Я его помню. Нескладный, румяный и с ощутимым высокомерием в поведении. Это тот, что проявлял ко мне больше всего интереса, и, спасибо ему, назвал меня глупой. Да-да, спасибо за это! Ещё двое были среднего возраста. Про них могла только сказать, что один с бородой и пониже ростом, другой гладко выбрит и ростом повыше. Ну, а самый мерзкий и самый высокий с козлиной бородкой. На вид ему было около пятидесяти, но я так и не научилась определять возраст в этом мире. Вполне возможно, ему здесь только сорок, а то и тридцать с хвостиком.
И этот мерзкий старикашка смотрел на короля так, будто именно он в комнате самый главный.
— Не забывайте, кто вам помогал всё это вре…
От оглушительного стука даже я вздрогнула. Взгляд Аскольда испепелял. А я в очередной раз увидела сходство между братьями. Видать, оба пошли в отца. Хотя я покойного короля не знала, но всё же была наслышана о его вспыльчивом нраве и характере вообще. Недаром, несмотря на правила и протесты советников и так называемого высшего общества, он всё-таки взял себе в жёны покойную королеву Марию.
В данный момент его сын показывал такой же темперамент, и глаза его яростно горели. Это меня удивило знатно. Ещё минуту назад он был апатичным существом, а теперь же являлся воплощением мужественности и воли.
— «Я сказал не трогать мою семью!» — размашисто, но чётко показал он, подскакивая с места. После чего также яростно задвигал губами. Я на миг даже испугалась, но он не издал ни звука. Почему-то я уверена, что, если бы не его немота, я услышала бы пару матерных слов этого мира.
— Вы напрасно вспылили, — равнодушно произнёс старший маг. — Не советую вам спорить с нами. Не забывайте про то, что можете в одночасье лишиться нашей поддержки. Помните, ваши амулеты имеют свойство разряжаться.
Взгляд короля вновь помутнел, и он упал обратно на кресло.
— «Сам позабочусь о брате», — показал он всё такими же расслабленными жестами.
— Не затягивайте с этим.
Молодой король опять метнул в магов раздражительный взгляд.
— «Никто не отнимет мою корону. Ни Аллен!.. Ни вы!» — чётко показал он.
Я видела недовольство магов и видела раздражение и усталость короля. Но я никак не могла понять, что тут, блин, происходит.
Вначале казалось, что у магов на короля что-то есть. Потом казалось, что у короля на магов есть свой рычаг… Каждый словно вот-вот готовится цапнуть, но потом отступает, словно цапнули его… Что это было?
Но вот то, что я всё-таки поняла, мне совсем не нравилось. Получается, что нас с этой революцией уже раскусили. Ну или как минимум заподозрили. С каждым часом становилось всё хуже и хуже.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Четверо мужчин в мантиях после гневного представления развернулись и вышли из комнаты, даже не спросив позволения, как требовали правила приличия. Хотя они, наверное, могли себе это позволить. Мне было жутко интересно понаблюдать за королём, который неожиданно раскрылся с другой стороны. Но на данный момент он представлял для нас меньше опасности, поэтому я последовала за магами.
