Читаем без скачивания Галактический конвой - Билл Болдуин

«Горн-Хофф» взял чуть вбок, заходя для последнего удара. Брим выждал, а потом быстро сблизился с ним. Облачники до сих пор не замечали его! На всякий случай он сверился с приборами, потом сам осмотрел заднюю полусферу. Он не собирался повторять ошибку противника.

— Орудия готовы, — доложила Веллингтон.

— Понял, — отозвался Брим. — Всем приготовиться к предельному ускорению.

— Есть приготовиться к ускорению.

— Двигатели готовы, — доложил Урсис.

— Боевой форсаж! — приказал Брим., — Есть боевой форсаж! — рявкнул Урсис, двинув вперед рычаги. Крейсер рванулся вперед.

Брим думал о том, что творится сейчас на мостике «Хоффа». Однако Облачникам было уже поздно что-либо предпринимать.

— Дистанция две тысячи восемьсот и уменьшается.

«Непокорный» карающим мечом обрушился на Облачника с кормы. Брим прикладывал все усилия, чтобы удерживать крейсер на курсе — так швыряло его в волнах возмущенной гравитации.

— Две тысячи четыреста и уменьшается. Неожиданно из дюз «Горн-Хоффа» вырвались длинные языки изумрудного пламени, но было уже слишком поздно. «Непокорный» сближался с ним так стремительно, что Бриму пришлось приказать сбавить скорость, чтобы не врезаться в его корму.

— Удерживаю на прицеле, — доложил канонир. Брим снова покосился на приборы. Все чисто.

Теперь он сосредоточил внимание на Облачнике.

Пора…

— Две тысячи и уменьшается…

— Пли!

«Непокорный» тряхнуло — все девять его мощных орудий разом выплюнули огонь. Веллингтон и ее расчеты просто не могли промахнуться.

Правый борт Облачника точно вспороло консервным ножом. Правая башня вместе с аутригером оторвались, а из отверстия хлынули обломки и осколки льда.

— Вселенная! — выдохнул кто-то. — Вы только посмотрите!

— Так ему и надо, ублюдку! — слышались радостные голоса на мостике.

«Горн-Хофф» вильнул, потом выправил курс, хотя продолжал валиться на правый борт. Спустя несколько мгновений три его оставшиеся башни начали поворачиваться назад.

— Осторожно! — крикнул кто-то, но Веллингтон и ее расчеты были наготове. На этот раз огонь разлагателей сосредоточился на корме неприятеля, оторвав верхнюю башню, как детскую игрушку. В середине корпуса вспыхнул радиационный пожар. «Хофф» снова вильнул, и это сбило прицел его оставшимся башням, разрядившим свои разлагатели в пустое пространство.

— Приготовь гравитормоза. Ник, — предупредил Брим сквозь стиснутые зубы.

— Гравитормоза запитаны, Вилф Анзор, — спокойно доложил Урсис.

Брим улыбнулся, заметив, как на темном блоке индикаторов антигравитационной аппаратуры засветились два зеленых огонька. Рука его легла на клавиши тормозов. Внезапно «Горн-Хофф» заложил крутой вираж, а потом сбросил скорость, словно налетел на содескийский айсберг. Это была обычная тактика облачников на случай, если ситуация выходит из-под контроля, но Брим и Урсис успели к этому подготовиться.

Карескриец мгновенно убрал энергию с кристаллов, врубив гравитормоза на полную мощность. «Непокорный» вздыбился, как непокорный конь, скрежеща своим металлическим скелетом, но вражеский корабль все равно оставался под прицелом, и тяжелые разлагатели Веллингтон продолжали поливать его огнем. Тем временем Облачникам удалось дважды попасть в «Непокорный», оторвав пустующий в настоящий момент правый швартовый купол и влепив — без каких-либо последствий — прямой разряд в броню башни «А» прямо под мостиком. Однако на этом все и закончилось: обе вражеские башни замолчали; судя по всему, бушевавший на корабле пожар лишил их энергии. Правда, кристаллы главного хода действовали, но оторваться от преследования Облачники уже не могли, так что Брим без труда обеспечивал своим канонирам идеальные условия для стрельбы. Он подошел поближе и повел «Непокорный» параллельным курсом. С расстояния всего тысяча сто иралов Веллингтон послала залп прямехонько в одну из дюз вражеского эсминца. Из нее вылетели фрагменты кристалла и гейзер бешеной энергии. Облачник окончательно сбавил ход и пошел по кругу.

Под несмолкающий грохот разлагателей Брим еще раз оглядел заднюю полусферу — все чисто. Облачник впереди все замедлял движение. Получив еще одно прямое попадание, он наполовину выдвинул перья одного из атмосферных радиаторов, а из открытых люков и пробоин било зеленое радиационное пламя. Брим представлял себе панику, царившую на вражеском корабле, превратившемся в адское пекло.

Внезапно из кормового люка вывалились две спасательные сферы. Первая благополучно отделилась от него и исчезла за кормой. Второй повезло меньше. За ту долю тика, что отделяла ее от первой, «Горн-Хофф» дернулся как пьяный и зацепил ее крышкой люка. Вместо того чтобы благополучно миновать корабль, сфера ударилась о его искореженный борт, врезалась в растопыренный атмосферный радиатор, лопнула, и по меньшей мере двенадцать растопыривших руки и ноги фигур пронеслись мимо мостика «Непокорного» сломанными куклами. Одна врезалась в клюз на носу, превратившись в розовое облачко, а вторая разбилась о гиперэкраны прямо перед пультом Брима. Полное ужаса лицо Облачника еще долго стояло перед глазами у рулевого.

Теперь Веллингтон направила огонь разлагателей прямо в бушующий в машинном отделении эсминца пожар, и генераторы наконец взорвались. Брим с болезненной четкостью видел отдельно отлетевшие от корабля обломки, например, почти невредимый пульт управления, за которым волочилось пятьдесят иралов кабеля. На мгновение все люки и иллюминаторы гибнущего «Хоффа» вспыхнули, и все исчезло в огромном огненном шаре.

А потом «Непокорный» остался в одиночестве. Конвой виднелся вдалеке цепочкой зеленых точек.

— Неплохо сработано, — похвалила Коллингсвуд экипаж. — Очень неплохо.

Поворачивая крейсер вслед за конвоем, Брим улыбался: похвала Коллингсвуд стоила дорого.

Не прошло и цикла, как флагман дал отбой тревоге, и по меньшей мере на три следующие вахты «Непокорный» снова занял место в общем строю.

С облегчением, почти с наслаждением Брим передал управление Дженнингс и Вальдо, а сам уселся рядом с Урсисом на откидное кресло.

— Погано, — процедил он сквозь зубы.

— Погано… — кивнул медведь, покачав тяжелой мохнатой башкой. Других слов им на ум как-то не пришло.

«Непокорный» вернулся на свое место в ордере. За то время, что они обгоняли арьергард, Брим успел воочию посмотреть на результаты налета. Многие транспортные корабли получили серьезные повреждения. Один потерял целый кристалл главного хода и распорол левый борт от мостика до кормы. Совершенно невероятным образом он ухитрялся не отставать, используя два оставшихся кристалла. Другой лишился мостика, но управлялся из машинного отделения. Посмотрев на него поближе, Брим только покачал головой. Взрыв едва не разорвал корабль пополам. С таким корпусом его придется разгружать на орбите — если он вообще дотянет до порта назначения. После этого его придется списать — а ведь корабль был почти новенький. Брим поморщился: везде, куда бы он ни смотрел, виднелись неровные выхлопы из дюз, тлеющие радиационные пожары, обледеневшие от утечек воды и воздуха палубы и синие пятна временных запЛат. Урсис мрачно кивнул, глядя в гиперэкраны, потом повернулся к Бриму.

— Вот кто, Вилф Анзор, настоящие герои этой войны. Сражаться в бронированном звездолете под защитой разлагателей может каждый. Всегда надеешься на меткий выстрел или по крайней мере на толщину брони. Но встречать атаку «Горн-Хоффа», когда от «Швандоров» тебя защищает лишь пустота да тонкая обшивка, и при этом не покидать строя — такой героизм у нас на Содеске заносят в Большие Книги Доблести.

Брим не нашелся, что ответить. Он глубоко вздохнул и кивнул в ответ. Потом два друга молча смотрели в пустоту космоса, пока Вальдо ставила крейсер в общий строй.

Меньше чем через день, когда Брим, Фриц и Арам потягивали вино из кубков, уютно расположившись в кают-компании, на потолке негромко загудел зуммер, а по табло над стойкой Гримсби побежала надпись:

«Л-ТЫ ВИЛФ БРИМ И НИКОЛАС УРСИС. НЕМЕДЛЕННО НАМОСТИК… Л-ТЫ ВИЛФ БРИМ И НИКОЛАС УРСИС, НЕМЕДЛЕННО…»

Брим трагически заломил бровь.

— В случае, если я не вернусь, вы по крайней мере знаете, где меня искать. — Он поднялся, отставил кубок и, поспешив на мостик, опередил Урсиса всего на один тик, в результате оба пролезли в люк практически одновременно. Коллингсвуд и Колхаун сидели на откидных креслах в задней части мостика, часто использовавшейся в качестве импровизированного конференц-зала. «Непокорный» как раз шел мимо плотного созвездия, растянувшегося, казалось, на всю Вселенную.

— У нас со старпомом есть для вас одно рисковое предложение, — сообщила Коллингсвуд, не отрывая глаз от дисплея. — Да сядьте же вы, чего вы стоите. Надо решать немедленно.