Читаем без скачивания Последний ведьмак - Сергей Игоничев

— Слушай, подруга, ты, бесспорно, красива и, вероятно, умна, но я не ищу себе супругу. Увы. Мне бы остаться живым и желательно здоровым. Если поможешь, обещаю отпустить тебя на все четыре стороны. Ты будешь свободна. В отличие от всех остальных, кто завязан с вампиром. Их я планирую попросту уничтожить.

Вика протянула руку и неожиданно нежно погладила Владимира по щеке:

— Какой ты еще ребенок! Испугался за свою свободу? Напрасно. Я птица вольная и ни перед кем, будь ты ведьмак или вампир, прогибаться не собираюсь. Просто я умею быть благодарной. Согласись, свобода того стоит. — Она картинно вздохнула.- А если уж тебе не суждено вызволить меня из вампирских когтей, то и для меня такое существование будет не в радость, лучше умереть. Если, конечно, дадут.

Хоть опыт общения с созданиями мрака ограничивался книжными познаниями да видениями из жизни своих предшественников, Володя очень хорошо понимал мотивацию своей нежданной помощницы. Принадлежность к ведьминому отродью никого не делала автоматически приверженцем запредельной власти, которая давалась вампирам. Отнюдь, очень немногие чернокнижники вставали на путь живых мертвецов, предпочитая естественную смерть существованию вурдалака. И дело тут было не в щепетильности — в мире магии цель оправдывала любые средства. Просто, как полагал Володя, частица человеческой сущности, сохранившаяся в их колдовских душах, восставала против этого каннибализма, обряженного в ритуальные одежды. В этом был парадокс и противоречие, которое Владимир никак не мог понять, сколько ни пытался.

Если сравнить процентное соотношение чернокнижников, все же переступивших роковую черту некромагии, с теми, кто остался в рамках дозволенного, то выходила не такая уж мрачная картина. Количество выбравших жизнь «князя демонов» не переваливало одного-двух процентов от общего количества посвященных в таинства серьезной магии, и это при том, что многие из «законопослушного» большинства без всяческих душевных терзаний и мук шли на смертоубийство, сохраняя между тем людское обличье. Объяснить это брезгливостью практикующих магов Владимир не мог: ведь применяли они кровь младенцев для приготовления своих зелий, пили — и ничего, никого не рвало, никто не подвинулся от этого рассудком. А тут употребление в пищу теплой человеческой крови в обмен на обретение почти безграничной власти в мире демонов вызывало в них нешуточное неприятие и обструкцию. В этом было непонятное Володе противоречие колдовства, парадокс же был связан с обычными людьми, магией не помеченными, общением с демонами не измаранными.

Дело в том, что для достижения своих целей очень многие смертные, особенно власти предержащие, также не останавливались перед принесением людей в жертву. Называлось это по-разному: то крестовый поход, то святая война, то борьба с врагами народа или агентами вражеских спецслужб. Не в названиях дело. Все эти благие, с точки зрения правителей, деяния всегда и повсеместно сопровождались огромными людскими потерями, а цель всегда была одна — беспредельная, лучше, конечно, всемирная власть. Причем все эти «великие завоеватели», «великие кормчие» и прочие великие отцы нации всегда пытались обрести бессмертие или хотя бы отсрочить свою смерть на как можно больший срок, естественно, под предлогом невероятной ценности их, любимых, для своих счастливых народов. На отыскание рецепта «вечной жизни» во все времена тратились огромные суммы, привлекались лучшие специалисты как в области магии, так и в области официальной науки. Правда, вторые были бессильны в этом вопросе по определению, ну а первые… Первые, отжав из жаждущих вечной жизни солидные гонорары, либо испарялись вместе с золотишком, либо, если оказывались бездарными шарлатанами, тоже исчезали, но при активном участии обманутых в своих надеждах тиранов. Насколько Владимир был информирован, подобные попытки не прекратились по сей день, и многие, очень многие готовы были, есть и, вероятно, еще будут счастливы променять простые человеческие радости на свое вечное господство, хоть и в образе живого мертвеца. В этом заключался парадокс: люди, которых ведьмак защищал от всевозможной нечисти, добровольно стремились влиться в ряды этих созданий! Мозг ведьмака такие завороты загадочной человеческой души попросту не принимал, да и не понимал.

Размышления Владимира о загадках людской психологии довольно бесцеремонно были прерваны сидящей рядом ведьмочкой:

— Что-то ты у меня засыпаешь. Проснись, а то и свою, и мою жизнь проспишь!

— Да я не сплю,- встрепенулся Володя,- так, задумался о вечном.- Он достал сигареты, чиркнул зажигалкой, и только потом до него дошло, что он находится в чужой машине, с женщиной, а значит, по всем правилам этикета на курение нужно хотя бы для виду испросить разрешение хозяйки.- Я закурю?

— Кури, чего уж там.- Вика усмехнулась.- Табак не самое противное, что приходится мне иногда вдыхать. Причем моего желания спрашивать никто как-то не удосуживается.

— Что ты имеешь в виду? — Он пыхнул сигаретой.

— То и имею.- Ведьмочка явственно передернулась.- Мертвечиной в особняке у Ахмеда воняет! Хуже чем в морге! А уж когда веселое семейство надумает отобедать, кровищей прет, хоть из дома беги.

Разговор вновь принял нужный ведьмаку оборот. Он, конечно, не был знаком с секретами спецслужб, чьими профессиональными обязанностями как раз были штурмы укрепленных объектов, однако здравый смысл, помноженный на боевой опыт поколений, подсказывал ему направленность вопросов:

— Кстати насчет особняка. Можешь показать, где он находится? — Володя вопросительно посмотрел ведьме в лицо.- По пути и поговорим.

На секунду, не дольше, Вика задумалась, после чего решительно врубила передачу, рванув «тойоту» вперед под отчаянный визг покрышек. Запоминая дорогу, Владимир продолжал задавать наводящие вопросы:

— Охрана в особняке имеется?

— Да. ЧОП «Гранит».- Вика, не отрываясь, следила за дорогой.- Каждая смена человек двадцать, с автоматами. На ночь выпускают собак. Такие, знаешь, здоровенные, типа кавказцев, только называются по-другому. Вроде алабай или примерно так. Злые, словно черти. Недавно одного охранника, который ночью выскочил из сторожки…

— Понятно,- прервал ее Владимир. Он хорошо представлял, на что способны натасканные среднеазиатские овчарки.- Видеонаблюдение, надо полагать, тоже в наличии?

— Естественно.

— Где стоят камеры, случайно не знаешь? — Володя предчувствовал, что вопрос скорее риторический. Ну откуда обитатель особняка, не забивающий себе головушку обеспечением безопасности, может знать все места установки? Тем более если монтажом охранной системы занимались спецы, (как, наверное, оно и было), замаскированную камеру не всякий профи сразу «срисует». Но вопреки ожиданиям познания девушки в столь специфическом деле, как безопасность охраняемого объекта, оказались гораздо шире, чем можно было предположить. Если не сказать больше — Виктория в этом вопросе разбиралась гораздо лучше сидящего рядом ведьмака.

— Камеры стоят по всему периметру, запись идет постоянно. Кроме того, в лесу вокруг особняка тоже натыкали с десяток «глазков». Эти работают от датчика объема. Как только рядом с камерой появляется тело весом более сорока килограммов, датчик срабатывает, включает камеру и передает сигнал тревоги в караульное помещение. На место срабатывания тут же выходит тревожная группа из шести человек с собаками. Ну и помимо всего этого по всей территории внутри также постоянное видеонаблюдение.

Вика замолчала, всматриваясь в свет фар встречных авто. Владимир, пораженный осведомленностью своей попутчицы, смущенно молчал, не зная, как попросить растолковать ему некоторые нюансы только что услышанного. Например, что такое датчик объема и с чем эту штуку едят. Виктория, уловив повисшую в воздухе неловкость, взглянула на молчаливо сидящего ведьмака, усмехнулась уголком прекрасного ротика:

— Сразу видно — в охранных системах ты так же силен, как качок в балете. М-да… Ну ладно, не обижайся, попробую тебе попроще объяснить.

— Я и не обижаюсь,- буркнул смущенно Володя.- На обиженных хрен кладут и…

— …в задницу е…т,- продолжила насмешливо ведьма.

— Вот это да! — Изумление ведьмака было неподдельным.- Однако лексикончик у современных ведьм — уши сворачиваются!

— Ладно тебе прикидываться, тоже мне целка на выданье.- Вика откровенно хмыкнула.- А ты думал, Мамай со товарищами филологический факультет МГУ заканчивали? Пока их Ахмед не прижал, в манекенов не превратил, чего только не наслушалась. Ладно бы только слова. Они же, блин, каждый себя суперсамцом считали, которого любая телка просто мечтает обслужить со всем прилежанием. Козлы помойные!

В последней фразе легко читалась злость и неприкрытое презрение. Невольно вспоминалось, что девчонке пришлось немало натерпеться и через многое пройти, прежде чем она стала тем, кем стала. Один лишь Грозный, где погибли ее родители, а сама она каким-то чудом уцелела в этом кошмаре, одного этого хватило бы любому человеку за глаза. Да и дальнейшее проживание бок о бок с одним из самых страшных созданий, которые появляются на земле, тоже сладким вряд ли назовешь. Тем более дальновидный вампир в довольно короткий срок обучил ее колдовству и магии. Какими методами он это делал, оставалось лишь догадываться. Людишки, которые ее окружали в последние годы, были таковыми только внешне. Насколько можно было судить по рассказам Печерского, по занимательному досье, собранному бывшим подполковником, эта публика потеряла человеческий облик еще на заре российской демократии, отвоевывая свой кусок от государственного пирога. Так что судить свою помощницу за отсутствие галантного воспитания Владимир не собирался. К тому же были темы понасущнее, чем использование девушками тюремного фольклора.