И мне вдруг приходит идея того, что я подарю ему на день рождения- это будет моя любимая сказка из той жизни - " Маленький принц" и песня с таким же названием. Не знаю, вспомню ли я ее полностью, и есть ли в этом мире летчики и самолеты, пустыня и понятие о других мирах и планетах, но самую любимую фразу этой книги - " Зорко одно лишь сердце, самого главного глазами не увидишь" я обязательно повторю. С этими мыслями заходим в магазин.
Глава 33. "Ах, эти карие глаза!" или " Танцуют все!"
А в магазине нам очень рады, но и удивлены, с интересом рассматривают и коляску, и самого Андрюшу. Он тоже с удовольствием осматривается - все ему интересно. Его расположили за маленьким столиком, дали детские книги, и он был безумно счастлив и новым приятным людям, и впечатлениям.
Александр Филиппович и Клава переглянулись - по-моему, они поняли идею оборудовать отдельные места для детей, чтобы привлечь покупателей, ведь многие приходят за покупками семьями.
Надо им ненароком подсказать идею торговать не только книгами, но и канцелярией, мелкими игрушками - теми же мягкими куклами. И им хорошо, увеличится количество покупателей, и нам - будет постоянная торговая точка.
Нас знакомят с приятной молодой парой - это Сергей и Марина, они самоучки, но любят и умеют танцевать, хорошие знакомые Клавдии. Смотрятся они на контрасте очень красиво- он- высокий и статный, довольно крупный, и она- ему только по плечо, тоненькая, как тростиночка.
Посмотрим, что получится, но сначала повторим пройденное - и мы с Клавдией уже уверенно поем уже знакомую песню "Встречи".Клавдия делает проигрыш, я протягиваю руку Андрею, молодые люди становятся рядом и мы начинаем - шаг, шаг, поворот, переход, а теперь можно и немного по другому.
Пара рядом все схватывает сразу и у них прекрасно получается. Расходимся, меняемся партнерами- еще лучше, а потом я присаживаюсь за инструмент и даю возможность потанцевать Клавдии и Александру, которые, как я вижу, симпатизируют друг другу.
Теперь -" Утомленное солнце"- тоже неплохо, но явно одного пианино мало, тут так и просится аккордеон, духовые и ударник. Мы переглядываемся с Клавдией, и она понимает меня без слов и говорит как бы про себя и для меня:
- Надо искать еще музыкантов,- а я киваю в ответ.
Но вот еще проблема - а есть ли здесь какая-нибудь записывающая аппаратура типа граммофонов или их подобия. Надо об этом Андрея спросить.
А теперь новые песни, которые я уже передала Клавдии. Пожалуй, начнем с того, что полегче - песни из очень старого фильма моего времени, но живой и любимой долгие годы. Клавдия смотрит на меня и мы запеваем - я вторым голосом, она чуть выше, заменив только одно слово:
Как много юношей хороших, Как много ласковых имён! Но лишь одно из них тревожит, Унося покой и сон, когда влюблён. Любовь нечаянно нагрянет, Когда её совсем не ждёшь. И каждый вечер сразу станет
Удивительно хорош, и ты поёшь! Сердце, тебе не хочется покоя! Сердце, как хорошо на свете жить! Сердце, как хорошо, что ты такое! Спасибо, сердце, что ты умеешь так любить! (текст - Лебедев-Кумач В., музыка -Дунаевский И. )
Песенка всем нравится и под конец ее поют все.Поет даже Андрюша, видно, что он от всего в восторге. Подхватываю его аккуратно подмышки, ставлю его ноги на свои и потихоньку двигаю в танце, делая буквально несколько шагов. Но мальчик и этому безумно рад - он танцует, как большой, как папа!
Ну и напоследок на сегодня песня - "Черные глаза". Все устали, а эта мелодия медленная и спокойная, даст возможность расслабиться и отдохнуть. Сажаю ребенка и подхожу к папе, протягивая ему руку и глядя в его карие глаза - такие же, как у сына. Потихоньку пою, заменяя слово черные на карие, а Клава поет, как положено:
Был день осенний, и листья грустно опадали. В последних астрах печаль хрустальная жила. Грусти тогда с тобою мы не знали. Ведь мы любили, и для нас весна цвела. Ах, эти черные глаза Меня пленили. Их позабыть нигде нельзя — Они горят передо мной. Ах, эти черные глаза Меня любили. Куда же скрылись вы теперь, Кто близок вам другой? Был день весенний. Всё, расцветая, ликовало. Сирень синела, будя уснувшие мечты. Слезы ты безутешно проливала. Ты не любила, и со мной прощалась ты. Ах, эти черные глаза Меня погубят, Их позабыть нигде нельзя — Они горят передо мной. Ах, эти черные глаза, Кто вас полюбит, Тот потеряет навсегда И сердце и покой. (Автор слов: Александр Перфильев. Автор музыки: Оскар Строк.)
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Мужчина уже не робеет, он уверенно обхватывает меня за талию, прижимая к себе, глядит на меня. В его глазах и надежда, и ожидание любви, и затаенная грусть и воспоминание о былом счастье.
Я не хочу читать его мысли и закрываюсь от них своеобразным щитом - ага, оказывается, и так можно. Надо будет учесть, мало ли, вдруг есть еще такие возможности у других магов.
Я ведь так мало знаю про магию, да и не хочу особо знать. Мы ведь подробно уже не помним принципы работы электричества, просто пользуемся в свое удовольствие приборами, не вспоминая законы физики. Так и тут- помогает магия лечить- отлично, слышу я мысли людей, когда захочу- замечательно, а как и почему- это к ученым.
Песня заканчивается и все одновременно устало падают на стулья.
-Пить!- восклицает Клава,- и Александр Филиппович тут же приносит ей стакан воды.
- И перекусить не мешало бы, - задумчиво добавляет Сергей. Марина укоризненно смотрит на него, но и мы с ним согласны - танцы отнимают много сил и есть хочется.
А я про себя делаю заметочку - нужен бар с легкими коктейлями и закуски, похожие на канапе или разные нарезки по типу шведского стола.
- Где здесь поблизости небольшое кафе, ресторан?- спрашиваю я.
- Я, кажется, знаю. Тут у нашего сотрудника родственник держит маленький ресторанчик. Мы к нему раньше семьей ходили, там уютно и очень вкусно.
- Ты про дядю Толю говоришь? Пойдемте к нему- у него такое вкусное мороженое! Помнишь, мы с мамой ходили! А потом она заболела, - подхватывает Андрюша, но потом грустнеет.
-Ты разве это помнишь? Ты ведь был совсем маленьким,- удивляется отец.
- Там был такой смешной попугай, он всем кричал: " Пррривет"!
- Точно,- подтверждает отец.
А я понимаю, почему мальчик это вспомнил- ведь такое событие было последним ярким пятном перед последующей чередой грустных дней.
А старший почему-то смутился- видимо, вспомнил о былых временах и подумал, что я буду ревновать. Но ведь прошлое есть и у меня, и ревновать к нему глупо- оно уже ушло, как это не грустно.
Так что я одобрительно улыбаюсь Андрею-большому и подхожу к Андрею-маленькому. На столике лежит его рисунок - слегка прорисованные облики танцоров в вихре линий. Рисунок прекрасный, очень профессиональный и эмоциональный, и я невольно восклицаю:
- А вот и реклама к нашему салону. А назвать его можно " Школа танцев в книжном магазине". И тут же я вспоминаю веселую песенку про эту самую школу танцев, и переделывая на ходу, выпуская упоминание о неизвестном здесь Соломоне Шкляре- Пляре, начинаю наигрывать и напевать со ее своеобразным акцентом. Единственное, меня смущают слова "пропеллер" и "самолет", но последнее я заменяю "маголетом", надеюсь, такой существует, а первое вообще выпускаю:
Это школа при книжном магазине,
Школа бальных танцев, вам говорят.
Две шаги налево, две шаги направо,
Шаг вперед и две назад.
Кавалеры приглашают дамов!
Там, где брошка, там перед.
Две шаги налево, две шаги направо,
Шаг назад и поворот.
Кавалеры, не держите дамов
Ниже талии, вам говорят.
Это неприлично, негигиенично
И несимпатично, вам говорят.
Дамы, приглашайте кавалеров!
