быть, он без страха опрокинет отца. К чему это всё дерьмо смешалось в моей голове. Но шестое чувство подсказывало, что всё это не зря.
— Он сказал отцу, что напился и подрался в клубе, вот откуда у него синяк на всю морду и разбитый нос. — я еле выдавил из себя эту информацию.
— Отлично. Быстро сообразил, что за такой косяк его никто по головке не погладит.
Я внимательно смотрел на Хантера, но тот ничем не выдавал себя. Сообщим информацию об Эмили, он быстро съехал с темы, как будто не было этой минуты, когда в кабинете звучало её имя. Он словно вырезал этот отрезок нашего разговора и продолжает как ни в чем не бывало. Мне не оставалось ничего другого, кроме как принять правила этой игры. Хантер всегда выигрывает.
— Но отец уже успел с утра наорать на меня, что я не следил за ним. Вот ведь засада, бил его ты, а попало мне.
— Что? Обидно? Меняемся местами, в детстве было всё по — другому, да, малютка Ортон?
— Заткнись! — ответ без злобы. — Так что мелкий засранец ещё отгребёт от тебя, я всё верно понимаю? Это ещё не конец? Хочешь преподать ему ещё один урок из серии — «женщин не бьют»?
— Ты что плохо знаешь меня.? Я разберусь с ним по — своему. Он извинится перед Эмили. Она не сделала ничего, чтобы привело к этому срыву.
Вот это уже интересно.
— И как ты себе это представляешь? На колени его перед ней поставишь?
— Если надо поставлю.
Уверенный кивок.
Меня всё больше напрягало поведение Хантера. Слишком уж непривычно. Ко всем женщинам после смерти Софи он относился, как к пустому месту, просто трахал их и всё, а тут вдруг завёлся. Заботится о ней. Жить ей негде. Бедняжка одна в городе. Ни в чем не виновата. Бьёрна заставит встать на колени. Что — то мне не нравилось во всем этом.
— Тебе понравилась Эмили? — напрямую спросил я. — Поэтому ты оставил её?
Мягкая полуулыбка на лице брата напрягала.
«Он думает о ней» — понял я.
Но тут же всё вернулось на круги своя. Беспристрастное лицо и грубоватый голос:
— Ты хочешь знать, хотел бы я её поиметь? Да, хотел, но не буду. — Хантер качнул головой. Тяжело вздохнул, словно внутренне не был согласен со своими словами.
Он замолчал. Ещё один тяжёлый вздох. Плотно сжатые губы. Он как будто сдерживал в себе что — то. Опустив глаза в пол, он почти прошептал грубоватым голосом. Как будто не хотел это произносить…
— Она как бурная река. И мне нравится это.
— Что? В смысле?
Что за бред он городит. Это бесило меня.
— Я не могу объяснить тебе, какого это, когда я рядом с ней. Или она рядом со мной. Это как гореть в огне. Она сметает рамки. Не понимает опасности, у неё нет страха и она смотрит на меня не так, как вы — начал было брат, но резко оборвал себя — Но нет, нахрен, это уже не для меня!
— Она ничего не знает про тебя — вот в чём дело, Хантер. Не знает кто ты и что было у тебя в прошлом. Для Эмили ты чистый лист.
— Знаю — буркнул брат — Но она такая живая и от неё так вкусно пахнет…
— Вкусно пахнет???
Ревность, грёбанная ревность, вот, что захлестнуло меня с головой. Я слышал, как заскрипели зубы, мышцы напряглись, бешеная пульсация в висках отдавало болью, и я непроизвольно сжал кулаки.
— Влюбился что ли? — я почти выдавил из себя эти слова, внешне сохраняя ледяное спокойствие. Это было нереальное ощущение злости и любопытства узнать больше.
— Что бы это не было, ничего не будет, запомни. Не хочу ломать ей жизнь. После меня, как после потопа. Ты и сам знаешь.
— Так лучше для всех, Хантер. Для неё в первую очередь. Не нужно делать её жертвой собственного минутного желания. Или… — то тому, как он промолчал в моей голове, зародились сомнения — Или это что — то большее, чем желание её поиметь?
Хантер оскалился.
— Всё, закрыли эту тему. — брат рубанул рукой в воздухе, показывая, что разговор об Эмили закончен — Ты звал меня только ради этого?
Я всё ещё пытался справиться с внутренним напряжением. Хантер что — то скрывает и это связано с Эмили. Мне не понравилось, как его голос менялся, когда он произносил её имя. В его суровой злой речи лишь на секунды проскакивали нотки заботы и благовеяния, при произношении её имени. И пахнет от неё приятно и нравится её взгляд. Мне тоже нравится! Почему — то впервые в жизни хотелось врезать старшему брату. Бред. Сердце глухими ударами отдавало в голову, пульсируя в висках.
Повернувшись к Хантеру спиной, чтобы он не увидел моего растущего гнева, вцепился в спинку стула, пытаясь сдержать агрессию, но всё же не выдержал
— У вас что — то было? Ты должен сказать.
В голосе был открытый приказ. Мне нужно это знать!
— Да тебе то? Что с тобой? Почему это так волнует…
Я, не осознавая того, взмахнул от злости кулаком и шарахнул со всей силы по столу. По стеклу побежала трещина.
Неожиданно дверь распахнулась. На пороге моего кабинета стоял наш Картер. Его взгляд сначала метнулся между нами. Отцовским взглядом пытался выяснить, а не собираемся ли мы драться прямо здесь и сейчас. Потом его взгляд упал на стол, и его лицо покраснело.
— Какого хрена тут происходит? — гаркнул Картер.
За его спиной маячила моя секретарша Бри. Она умоляюще заглядывала в мои налитые кровью глаза. Девушка не успела мне сообщить, что сюда идёт Картер.
— Ничего — прошипел я. — Зачем пришёл?
— Это блядь моя компания, прихожу куда и когда хочу. Хантер, идём со мной.
Один кивок в сторону двери. Уверенность в своих словах так и сквозила в нём. Как можно быть таким уверенным всегда на все сто процентов в себе от начала и до конца⁈
— Мы ещё не закончили — попытался возразить я.
— Закончили — отрезал отец и вышел из моего кабинета, исчезая в приёмной.
Хантер повернулся ко мне спиной и последовал за отцом.
— Я приеду к тебе? — вдогонку спросил я.
«И увижу её!» — свою мысль я скрыл.
— Приезжай. Мы договорим. — брат вышел, не обернувшись.
Я злился. Какого хрена всё накатило разом. Наплевать. Я схватил пиджак, мобильный со стола и вылетел пулей из кабинета
— Бри, закажи мне новый стол — бросил я своей секретарше, проносясь мимо. — Меня
