— Это не угроза, но думаю, что не последний, — произнес Чан и кивнул на дверь. — Пойдем, наша станция.
Девушка ухватила Чана за рукав и кое-как протиснулась за ним к двери. Как только они добрались, вагон затормозил у станции, и парочка вывалилась в поток людей.
— Там всегда так? — спросила Юми, когда они вышли на улицу.
— Нет, но часто, — кивнул парень, оглядываясь по сторонам. — Сейчас час пик, поэтому так людно. Все едут домой с работы, всем куда-то надо.
— И на дорогах пробки, — вздохнула Юми. — У нас действительно получилось быстрее, чем на машине.
— Не так комфортно, но ты права, — кивнул Чан и развернулся к Юми. — И тут нет водителя.
— А причем тут он? — удивленно взглянула на него Нам.
Чан улыбнулся, поправил прядь волос девушки и поцеловал в губы.
— С ним нельзя так делать, — произнес он отстранившись.
Юми слегка покраснела, подалась вперед и еще раз поцеловала парня. Тот расплылся в улыбке и произнес:
— Надо обзаводиться собственным транспортом.
— Надо бы… куда нам теперь, кстати?
— Пойдем, — кивнул ей в сторону виднеющегося частного сектора. — Нам минут двадцать пешком.
Чан взял за руку Юми и спокойно пошел по улице с довольной миной и счастливым сердцем.
Ребята прошли по улице пару километров, несколько раз свернули и выжидали шесть светофоров, прежде чем подошли к неприметному дому. Двухэтажный, серые фасады, с виду, как все в этом небольшом районе.
— Это здесь? — спросила Юми с сомнением. — Не похоже на дом кинокритика.
— Судя по адресу, да, — задумчиво произнес Ан и открыл вызовы на телефоне. — Контрольный звонок. Если опять не ответит — точно придется идти.
— Ты уже шесть раз звонил, — задумчиво произнесла Нам. — Думаешь, в седьмой повезет?
— Попытка — не пытка, — пожал плечами парень и вызвал номер.
Длинные гудки продолжались один за другим, но трубку так в итоге никто и не взял.
— Может он заболел? — вздохнул Чан, убрал телефон и пошел к дому.
Юми пристроилась сзади, чтобы и присутствовать, но при этом не отсвечивать.
Ан же подошел к воротам и нажал на кнопку домофона. Послышалось мелодичное треньканье, но не успело оно закончиться, как дверь дома открылась, и через калитку из стальных прутьев парень заметил разъяренную женщину, что выскочила из дома.
— Коха! Коха, да постой же ты! — выскочил за ней мужчина. — Ты не понимаешь, что это бред⁈ Кто она и кто я?
Женщина резко остановилась, и развернувшись, прошипела разъяренной кошкой:
— Она — похотливая шалава, а ты — престарелый кабель!
— Да постой же ты! — попытался подойти к ней мужчина. — Я понятия не имею, что ей от меня надо было! Правда! Дорогая, ну ведь это же…
— Даже не смей лгать! Слышишь⁈ Не смей! — дрогнувшим голосом произнесла женщина, сжала губы в тонкую полоску и взглянула на мужчину глазами, которые начали стремительно набирать влагу.
— Солнце… я перед тобой, как открытый лист бумаги… — сделал шаг к ней мужчина, разведя руки в стороны. — Между нами ничего не было…
Женщина мотнула головой, не спуская глаз с мужчины, а затем дрожащим голосом произнесла:
— Если ты и бумага, то только туалетная…
Развернувшись, она направилась к калитке к приехавшему такси. Вытирая на ходу слезы, она села в него, и такси тут же тронулось, оставив кинокритика наедине с Чаном и Юми, что стали невольными свидетелями.
Мужчина вышел на дорогу, смотря вслед уезжающему автомобилю. Парень с девушкой переглянулись, после чего Ан произнес:
— Простите, господин На Ро Ги?
Мужчина стоял секунды три неподвижно, никак не прореагировав на слова парня.
— Я из комапнии Ебашикаши Сукотот. Я по поводу премии актер года… — начал было Чан.
— Убирайтесь… — тихо произнес мужчина.
— Что, простите?
— Валите к чертовой матери отсюда, — уже более громко и с угрозой произнес кинокритик, развернулся, и осунувшись, направился в дом.
— По-моему, мы не вовремя, — тихо произнесла Юми.
— Да… да, наверное, мы не вовремя, — кивнул Чан. — Думаю, его мы оставим на потом…
Ребята немного молча постояли, после чего Юми осторожно спросила:
— Что теперь?
— Ну, на сегодня все. Могу довезти тебя до дома на общественном транспорте… Если он к вам ходит.
— Как-то рано еще. Может, в кафе?
— Можно, но… Сейчас вечер…
— И?
— Можно сходить к торговому центру Лоффи Плаза.
— Зачем? Там же, вроде… дешевые магазины.
— А еще улица еды, — кивнул Чан. — Как-то проезжал там.
Юми задумчиво нахмурила брови и спросила:
— Это, типа, уличной еды? И как? Там вкусно?
— Понятия не имею. Раньше было не по статусу, потом не было денег, а после времени, — пожал плечами Чан. — Когда-то же надо это попробовать?
* * *
Чхе Дон Гиль вышел из припаркованной машины у здания министерства и огляделся. Никого подозрительного он не заметил, поэтому спокойно переложил дипломат в другую руку и направился в сторону здания.
— Развели шпионских боевиков, — недовольно проворчал он, подходя к зданию.
Последние несколько дней постоянные передачи монет начали изрядно раздражать. Причем это происходило почти всегда неожиданно, а от этого раздражающе.
Мужчина подошел к крыльцу, резко оглянулся в поисках школьников в форме школы Дайвегу, а затем медленно повернулся.
— Здравствуйте, господин Чхе Дон Гиль! — с улыбкой произнес парнишка лет тринадцати на вид и протянул монетку. — Я слышал, вы строите башню из монеток…
— НЕТ!
