– Нет, он и еще несколько человек остались.
– Почему же они не покинули Маттияр?
– «Подсы» разрешили им остаться, – просто ответил Камингс, поигрывая массивной золотой печаткой.
Такое объяснение не показалось Пулитцеру бесспорным, однако он хотел услышать продолжение.
– Итак, мистер Камингс, люди покинули планету, и что было дальше?
– Это были уже не люди. «Подсы» изгнали из них лихорадку и улетели с Маттияра внутри этих людей, сделав их сото.
– А почему же «подсы» убили остальных? Почему не всех превратили в сото?
– Они пытались, – грустно произнес Камингс, – но у них поначалу ничего не получалось. А когда наконец они научились изгонять лихорадку, в живых осталось только четыре сотни прибывших...
– Ну хорошо, мистер Камингс, допустим, посетив Мат-тияр, эти люди превратились в сото, а как стали сото остальные, если я не ошибаюсь, около миллиарда инфицированных?..
– О, для «подсов» это не проблема, всего за один час они могут сделать миллион копий.
– То есть они быстро размножаются? – уточнил Пулитцер, с трудом удерживаясь в системе простых объяснений, какими пользовался Камингс.
– Нет, они не размножаются в том смысле, в котором это понятно нам – людям. Они просто копируют самих себя.
– Не могу сказать, что я с этим согласен, мистер Камингс, – солидно произнес Пулитцер, пожевав губами.
– «Подсы» ни у кого не спрашивают согласия.
– Я не с «подсами» не согласен, мистер Камингс, я не согласен с тем, как вы это преподносите. Вы несете чушь.
– Но ведь вы сами просили меня рассказать, – удивился гость.
– Ну, это, конечно, так, но дело в том... – Профессор замолчал, и до него вдруг дошло, что это он говорит бессмыслицу.
Из далекого-далекого детства всплыла фраза его мудрого отца: «Не ходи учиться, Джордж, пока не поймешь, что это тебе действительно необходимо. Помни, образованный дурак во сто крат опасней неученого».
Почему-то Пулитцер принял эту фразу на свой счет, и ему неожиданно стало стыдно. Стыдно за то, что мечтал о звании академика, за интриги против коллег и за скрытое неуважение к тем, кто стоял по рангу ниже его.
– Если вы плохо себя чувствуете, мы можем продолжить в следующий раз, – учтиво предложил мистер Камингс. – Я еще пробуду здесь какое-то время.
– Да, пожалуй, так мы и сделаем, – поспешно согласился Пулитцер. – Так и сделаем...
42
Настоящий лесной воздух с запахами трав и цветов пахнул в лицо Кларку, едва он вошел в купе первого класса. Это были лучшие места, которые могла предоставить компания «Спейс-эйр басе».
– Садитесь сюда, сэр, это место еще не выкуплено, – сказала бортпроводница, одаривая Эдди ни к чему не обязывающей профессиональной улыбкой. – После старта мы с вами пройдем в кассу, и вы оплатите билет. А пока располагайтесь. Багаж, я так понимаю, вы уже сдали?
– Нет, к сожалению, мой багаж потерялся на одном из рейсов «Аэрмайн». – Чтобы вызвать доверие, Эдди специально назвал компанию-конкурента. – Теперь путешествую налегке.
– О, у них такое случается! – с готовностью подтвердила бортпроводница. – У нас – никогда!
Произнеся эти слова, девушка воинственно мотнула головой, и Эдди попятился, опасаясь, что она его боднет. Однако все обошлось, и стюардесса покинула купе, оставив Эдди одного.
Он прошел ближе к иллюминатору и сел на широкий роскошный диван, который теперь считался его местом. Напротив, через стол, находился точно такой, только немного другого цвета.
«Надеюсь, мой сосед не окажется занудой», – подумал Эдди и глубоко вздохнул.
Пока все шло нормально, но лайнер находился в порту, и основания для беспокойства еще были.
Неожиданно дверь резко распахнулась, и на пороге появилась соседка по купе. Это была женщина лет тридцати, со слишком широкими плечами и настороженным, изучающим взглядом.
– Добрый день, мисс, – улыбнулся Эдди, еще не зная, повезло ему с попутчиком или нет.
– Здравствуйте, – без особой радости ответила соседка, вошла в купе, притворила за собой дверь. Затем бросила на свой диван большую дамскую сумку и, протянув Эдди руку, представилась: – Джейн Остер.
Эдди учтиво поднялся и пожал даме руку.
– Билл Кастелано, – представился он именем, написанным на одной из его кредиток.
– Сразу расставим все точки над "i", мистер Кастелано, – не выпуская руку Кларка, произнесла мисс Остер. – Так получилось, что именно вы попались мне в попутчики. И то, что мы разного пола, еще ничего не значит.
– Согласен.
– А раз согласны, то попрошу без слюнявых специфических улыбочек и масленых глазок.
– Договорились, – серьезно кивнул Эдди.
– Тогда все в порядке, Билл.
Мисс Остер разжала свою клешню, и Кларк почувствовал, что его кисть немного побаливает.
Затем соседка сняла замшевую куртку и осталась в спортивной майке, только подчеркивающей ее физическую мощь.
В это время шаттл слегка качнулся, и Эдди понял, что они выруливают на взлетную полосу.
– Играете в шахматы, Билл? – спросила соседка, садясь к столу напротив Кларка.
– Так, самую малость, едва умею двигать фигуры, – соврал Эдди. Ему не хотелось быть слишком заметным и оставлять за собой шлейф из своих пристрастий и привычек. Такие вещи хорошо запоминались свидетелями.
«Ах да, вспомнила, он любит играть в шахматы!» – примерно таким могло быть заявление бортпроводницы, той самой, которая бодалась головой.
– Тогда, может быть, карты? – предложила соседка.
– Тоже – совсем немного.
В этот момент рев двигателей стал нарастать, и лайнер, ускоряясь, покатился по взлетной полосе.
За окном замелькали постройки порта, ожидавшие на стоянках суда и грузовики с тяжелыми цистернами и шарнирными манипуляторами. Все это теперь проносилось мимо и пропадало где-то позади, среди множества других эпизодов из прошлого.
Кларк смотрел в окно, и ему казалось, что с разгоняющимся шаттлом ускорялось и само время.
Лайнер легко оторвался от земли и, задрав нос, начал набирать высоту.
– Обожаю взлет, – сказала мисс Остер. – С детства люблю эти ощущения.
– Я тоже, – признался Кларк. – Это потом полет становится долгим и нудным, а тут ты чувствуешь всю мощь двигателей, вибрацию корпуса.
– О, да вы поэт, мистер Кастелано. Интересно, чем зарабатываете себе на жизнь?
– Предоставляю даме первой рассказать о себе.
– Пожалуйста, хотя и не признаю всех этих – «только после вас», «пожалуйте ручку». Разницы нет никакой – мужчина ты или женщина. Так вот, я работаю частным детективом. Мой профиль – выколачивание алиментов у злостных неплательщиков.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
