образом, несмотря на обстановку ожесточенной борьбы, революционный пролетариат не отказывал даже своим активным врагам, дела которых должны были рассматривать революционные суды, в справедливом рассмотрении дела. 4 февраля ведомство юстиции призвало местные власти к срочному созданию революционных судов, чтобы предотвратить «произвол, несправедливость и самосуды».
Но создав революционный суд, чтобы карать преступления против революции, революционное правительство не создало органа типа ЧК для того, чтобы раскрывать тайные преступления контрреволюции. Поэтому в поле зрения революционной власти попадали лишь явные контрреволюционные действия. Это создавало благоприятные условия для тайной деятельности классовых врагов пролетариата, тем более, что даже в случае поимки с поличным им не грозила смертная казнь, а только арест, которого они не так уж боялись, надеясь, что Маннергейм с иностранной помощью быстро подавит революцию. Буржуазные авторы в своих мемуарах откровенно рассказывают, как находившаяся в тылу у красных буржуазия активно занималась подрывной, шпионской и диверсионной деятельностью, широко пользуясь недостаточной бдительностью и строгостью революционных властей.
Представление руководителей финляндской революции о государственном строе той будущей Финляндии, за которую они вели тяжелую борьбу, отразилось в опубликованном 23 февраля проекте конституции. В обращении к народу в связи с его опубликованием правительство сообщало, что после окончания гражданской войны оно намерено провести референдум для принятия предлагаемой конституции. В референдуме должны будут участвовать все достигшие 20-летнего возраста — следовательно, и буржуазные классы. «Посредством этого финляндский народ будет иметь возможность публично высказаться, стоит ли он за действительную демократию и какая часть народа еще высказывается за ликвидированное господство высших классов», — говорилось в этом обращении. «Пришло время основательно подумать, решаете ли вы в пользу дальнейшего господства крупных акционеров, финансовых воротил и крупных землевладельцев, хотите ли вы поддержать мощь бюрократии и власть угнетателей дворянства и их сторонников!» Впрочем, революция и гражданская война ясно показывала, что рабочие и деревенская беднота не хотят господства прежних эксплуататорских классов, а сами эти последние стараются восстановить свое господство, о чем убедительнее референдума говорила их вооруженная борьба.
Согласно проекту конституции, Финляндия — республика (ст. 1), в которой вся государственная власть принадлежит народу. Высшая власть в государстве принадлежит однопалатному народному представительству (ст. 2) из 200 депутатов, избираемых прямым голосованием по округам пропорционально численности населения. Выборы должны производиться каждые три года, но народное представительство имеет право назначать их и раньше этого срока (ст. 16). Пассивным и активным избирательным правом, а также правом голоса при референдуме пользуются все граждане с 20-летнего возраста (ст. 17). Правительство не правомочно ни созывать, ни распускать народное представительство; эти вопросы может решать только оно само (ст. 18).
Народное представительство должно избрать из своей среды ряд комиссий, в том числе комиссию для контроля за деятельностью правительства и соблюдением законов в стране (ст. 20). Народное представительство имеет право в любое время проверить решение правительства и либо утвердить его, либо отменить и заменить другим (ст. 26).
Таким образом, вся деятельность правительства должна была находиться под контролем народного представительства, первое было лишь исполнительным органом последнего. На случай чрезвычайных обстоятельств народное представительство обладало весьма широкими полномочиями (ст. 41 и 42).
На случай злоупотребления депутатов доверием народа и совершения ими государственного переворота проект содержал ст. 43, гласившую: «Если произойдет невероятное и само большинство народного представительства захочет полностью уничтожить эту конституцию и путем нарушения этих установлений передать страну насильственной диктатуре меньшинства, то народ должен разогнать такое представительство и позаботиться о том, чтобы в течение трех месяцев были проведены новые конституционные выборы и избрано новое народное представительство. Депутаты, избранные на таких выборах, в течение месяца собираются в сейм, и первым актом такого сейма должно быть торжественное подписание всеми присяги народу следующего содержания: «В случае несоблюдения и неверного осуществления доверенной народом власти согласно одобренной народом конституции я подлежу суду народа».
Проект конституции предусматривал широкие возможности для проявления народной инициативы в области законодательства и решения важных государственных вопросов. Народ мог вносить новые законопроекты не только через избранных им депутатов, но и непосредственно; такой законопроект должны были подписать 10 тыс. человек, пользующихся правом голоса; народное представительство обязано было рассмотреть его в срочном порядке (ст. 45). Закон мог быть поставлен и на народное голосование, если требование об этом поддерживали не менее трети депутатов народного представительства или не менее 5% избирателей от числа голосовавших на последних выборах (ст. 48). Путем референдума могло быть отменено любое решение народного представительства, правительства и любой другой инстанции, а также любой судебный приговор; требование о постановке этих решений на народное голосование должно было быть поддержано также 5% избирателей (ст. 51).
Правительство должно было избираться на три года (ст. 58, 59). Чиновники государственных учреждений назначались или избирались на пять лет, но в случае плохого выполнения своих обязанностей могли быть смещены раньше истечения этого срока (ст. 52 — 54). Вооруженные силы должны были подчиняться гражданскому управлению и не должны были вмешиваться в конфликты между рабочими и работодателями (ст. 11).
Проект конституции содержал ряд статей, ограждающих права личности: ст. 12 и 13 ограждали граждан от произвольного ареста и незаконного осуждения, ст. 14 отменяла смертную казнь, телесные наказания и наказания, наносящие ущерб здоровью; ст. 15 ограждала права национальных меньшинств.
Несмотря на то, что в проекте конституции был последовательно проведен принцип демократизма и продуманы гарантии против возможных попыток злоупотреблений властью и доверием народа, проект имел весьма существенный недостаток. Он, как и декларация революционного правительства от 29 января, не предусматривал ликвидации экономической мощи эксплуататорских классов, национализации средств производства, фабрик, заводов, банков, не предусматривал социалистического преобразования экономической основы общества. Но классы, господствующие экономически, в состоянии добиться и добиваются и политического господства, в результате чего в обществе, где существует капиталистическая эксплуатация «государство есть не что иное, как организованная совокупная власть имущих классов, землевладельцев и капиталистов, направленная против эксплуатируемых классов, крестьян и рабочих».
Оценивая позже, в 1949 г., этот проект конституции, О. В. Куусинен писал: «Опубликованный нами во время революции 1918 г. проект демократической конституции, который был подготовлен мной, заслуживает, конечно, критики, но не потому, что он был демократичен, а потому, что он был недостаточно демократичен, иначе говоря, прежде всего потому, что в нем не было важнейших реальных гарантий действительной демократии, таких, как взятие крупных промышленных предприятий и банков в руки принадлежащего народу государства, конфискация земельных угодий и лесов у крупных землевладельцев и лесопромышленных обществ и т. д.».
Даже противники революции не замечали в проекте конституции радикальных изменений политического строя. Так, X. Седерьельм, анализируя его, приходил к
