Знаменитый трюк можно видеть и в кино в обоих вариантах «Багдадского вора», где Дуглас Фербенкс, а затем М. Пауэлл взбираются по «волшебной» веревке. Но во всех этих случаях техника очень отличается от приемов индийских факиров.
В 1920 году английский профессор Сэмюэль, присутствовавший с двумя ассистентами на представлении факира в Бомбее, убедился в том, что «индийский канат» действительно входит в традиционный факирский репертуар и исполняется на открытом воздухе. Но, в отличие от версии Блаватской, представление происходило не в открытом поле, а в узком дворике между высокими домами. Факир и его помощник разожгли посреди двора костер из древесного угля и посыпали на огонь белый порошок. Вверх поднялось густое облако синеватого дыма. Помощник принес тяжелую бухту каната. Взяв в руки один конец, факир поднес его к огню. Канат загорелся, и факир стал крутить этот горящий конец над головой. В то время как помощник снова бросил на уголь порошок и дым стал еще гуще, факир смотал канат в кольцо и подбросил его вверх. Канат развернулся и повис вертикально в воздухе, словно преодолев закон притяжения. Опять белый порошок был высыпан на уголья. Факир медленно полез вверх по канату и исчез в густом дыму. И вдруг он таинственным образом вновь оказался во дворе, обходя зрителей с кружкой.
Несомненно, дым играет в этом номере решающую роль. Остальное объяснил ассистент профессора Сэмюэля, заблаговременно выбравший место для наблюдения на крыше соседнего дома. Пока факир привлекал к себе внимание, раскручивая над головой горящий конец каната, ассистент увидел, что с одной из крыш была спущена тонкая бечевка, как раз позади столпившихся зрителей. Помощник незаметно привязал ее к незажженному концу каната, лежавшему на земле и не привлекавшему ничьего внимания. Когда канат был подброшен вверх, помощник бечевкой втянул его на крышу, куда факир и взобрался сквозь дым. И пока зрители еще смотрели вверх, факир уже спускался по лестнице дома, чтобы вернуться во двор.
Индийское объединение иллюзионистов подтвердило правильность наблюдений профессора Сэмюэля и его ассистента. История с «индийским канатом» лишний раз доказала, что чудес не бывает даже в иллюзионном искусстве…
Но зрители того времени хотели верить в чудеса во что бы то ни стало. И наряду с теософией другое суеверие — спиритизм — охватило образованные слои населения Европы и Америки. По существу, спиритизм — возрождение древней магии. Это учение также основано на вере в бессмертие души, которая после смерти тела может общаться с людьми через особо одаренного посредника; только теперь он назывался не магом, а медиумом.
После 1850 года всю Европу охватила эпидемия столоверчения, едко высмеянная Л. Н. Толстым в комедии «Плоды просвещения». Спириты верили, что в присутствии медиума духи будто бы стучат ножками стола и отвечают на заданные вопросы, указывая количеством ударов порядковые номера букв в азбуке, или двигают блюдце со стрелкой по бумаге, на которой написан алфавит. У особо квалифицированных медиумов духи «сами» писали на бумаге или на аспидной доске, завязывали и развязывали узлы, перемещали предметы и даже, позируя перед фотографом, снимались на пластинках.
По утверждению спиритов, духи могли предсказывать будущее. А в этом нуждались в то время многие. Уже с 1825 года стали периодически разражаться жестокие экономические кризисы. Закрывались промышленные предприятия, и тысячи людей оставались без работы. Лопались банки, и мелкие вкладчики неожиданно теряли все свои сбережения. Вакханалия биржевых спекуляций давала возможность за один день разбогатеть или разориться дотла.
В «страшных рассказах» и стихах американского писателя Эдгара По отразилось трагическое восприятие противоречий капитализма. Литература второй половины века была наводнена рассказами и романами, полными ужасов и таинственных явлений. В эту пору всеобщей неустойчивости, неуверенности в завтрашнем дне люди пытались расспрашивать духов в надежде узнать свое будущее. А «достижения» спиритизма были основаны на иллюзионных трюках. Знаменитый профессиональный медиум американец Генри Слейд показывал их, устраивая публичные спиритические сеансы, и получал за это большие деньги. Пользуясь изобретением Буатье де Кольта, Слейд демонстрировал, как «духи писали»: показывал чистую доску, на которой возникали отдельные слова или короткие предложения — ответы на вопросы, задаваемые зрителями.
Спирические сеансы Слейда были очень популярны до тех пор, пока в 1876 году английский зоолог профессор Ланкастер не разоблачил обманщика. На одном из сеансов Слейда, когда иллюзионист опустил под стол якобы чистую аспидную доску, профессор выхватил эту доску из его рук и показал всем присутствующим, что на ней уже написан ответ «духа» на вопрос, который еще не успели задать. Всем стало ясно, что трюк Слейда был основан на умении медиума выбирать из множества вопросов, задаваемых зрителями «духам», такие, которые соответствовали ответам, заранее написанным на доске. А подмена одной доски другой — самая примитивная манипуляция.
Разоблачения медиумов следовали одно за другим. В 1878 году во время сеансов «материализации духов» медиумы Уильямс и Рита были уличены в том, что сами изображали духов. Два года спустя в Мюнхене произошло скандальное разоблачение медиумов Эллингтона и Кука. Последний долгое время дурачил крупного ученого Крукса, которому демонстрировали мнимую «материализацию духа» в виде полной жизни девушки по имени Кэти, сообщницы медиума. Ф. Энгельс в статье «Естествознание в мире духов» высмеял Крукса и подобных ему доверчивых людей, увлекающихся спиритизмом. Еще через год разыгрался новый скандал вокруг медиумов супругов Флетчер, и в том же 1881 году вышла нашумевшая книга Чепмена «Исповедь медиума» с его саморазоблачением.
Шкаф братьев Давенпорт
Между тем артисты-иллюзионисты вскоре начали использовать всеобщее увлечение спиритизмом, выдавая себя за медиумов. Американцы братья Давенпорт — Айра Эраст (1839–1911) и Уильям Генри (1841–1877) — изобрели иллюзион, названный ими «шкафом братьев Давенпорт», и мистифицировали публику во всех странах, где им пришлось гастролировать.
На сцене демонстрировался шкаф с тремя дверцами, установленный на козлах, чтобы изолировать его от пола. Внутри шкафа напротив дверец находилась деревянная скамейка. Приглашенные на сцену зрители связывали артистам руки за спиной. Братья садились в шкаф, на скамейку, к которой их также привязывали, пропуская веревку через специальные отверстия в сиденье. На задней стенке внутри шкафа висели гитара, звонки, барабанчики. Связанные артисты никак не могли бы дотянуться до них. Но как только дверцы шкафа запирались, тотчас раздавался дикий шум: все инструменты, висевшие в шкафу, звучали разом. Шкаф открывали — и все убеждались, что оба брата спокойно сидят, по-прежнему крепко привязанные к скамейке.
Тогда одному из зрителей предлагали войти в шкаф и его таким же образом привязывали к скамейке между двумя братьями. Шкаф запирали, и снова внутри начинался шум. Дверцы открывали — зритель, как и оба брата, по-прежнему сидел привязанный, но на голову его был нахлобучен барабан, между колен втиснуты две гитары, галстук развязан, а сорочка расстегнута.
Братья Давенпорт утверждали, что они — медиумы и что адский шум в их шкафу, так же как и беспорядок в костюме приглашенного зрителя, производили духи. В английской и французской прессе не раз высмеивали мнимый спиритизм братьев. Однако их номер произвел сенсацию, публика валом валила, чтобы увидеть пресловутый «шкаф, в котором живут духи». И вскоре в иллюзионном искусстве началась форменная свистопляска всякого рода «духов».
Так, например, французский иллюзионист Эжен Вербек (1844–1899) стал копировать Слейда. Спиритические трюки показывал и другой француз, Луи Депре. От одного взмаха его руки карты таинственным образом поднимались со стола. В его английской афише 1883 года говорится: «Загадочный сеанс в темноте: будет играть музыка, возникнут светящиеся изображения, руки будут появляться и исчезать среди зрителей. Прозвучат голоса духов, и ужасающий, кошмарный дух покажется среди других явлений, которые нужно увидеть, чтобы иметь возможность поверить в их спиритическую природу».
«Появление духов» и «летающую даму» показывал английский иллюзионист Альфред Сильвестер (1831–1907). Немец Иоахим Беллахини (В. Иохум, 1856–1901) демонстрировал «доски духов» по Слейду. Афиши возвещали о «грандиозном явлении духов и призраков, которых показывает во всей Германии только Эрнст Баш» (1838–1908).
Так как демонстрация «духов» стала доходным делом, даже известный французский спортсмен Луи Лафонтен (1864–1954), бегун-чемпион, тоже объявил себя «королем магнетизеров» и показывал «вызывание духов, каталепсию и внушение».
