мужчину, чтобы он развернулся. — Ты поможешь?
— В чём? — он тяжело дышит.
— Я не умею… покажи, что мне сделать?
Его передёргивает, когда я оттягиваю край белья, показавшегося из брюк, поглаживаю пальцами напряжённую плоть. Сглатываю скопившуюся слюну, но опуститься вниз не решаюсь. Делать это ртом я пока не готова, но можно ведь по-другому? Чуть сдвигаю вниз натянутую ткань…
Ох, я ведь почти и не видела его в прошлый раз. Ничего толком не помню. А теперь расширенными глазами смотрю на вздыбленный орган немаленьких размеров. Касаюсь пальчиками, поражаясь тому, какая нежная в этом месте кожа, неуверенно обхватываю ладонью и вздрагиваю от неожиданного сдавленного стона.
— Сильнее… сожми, — Алекс накрывает мою ладонь своей, сам сжимает мои пальцы вокруг твёрдого ствола. — О, господи…
— Тебе… нравится?
— Ангел, ты даже не представляешь… — одной рукой он притягивает меня к себе сбоку, целует, с силой сминая губы, второй продолжает держать мою ладошку, толкаясь в неё.
Его возбуждение передаётся мне. Мы оба тяжело дышим, смотрим друг на друга, глаза в глаза, и это заводит ещё сильнее, потому что я вижу, что он на пределе. На виске пульсирует венка, на челюстях вздуваются желваки, и спустя совсем немного времени Алекс стонет сквозь сжатые зубы, слегка запрокинув голову, а я чувствую, как мне в руку выплёскивается тёплая жидкость.
— Ты невероятна, — меня отвлекают поцелуем от непривычных ощущений.
Это… действительно заводит, когда ты понимаешь, что вот так вот просто можешь доставить удовольствие своему мужчине. Своему?.. Мимолётно удивляюсь, что уже «присвоила» себе Алексея, но он не даёт мне задуматься, опять целует и отстраняется.
— Хорошая моя, дай мне немного времени, ладно?
— М-м, да, конечно, — смущённо отвожу глаза, выхватываю салфетку из коробки, стоящей тут же, на комоде.
Спустя пару минут меня уже снова обнимают.
— Единственное, чего я сейчас хочу — это остаться с тобой здесь, желательно в постели, и продолжить то, что мы начали, — Алекс улыбается, глядя на моё порозовевшее лицо. — Но предлагаю отложить это на вечер.
Киваю, отводя глаза.
— Только не накручивай себя, ангел мой, — он цепляет меня пальцем под подбородок, нежно прикасается губами в лёгком поцелуе. — Ты мне просто напрочь крышу снесла. Дождёшься меня сегодня?
— Дождусь, — выдыхаю негромко.
Глава 18
Маруся
Алекс уезжает почти сразу. Говорит мне, что если задержится ещё на пять минут, то потом вообще не уедет.
Я закрываю за ним дверь, заторможенно иду на кухню и плюхаюсь на небольшой диванчик возле стола. Это просто… невероятно!
До сих пор поверить не могу!
Правда, стоит только сосредоточиться на собственных ощущениях, и сразу верится как-то значительно больше, особенно когда я понимаю, что так и сижу без белья, зато в юбке. Вспыхнув, бегу обратно в коридор, но ничего там не нахожу.
Растерянно осматриваю пол и все углы — нет, кружевной тряпочки, которую с меня так быстро стянули, нигде не видно. Да ладно!.. Мне становится жарко. Неужели кое-кто прихватил их… с собой? Уф-ф…
Решаю плюнуть на всё и пойти в душ. Стоя под упругими струями воды, не прекращаю думать о произошедшем, особенно когда, моясь, касаюсь себя в тех самых местах. Я ведь осталась совершенно неопытной в сексе. И теперь не могу не пытаться представить, как пройдёт наша вечерняя встреча.
Сама завожусь от собственных мыслей, не помогает даже сделанная прохладной вода. Выскакиваю из душа, одеваюсь в комфортные домашние футболку и шортики и иду обратно на кухню. Надо заняться работой, а то так весь день проведу в мечтаниях.
К счастью, на почту падает задание от начальника отдела — оцениваю сложность и понимаю, что работа будет хоть и довольно простой, но немного монотонной и требующей внимания. Отлично, именно то, что надо!
В итоге полдня провожу носом в ноутбук и выныриваю только после обеда. Потягиваюсь, разминая затёкшую спину, и решаю позвонить маме.
— Привет, Марусь, — голос мамули весёлый, на заднем плане слышен хохот Матвея, и у меня на глаза слёзы наворачиваются — вспоминаю, как я соскучилась по сыну.
— Слышу, у вас там всё хорошо, — улыбаюсь в трубку.
— Ага, — мама шикает в сторону, и я прыскаю от смеха — видимо, Матвей безобразничает вместе с дедом. — Как у тебя-то дела? Сейчас, подожди, я в соседнюю комнату выйду, а то ничего не слышно.
— Всё хорошо, мам, — говорю после того, как в динамике раздаётся звук закрываемой двери и становится потише.
— Матвей что-то говорил, у тебя машина сломалась? — встревоженно спрашивает мама. — Надеюсь, ты не в аварию попала? Ничего страшного?
— Нет, не переживай, — решаю не рассказывать подробности, чтобы не пугать её, но, вздохнув, признаюсь: — Вот только ремонт затягивается.
— О-о, не сможешь приехать на этой неделе? — расстроенно тянет мама.
— Нет, я… приеду, — вздыхаю опять. — Меня привезут.
— Да ладно? — из трубки сочится любопытство. — Ты приедешь не одна?! Неужели всё-таки начала встречаться с Владимиром?!
— Нет, мам, — зажмуриваюсь и выпаливаю: — Я приеду с отцом Матвея.
В динамике становится так тихо, что мне кажется, нас разъединили.
— Мам? — спрашиваю с тревогой. — Ты там?
— Мне, кажется, надо присесть, — слабым голосом отвечает мамуля. — Господи, Маруся…
— Мамочка, тебе плохо?!
Вот же я идиотка! Ну кто так сообщает новости?! Надо было хоть как-то её подготовить…
— Нет, всё нормально, — мама откашливается. — Просто ошарашила ты меня… Откуда ты его откопала?!
— Почему откопала-то, — бормочу виновато.
— Да потому что ты же все эти годы молчала, как партизан на допросе! — взрывается мама. — А теперь вот так с бухты-барахты сообщаешь… Где он был всё это время, спрашивается?! И ты вот так вот собираешься знакомить его с сыном?! Он ведь уже бросил тебя один раз!
— Мам, всё было немного не так, — пытаюсь объяснить. — И он не знал о Матвее.
— Не знал или не хотел знать?! — продолжает разоряться мама, но потом, видимо, пытается взять себя в руки. — Ладно. Ладно, Марусь. Посмотрим мы с отцом на этого папу, — произносит язвительно. — Но пусть не рассчитывает на особенно тёплый приём!
Сглатываю. Да уж, мамочка может устроить Алексу небо в алмазах, если захочет.
— В общем, мамуль, мы приедем, наверное, ближе к выходным, — спускаю на тормозах её угрозу.
Повлиять на мамино поведение всё равно не смогу, да и, в конце концов, если Алексей действительно хочет стать частью нашей с Матвеем жизни, пусть постарается произвести на моих родителей приятное впечатление.
— Ладно, — отвечает мамуля. — Отца я предупрежу, но Матвей, естественно, будет не в курсе. А с тобой мы это всё обсудим, как приедешь. Всё-таки не телефонный разговор.
— Конечно, —
