Читаем без скачивания Скабинея - Надежда Храмушина

— Как я позвоню, если его номера не знаю? — Марина развела руками — Я же с Вениного телефона звонила!

— А где Венин телефон?

— В квартире у него остался. Но потом Ким же туда приходил, он мог забрать телефон.

— Поехали, собирайся. — Игорь встал — Не будем терять времени. Вдруг телефон ещё там. А новые симки вы на чей паспорт оформили?

— На мой.

— Прекрасно, если телефона нет, тогда распечатку возьмём.

Мы вышли на улицу, пока Марина собиралась. Посёлок ещё спал, или просто, люди не спешили выходить на улицу, в серую холодную морось.

— Не представляю, что будем делать. — Обречённо проговорил Сакатов — Ким может и не клюнуть на Маринин звонок.

— Интересно, а на расстоянии можно его силы забрать? — Спросила я.

— Нет, конечно. Мы и рядом с ним, скорее всего, не сможем это сделать. Оля, а позвони-ка ты Анне, спроси, что за подклад такой, цепь со звездочками, может и беспокоиться не о чём.

Аня ответила сразу же. Выслушав меня, он сказала:

— Есть о чём беспокоиться. Это действительно, очень сильный подклад. Называется крестец. Развеять может любого, против которого будет подкинут. Именно развеять, а не перенести, не заморочить. Это если он против человека работает. А против Духа, там другое действие, не могу сказать какое, но вполне возможно, что это полное подчинение. Единственные его минусы, как артефакта, это не большой радиус, который он охватывает. В вашем случае, это хорошо, вам только играет на руку. Поэтому, Киму надо как можно ближе подобраться к крестцом к усыпальнице Горного Духа. И в это же время самому неподалёку от него находиться. Если у него это получится, он без труда заберёт стрелу.

— Стрелу? Какую стрелу? Ты имеешь в виду раку?

— Нет, я имею в виду стрелу. Ту, которой беса вышибло из сердца Скабинеи.

— Ничего не понимаю. А то, что если в пепел Горного Духа каплю крови капнуть, и себе слугу-демона можно получить? Разве не за этим Ким спускается к усыпальнице?

— Это настолько всё сложно, насколько и невыполнимо. Кто сделал Горного Духа Скабинеей, заставив себе служить? Верховный демон. То же самое и с пеплом Горного духа. Предположим на минутку, у Кима получилось, и он завладел ракой. Ему надо с ней прямиком в преисподнюю спускаться, на поклон к великим герцогам ада. Чтобы они своей кровью сотворили очередное чудовище. И скажи мне, какой интерес у Кима от этого? Неужели, ад, получив ещё одного демона, уступит его Киму для услужения? То-то и оно. Ким, наверняка, не дурак, и понимает, что в этом случае ему ничего не светит. Другое дело стрела. Она волшебна сама по себе, по сути своей. Вот тебе и древняя легенда об исполнении желаний. Загадал желание, и пустил стрелу. Всё. И не надо подключать адских помощников. И демоны побояться сунуться. Одного стрела уже ликвидировала. Очень сильный артефакт. Поэтому, скорее всего, Ким именно к ней и рвётся.

— Но эта стрела всё равно ведь закрыта в усыпальнице рядом со спящим Горным Духом.

— Конечно. Но она не прижата к сердцу Горного Духа, как рака. Она парит в пещере. И если открыть проход в усыпальницу, заморочить крестцом Скабинею, остаётся только руку протянуть за стрелой.

— У нас большая проблема с поиском колдуна, мы не знаем, где он обитает. И не знаем, когда он следующую попытку сделает проникнуть в шахту. Мы же не можем обеспечить круглосуточное дежурство. У меня там, конечно, верёвка. Но и она надолго не задержит колдуна.

— Оля, так у колдуна сейчас сильнейший артефакт, ты можешь его просто по карте отыскать. Попробуй. Сосредоточься.

— Так я не знаю, как выглядит артефакт. Как я могу на нём сосредоточиться?

— Ты сосредоточься на колдуне. Как он выглядит, ты знаешь. А у него рядом очень заряженная вещь. Вот и отследи, где он. Плюс-минус, какая-то погрешность будет. Но когда вы подъедите поближе, ты там уже скорректируешь свои поиски. Настройся на него. Как только почувствуешь, тебе будет легче его отслеживать.

Только я положила трубку, Сакатов уже звонил Илье, чтобы тот приехал ко мне с подробной картой области. Он чуть ли не плясал от радости. Почему-то он подумал, что я быстро найду Кима, мы к нему поедем, отберём крестец, листки, и всё будет хорошо. Я не очень была в этом уверена. Я только один раз искала по карте, и то, объектом поиска была моя дочь, на которую мне было легко настроиться.

Вышла Марина, в джинсах и короткой курточке, чуть подкрасилась, и уже не выглядела такой крайне несчастной, какой была ещё полчаса назад. Настроение у неё тоже заметно улучшилось. Она села на переднее сидение, рядом с Игорем, и всю дорогу трещала обо всём. Игорь, по-моему, не особо её и слушал. Игорь довёз нас с Сакатовым до аптеки. Время было около девяти, и Наташа уже без меня открыла аптеку. Я провела Сакатова до подсобки, чтобы он там дождался Илью. Они там сидели вдвоём с Наташей, пили чай, обсуждали погоду. Илья приехал только в двенадцать, привёз карту, по размеру которая была больше нашей подсобки. Мы пошли ко мне домой, потому как так и не придумали, где разложить такую большую карту.

Я уже целый час ползала по карте, водя над ней руками. У меня болели коленки, отнималась спина. Я ничего не понимала. Мои пальцы вообще никак не реагировали. Сакатов сидел рядом и постоянно пытался мне показать направление, которое я должна была обследовать.

— Не расстраивайся, Оля. — Утешал он меня, но я видела, что он тоже расстроен — Давай ещё попробуй, вот здесь, проведи рукой над этой частью города.

Он ткнул пальцем куда-то в сторону Виза и я снова начала ползать. Над озером со смешным названием «Здохня», рядом с Верх-Исетским водохранилищем, у меня закололо пальцы, и очень сильно. Я отпустилась, пошла попила воды, вымыла руки, села над картой, вспомнила колдуна, и снова поставила руки над озером Здохня. Снова закололо пальцы, и даже больше скажу, у меня начали трястись руки.

— А это ещё что с тобой? — Удивлённо уставился на мои руки Сакатов.

— Не знаю, никогда такого не было. Аня сказала, что это может артефакт усиливать моё восприятие.

— Странно, возле озера нет ни одного жилого дома, нет садов. Одни леса.

— Зато название говорит само за себя.

— Конечно, необычное название. Надо ехать туда. И лучше до вечера, а то темнеет рано. Что мы там, в лесу, в