Лишь с большим трудом ей удалось поднести к губам стакан с водой, настолько сильно дрожали у неё руки.
- Ты такая же зеленая, как этот лист, - радостно объявил я. - Ведь говорил же я тебе, что горный кли для тебя чересчур крепок. Чтобы его пить, брюхо должно быть луженым, как у меня.
- Из какого дерьма они его там варят? - с отвращением выдавила она.
- Из винограда, батата, маиса… Кто знает? Люди в горах живут бедно и пускают в перегонку все, что попадется под руку.
- А как ты себя чувствуешь? - содрогнувшись всем телом, спросила она. - Так же плохо, как и я?
- Конечно, нет. Чтобы ощутить хоть что-то, я должен вылакать по меньшей мере пару бутылок горного кли. Я бодро и весело пробудился, дабы принять участие в утренней молитве.
- Чушь! - просипела Макри. Судя по выражению её лица, самые простые слова давались ей с трудом. - Ты просто первым сжевал лист лесады.
Макри, ценой нечеловеческих усилий проглотив выданный мною листочек, улеглась на кушетку, прикрыла ладонями глаза и горько прошептала:
- Боюсь, что утренние занятия по теологии мне сегодня все же придется пропустить.
Я приступил к уборке и смахнул со стола какой-то мусор. Макри открыла глаза, посмотрела на меня с укором и прошептала:
- Перестань мельтешить. Я же понимаю: ты желаешь продемонстрировать, что алкоголь тебе нипочем. А Дандильон я непременно убью, - выдержав паузу, неожиданно закончила она.
- Что?!
- Я собираюсь убить Дандильон. Как только мне немного полегчает, я сражу её своим верным оркским клинком.
Похоже, Дандильон сегодня с утра снова верещала про дельфинов. Макри всегда относилась к Одуванчику сочувственно, однако, в том состоянии, в котором она сейчас пребывала, сил на то, чтобы выслушивать болтовню о говорящих дельфинах, у неё явно не осталось.
- Хотя, с другой стороны, - продолжала она, - я ничего не имею против того, чтобы воспользоваться целебным камнем. Как бы то ни было, но в Кушни я никогда пить больше не буду.
Произнеся эти слова, Макри умолкла и с несчастным видом стала ждать, когда подействует лесада. Несмотря на жару, она дрожала под одеялом и по-прежнему оставалась зеленой. Бедная Макри. Я решил пощадить её и не стал напоминать о том, как она, усевшись на колени какому-то юному наркоману, лезла к нему с поцелуями до тех пор, пока нас не вышвырнули из таверны. Эту занимательную историю я приберегу до той поры, когда Макри немного окрепнет.
Внизу в таверне Гурд и Танроз уже трудились вовсю. Изучив меню, я остановился на нескольких позициях, способных обеспечить мне сытный завтрак. Во-первых, я выбрал рыбу. Танроз, надо сказать, прекрасно её готовит. Когда я делал заказ, Гурд слегка напрягся. Упоминание о рыбе всегда портит ему настроение. Дело в том, что местный торговец рыбой - весьма преуспевающий тип по нашим стандартам - некоторое время назад положил глаз на Танроз и теперь всегда отпускает ей свой товар со скидкой. Это заставляет Гурда ревновать. Бедный старый варвар! Большую часть своей жизни он маршировал по всему миру и сражался за тех, кто был готов ему платить, но до сих пор и не понял, что такое любовь. Он без ума от Танроз, и от этого ему не легче. Танроз благосклонно принимает его ухаживания, но сам Гурд ни на что не может решиться. Он слишком привык к жизни холостяка. Тем не менее он сходит с ума от ревности каждый раз, когда рыбник предлагает Танроз очередную скидку.
Когда я заканчивал завтракать, в таверне появилась Макри - ясноглазая и вполне здоровая.
- Листья лесады обладают замечательной силой, - объявила она. - Сколько их у тебя ещё осталось?
- Совсем немного. В Турае их достать практически невозможно. Когда у меня в следующий раз клиентом будет эльф, я опять потребую, чтобы он выплатил гонорар листьями лесады.
Макри не преминула напомнить, что в прошлый раз я получил листья лесады вовсе не в качестве платы за услуги.
- Ты взял их, когда мы обнаружили эльфов мертвыми, - сказала она.
- Какая разница?
- Весь прошлый вечер у меня как бы в тумане. Мы действительно встретили Сарину, или мне показалось?
- Мы действительно её встретили. Она застрелила из арбалета нескольких монахов. Я пытаюсь понять, что все это значит. Сарина явно выступала на стороне Звездного храма. Думаю, она когда-то обучалась боевому искусству под руководством Иксиала. Мне кажется, Дрантаакса убила она. Доказать это будет трудно, так как Сарина слишком хитра для того, чтобы оставлять улики. Сегодня начинается суд над Гросексом. Мне наконец разрешили с ним встретиться. Не знаю, правда, какая от этого будет польза.
- И как же тебе это удалось?
- Заместитель консула Цицерий вернулся в город и все устроил.
Несколько месяцев назад я ухитрился спасти сына Цицерия от очень серьезных неприятностей.
- Да, это большая удача, - сказала Макри. - Впервые за долгое время у тебя появился друг в высших кругах.
- Верно. Хотя другом я бы его называть не стал. Цицерий слишком сух и аскетичен для того, чтобы иметь друзей. Кроме того, он, думаю, не забыл, что я его оскорбил, вдрызг напившись. Но по крайней мере он может добиться того, чтобы мои законные права неукоснительно соблюдались. Гросексу очень нужна помощь. Ему выделили общественного защитника, и, если я не откопаю новые факты, парня можно вешать хоть сейчас.
Макри проглотила немного рыбы. Я же взял ещё пива и задумался. Совершенно неясно, какую роль во всей этой истории играют монахи. Ясно одно: Трезий Преподобный был со мной не до конца откровенен. Он забыл упомянуть о том, что его сторонники смертельно ранили Иксиала Ясновидца. Итак, в каком положении мы находимся? Во-первых, кошель со статуей все ещё у меня. Во-вторых, Трезий нанял меня для того, чтобы я эту статую обнаружил. Может быть, мне вообще не стоит придавать какое-то значение роли монахов в этом деле? Какое мне дело до того, кто у кого что украл и кто кого едва не прикончил? Я просто могу вернуть статую и получить свое вознаграждение.
Однако, меня по-прежнему продолжало беспокоить появление Сарины. Я давно перестал заблуждаться на её счет и понимал, что это очень опасная дама. Если Иксиал умрет, думал я, то Звездный храм перестанет существовать, и все монахи уйдут в Облачный храм. Но если этого не произойдет, монахи в красном снова кинутся на поиски статуи, и мне придется иметь дело с Сариной. Кроме того, остается загадка Талия Зеленоглазого. Кто его убил? Мага застрелили из арбалета, что сразу указывает на Сарину как на убийцу. Но нельзя исключать и того, что Талия прикончили другие и, чтобы замести следы, сознательно бросили тень на Сарину.
- Что ж, похоже, мне удалось существенно сузить круг подозреваемых в убийстве Дрантаакса, - сказал я. - Остались только монахи из Звездного храма, монахи из Облачного храма, супруга скульптора Калия, Сарина Беспощадная и вся прислуга. Не более сотни человек. Если Гросекс исхитрится сделать так, что его не повесят в ближайшие пару лет, то я, возможно, сокращу этот круг всего до нескольких имен.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
