я выхватила у заказчика пистолет и положила всех, кто был причастен к этой ситуации. Терпеть не могла, когда мне начинали ставить условия, да еще и таким образом. Я все-таки забрала конверт с заказом и разыскала ту пару. Мне просто хотелось посмотреть на тех людей, чью жизнь я своим отказом случайно спасла в тот вечер. Это была достаточно молодая пара. Мужчина был владельцем небольшого ресторанчика на окраине города. Как выяснилось, заказчик хотел построить там торговый комплекс, а тот самый ресторанчик мешал его планам, и его следовало снести. Мужчина отказался продавать свой бизнес, и в тот момент было принято решение его убрать. Вот так этот заказ и попал ко мне в руки.
Я разыскала их лишь на следующий день после произошедшего. Они сидели на открытой террасе, был тёплый летний вечер. Я умостилась через столик от них и стала тайком наблюдать. Пара о чем-то мило ворковала за ужином, а потом женщина сообщила своему спутнику, что он скоро станет отцом. Я ещё никогда не видела столько радости и нежности в глазах человека. Их глаза горели.
В тот вечер во мне что-то перемкнуло. Вот оно простое человеческое счастье. И никакие роскошные клубы и отели, никакие частные самолёты и никакие новомодные шмотки не смогут заменить этого. Я поняла для себя, что оставаясь все той же одиночкой в мире, где есть место боли страданиям и убийствам, я никогда не смогу быть по-настоящему счастлива.
На следующий же день я начала избавляться от всевозможных связей, что могли меня вновь затянуть на «темную сторону». Я избавилась даже от всего своего арсенала оружия, оставив лишь пистолет. А на последние сбережения купила себе небольшой дом за городом. И вот я здесь. Правда эти самые сбережения стремительно заканчиваются и, похоже, придётся продать дом и купить небольшую квартирку в центре города, чтобы было на что жить еще какое-то время. А там, глядишь, и возьмут работать куда-нибудь. Может быть и впрямь в юристы пойду. — пожала плечами я. — Хотя если где-то хоть как-то вскроется мое прошлое, то проблем потом не оберёшься. Потому не знаю, стоит ли оно того.
Гаара все это время внимательно меня слушал, ни разу не перебив.
— Кэрэл — решился подать голос он — Ты же понимаешь, что я не смогу дать тебе той спокойной жизни, о которой ты так мечтаешь? — с толикой грусти произнес мужчина. — Моё нынешнее положение просто не позволит мне все бросить.
— И пусть. Гаара, прошу, давай будем решать проблемы по мере их поступления. Ведь сейчас у нас все хорошо. Я и сама еще толком не определилась чего на самом деле хочу… Будь что будет. В конце концов я могу просто сидеть дома и вести хозяйство, как это принято у многих семей. — я рассмеялась. — Прости, кажется, я в своих планах уже слишком далеко зашла.
Он улыбнулся.
— Почему же? Тебя сильно напугает, если я скажу, что тоже раздумывал о нашем будущем в таком ключе? Я люблю тебя, Лин. И я действительно в тайне мечтаю о нормальной семье. О семье, которой у меня у самого никогда не было. Но, зная тебя, ты просто не сможешь оставаться в стороне и волей неволей станешь участвовать во всех моих делах. И, даже, если ты все-таки сможешь совладать с собой и дашь обещание не вмешиваться, я все равно, в силу своей деятельности буду подвергать тебя опасности. Ты станешь моим слабым местом, на которое, любой враг не побрезгует надавить.
— Просто давай попытаемся. — на выдохе произнесла я, глядя парню в глаза. На что он лишь невесомо поцеловал меня в макушку.
Спать совершенно не хотелось. Поднявшись с кровати и одев на себя футболку своего мужчины, я решила пройтись по дому. За все время, пока мы с Гаарой были вместе, мне мало где довелось побывать в его огромном особняке. Меня всегда привлекала винтовая лестница, ведущая из гостиной куда-то наверх. Кажется, у меня наконец-то появилось время узнать, куда же она ведет. Гаара пошел вслед за мной.
Была звёздная ночь. Лунный свет, сочась сквозь большие окна, освещал весь дом. Поднявшись, я увидела большой белый рояль, стоявший посередине комнаты.
— Ни за что бы не подумала, что у тебя дома есть рояль. На нем кто то играет?
Гаара ничего не ответил. Он лишь молча подошел к инструменту и сел за него, начав умело играть какую то знакомую и такую грустную мелодию.
Я замерла на месте от этой картины. Все это завораживало и казалось каким то нереальным и мистическим в лунном свете. Его длинные тонкие фарфоровые пальцы продолжали уверенно нажимать черно-белые клавиши. В моей голове проскользнула мысль, что этот его образ, представший передо мною сейчас, совершенно не сочетался с тем родом занятий, который он выбрал в своей жизни. «Выбрал… А его ли это был выбор?» Я подошла к нему и нежно обняла со спины. Этот момент казался таким прекрасным и таким… трагичным. То ли это обстановка навеивала такую атмосферу, то ли музыка, которую играл Гаара. Мне хотелось продлить это мгновение, чтобы оно никогда не заканчивалось. Почему-то где-то внутри меня зародилось ужасное чувство, что я сейчас стою и обнимаю его вот так в последний раз. А моя интуиция ещё никогда меня не обманывала, и это пугало больше всего. Я лишь печально вздохнула и прижала парня ещё крепче к себе.
— Ты очень красиво играешь — присела я рядом с парнем, когда тот закончил.
— Меня отец научил — мрачно отозвался он.
— Отец? Может быть, все-таки расскажешь мне, что произошло? — посмотрела я в глаза парню. — Иногда стоит поделиться своей болью, выговориться. Говорят, что душевную боль пережить проще, если разделить её на двоих — я, еле касаясь, провела рукой по волосам мужчины.
Повисла пауза. Было видно, что Гааре тяжело давались воспоминания.
— Не то что бы мы с отцом были очень близки. Раньше именно он возглавлял нашу тайную организацию. Потому времени на семью у него всегда было катастрофически мало. Но он был единственным близким мне человеком на тот момент. Моя мать умерла еще при моих родах. За это брат с сестрой в детстве меня ненавидели, обвиняя во всем. Конечно, повзрослевши, они осознали, что прямой моей вины в этом нет. Наши отношения изменились в лучшую сторону. Но, когда я был маленьким, мне очень не хватало простого человеческого общения. Друзей у меня не было, потому что в силу рода занятий нашей семьи мы постоянно
