Четверо магов помоложе, со смешными козлиными бородками, встали по обе стороны дхусса. В чашах на треножниках, как по команде, вспыхнуло бесцветное пламя; адепты слаженными движениями опорожнили в огонь какие-то кошели, наполненные блистающим порошком; руки их затанцевали над пламенем в сложной последовательности непонятных жестов.
Голова дхусса упала на грудь, на висках проступили крупные капли пота.
– Притворяется, – громко прокомментировал маг с фальцетом. – Протокол ещё не вступил в полную силу. Хватит, хватит, дхусс! Лучше прекрати ненужное сопротивление, мы сумеем договориться, ты ответишь на… гм, озабоченности сударя нашего магистра, ну и на мои заодно. А, дхусс? Мне, поверь, не доставляет никакого удовольствия предавать таким мучениям живое существо, пусть даже и смертельно опасное для всего нашего мира…
Дхусс неожиданно поднял голову. Пламя светилен отразилось в налитых кровью глазах.
– Они уже здесь, – чётко проговорил он и вновь уронил голову.
– А? Что? Кто? Где?..
Узнать ответы на все эти вопросы маги уже не успели. Дверь в заклинательный покой разлетелась вдребезги, и, видь это Алиедора, она тут же узнала бы неповторимый стиль Разыскивающего Роллэ.
– Не ждали? – прозвучало из дыма издевательское, и, прежде чем чародеи успели схватиться за посохи, прежде чем пришли в движение големы и обнажил меч господин магистр, в зал вошла смерть.
Шелест клинков Фереальва (тот уже успел где-то разжиться оружием) и короткие, словно удары тарана, заклятья Роллэ отозвались в теле дхусса тупой давящей болью. Четверо молодых адептов бросили сыпать порошок в пламя и с похвальной резвостью пустились наутёк – явное свидетельство немалых успехов в «повышении магического мастерства» и быстроты соображения. Шансов у прочих застигнутых врасплох чародеев не было, и они это прекрасно понимали.
Оказавшиеся ближе к двери маги всё же пытались сопротивляться. Блеснули молнии, вздулся пузырь призрачного щита. Грохоча по каменным плитам, надвинулись громоздкие големы, и Роллэ с Фереальвом почти скрылись в густом, непроглядном дыму. Рявкнула аркебуза одного голема, затем другого, а потом все звуки перекрыл жуткий скрежет рвущегося металла. Дымовая завеса исчезла, словно сдутая ветром; оба голема застыли, вытянув вперёд бесполезные руки-лапы, сверху донизу располосованные незримыми когтями, играючи справившимися со стальной бронёй. Красные глаза полопались, осыпая всё вокруг алыми брызгами, из развороченного нутра железных монстров повалил белый пар. Рядом валялись тела магов Навсиная, по большинству – сражённых магией Роллэ. Чудовищно выпученные глаза, вывалившиеся языки, кровь, выплеснувшаяся из раскрытых в последнем крике ртов, – и бесполезные посохи, богато разукрашенные, так и не выручившие своих хозяев.
Высокопоставленный коллегиант, обладатель фальцета, исчез бесследно, провалился сквозь пол или ушёл сквозь стену; во всяком случае, в подземелье никого не осталось.
Роллэ с гримасой отвращения опрокинул пинком ноги один из треножников, меч Фереальва разрубил чашу на другом.
Последовал быстрый обмен репликами на певучем языке – и дхусса отцепили от столба.
– Нам так просто не расстаться, верно? – на всеобщем проговорил Роллэ, нагибаясь над лежащим Тёрном.
– Не могу сказать, что испытываю от этого такую уж радость, – по-прежнему налитые кровью глаза дхусса открылись. На щеке ярко горел клановый знак.
– Смотри-ка, до сих пор как хорошо работает, – мимоходом заметил Роллэ. – На совесть сделано, цени, мой бывший ученик.
– Я ценю. – Дхусс не двигался. – Что ж, всё повторяется. Ты ловил меня дважды, мой бывший наставник. Третьего раза, боюсь, не будет.
– Разумеется, – кивнул ноори. – Потому что я передам тебя Мудрым и, наконец, займусь более полезным для блага Смарагда делом. Идти можешь, дхусс?
Тёрн покачал головой.
– Они таки запустили это своё варварское заклинание, – проворчал Роллэ, разминая пальцы, словно музыкант перед сложным исполнением. – Удивительно, что ты вообще остался жив, Тёрн.
На это дхусс уже не ответил.
Фереальв что-то нетерпеливо бросил на своём наречии. Щека дхусса дёрнулась.
– Наш язык ты, я надеюсь, не забыл? – осведомился Роллэ, водя ладонями над коленями и бёдрами дхусса. – Всё. Вставай, вставай. – Ноори тяжело выдохнул и вытер пот со лба. – Надеюсь, общество Мудрых для тебя всё же предпочтительнее ломающего сознание заклятья магов Навсиная?
И вновь дхусс промолчал.
Тем не менее, когда Роллэ с Фереальвом рывком вздёрнули его на ноги, он двинулся за ними не сопротивляясь.
Глава VI
– Нет, честное слово, это ж один Прокреатор ведает что! – Алхимик Ксарбирус воздел руки. – Никуда нашего шипастого друга, оказывается, не повезли. Дотащили до границы, как я понимаю, и там сейчас снимают допрос. Ну и дела, ну и дела! Бедные маги, я надеюсь, что у них всё-таки есть хоть какой-то союз с Орденом Солнца и рыцари им расскажут про ту Тень.
– Да уж… Тень… – Стайни поёжилась. – Думаешь, мэтр, она и тут появиться может?
– А чего ж нет? – пожал плечами Ксарбирус. – В тот раз, надо признать, появление её пришлось весьма кстати.
– Знать бы ещё, откуда она и как её вызвать…
– Мечты, мечты… – рассеянно отозвался алхимик. – Перед собой надлежит ставить лишь таковые задачи, что исполнимы при существующем инструментарии, следовательно…
Бывшая Гончая даже ничего говорить не стала, лишь махнула рукой и отошла в сторону.
Повернув от переправы на север, маленький отряд оказался в краях хоть и населённых, но «беззаконных», как писалось в хрониках. Ни Некрополису, ни тем более Державе Навсинай не нужен был сильный соперник, могущий наложить лапу на важнейший водный путь с востока на запад. Мелкие князьки и правители оспаривали друг у друга пару холмов или неширокую долинку, и эти распри могли длиться годами. Самый крупный вольный город и порт, Самалеви, сумел отбиться от всех – при немалой поддержке Державы, считавшей для себя более полезным наличие торговой республики, нежели воинственного правителя, наложившего лапу на немалые торговые пошлины.
– Всё-таки мои бывшие коллеги совершили очень, очень большую ошибку, – бормотал тем временем Ксарбирус, копаясь в сумке с эликсирами. – Не доверили мне кафедру, а ведь я мог бы… я подошёл тогда так близко… разрывы реальности… спонтанные порталы… стихийное образование межплановых перемычек…
– Ничего не понимаю, распечать меня в три кости.
– Ты не одинок, почтенный Брабер.
– Э-э, и не говори, Стайни. Уж не тронулся ли наш почтенный мэтр умом от излишней учёности?
– Не тронулся, не тронулся… – бормотал Ксарбирус, лихорадочно вываливая прямо на траву бесценные скляницы и флаконы. – Конечно, как я мог это пропустить… лежало ведь на поверхности… перед самым носом…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
