свернутой программы, сейчас работает над еще одним лекарством, также находящимся в третьей фазе и предназначенным для людей в самой ранней стадии патологии. Здесь результаты ожидаются в 2019 году.
И, наконец, у Genentech имеется два препарата на поздних этапах разработки, даже несмотря на неудачи. В феврале Genentech и их партнер, компания AC Immune, запустили пробную стадию 3 для кренезумаба — препарата, нацеленного на амилоидные отложения в мозге. Ожидается, что данные будут получены в 2020 году. Другой же, гантенерумаб, со схожим механизмом действия, не прошел более ранние испытания, и теперь вся надежда на увеличение дозы, которое, возможно, сработает и начнет опробоваться на пациентах в 2020 году.
Так что надежда есть. Многие из этих надежд не оправдались, некоторые изменились, но появились и новые стратегии и мысли на тему борьбы с болезнью Альцгеймера.
Литература
Burns A, Iliffe S (February 2009). «Alzheimer’s disease». BMJ. 338: b158.
Berchtold NC, Cotman CW (1998). «Evolution in the conceptualization of dementia and Alzheimer’s disease: Greco-Roman period to the 1960s». Neurobiology of Aging. 19 (3): 173–89.
Ballard C, Gauthier S, Corbett A, Brayne C, Aarsland D, Jones E (March 2011). «Alzheimer’s disease». Lancet. 377 (9770): 1019–31.
Meek PD, McKeithan K, Schumock GT (1998). «Economic considerations in Alzheimer’s disease». Pharmacotherapy. 18 (2 Pt 2): 68–73, discussion 79–82.
Hsu D, Marshall GA (2017). «Primary and Secondary Prevention Trials in Alzheimer Disease: Looking Back, Moving Forward». Current Alzheimer Research. 14 (4): 426–40.
«About Alzheimer’s Disease: Symptoms». National Institute on Aging.
Irvine K, Laws KR, Gale TM, Kondel TK (2012). «Greater cognitive deterioration in women than men with Alzheimer’s disease: a meta analysis». Journal of Clinical and Experimental Neuropsychology (Meta-analysis). 34 (9): 989–98.
Тиаминовые истории
Начало: бери-бери
Эта глава будет не совсем обычной. В ней мы расскажем сразу о нескольких, в одном случае не слишком тяжелых, в другом — опасных для жизни заболеваниях. Несмотря на то что все они по клинической картине разные, у них есть общий знаменатель — одна и та же вызывающая их причина. Только немного в разных контекстах. Эту причину обнаружили лишь в 1911 году, и она стала своего рода революцией в биологической химии, открывшей миру целый класс жизненно необходимых соединений. Наверняка наши читатели уже догадались, что мы ведем речь о витаминах. Заболеванием, открывшим ученым врата в мир небольших, но очень важных для организма молекул, стала болезнь бери-бери, развивающаяся на фоне сильного недостатка витамина В1 или тиамина. Однако есть у этого недуга и «друзья», которые могут внезапно (или не очень) заявляться не только в отсутствие микронутриентов, но и в некоторых других случаях. Со всеми мы познакомимся.
А чтобы вы смогли глубже проникнуться темой, для начала мы расскажем вам о тех, чьи открытия позволили в итоге как избавиться от жестких авитаминозов, так и найти химическую структуру молекулы витамина. К сожалению, второй персонаж — химик — все-таки не получил Нобелевской премии, а первый ждал ее ни много ни мало почти 40 лет. Хоть до самого открытия он, собственно, так и не добрался, даже предположение о причине наблюдаемого явления сделал не сам, нельзя сказать, что награда оказалась незаслуженной.
Дорога на юг
Христиан Эйкман был седьмым ребенком в семье школьного учителя Христиана Эйкмана и Иоганны Алиды Эйкман. Они жили в небольшом городе Нейкерк в Нидерландах (сейчас в этом городе проживает чуть более 40 тысяч человек). Когда Кристиану исполнился год, вся семья переехала в Заандам — отец получил там должность учителя начальных классов. У папы же учились и все дети Эйкманов.
В 17 лет Христиан получил стипендию на обучение в Военной медицинской школе Амстердамского университета с дальнейшим прохождении медслужбы в армии и выпорхнул из родительского гнезда. Успешно защитив в 1883 году докторскую диссертацию «О поляризации нервов» и женившись на Алтье Вигери ван Эдема, которой впоследствии было суждено умереть от малярии, он стал офицером и уехал с супругой… нет, не в свадебное путешествие, а работать в Нидерландскую Восточную Индию. То бишь в Индонезию, на остров Ява. Сначала в Семаранг, а затем в крошечный городок Чилачап, на южном побережье острова.
После злосчастной эпидемии малярии, которая его стороной тоже не обошла, из-за чего он был вынужден вернуться на родные «тюльпановые» земли, Эйкман, выздоровев, отправился на какое-то время в Берлин поработать у Роберта Коха, в то время уже первооткрывателя возбудителя туберкулеза. И вот тут молодому начинающему ученому повезло дважды.
Дело в том, что для Нидерландов болезнь бери-бери стала главной проблемой индийских колоний. Доходило до того, что на той же Яве почти любое тюремное заключение становилось пожизненным, хотя и коротким. Тогда это заболевание считалось инфекционным. А кто у нас был главный (и чуть ли не единственный) инфекционист мира? Правильно, Роберт Кох. К нему и послали медицинскую комиссию в лице Корнелиуса Пекелхаринга и Клеменса Винклера.
Но работа главного инфекциониста и опасна, и трудна, а еще иногда сильно выматывает от излишнего внимания со всех сторон. Поэтому Кох «сплавил» делегатам подающего надежды молодого человека, который к тому же на Яве уже бывал и наверняка обладал специфическими знаниями (на самом деле не особо). Комиссия сказала «берем, не глядя», и в 1886 году все уехали в Азию.
В следующем году Перелхаринг и Винклер вернулись домой, а Эйкман распрощался с армией и остался в чине первого главы новосозданной «Яванской медицинской школы» — некоего научного учреждения, которое потом станет Университетом Индонезии. Так Христиан еще и первый университет в будущей крупной азиатской стране основал. Ну а помимо этого Эйкману выделили еще две комнатки в военном госпитале в Батавии, в которых и располагалась его лаборатория бактериологии и патологии. Как раз там началась борьба с бери-бери.
Рисовый «заговор»
«бери-бери» означает на сингальском языке дважды повторенное слово «слабый». Дословно можно сказать «слабый в квадрате». Современная европейская медицина знает это заболевание с 1642 года, когда вышло посмертное издание книги De medicina Indorum («Медицина Индии») голландского врача Якобуса Бонтия (он же Бондт, Якоб де Бондт), работавшего и умершего в 39 лет в Батавии.
Он успел оставить описание загадочной болезни, приводящей к разным неврологическим симптомам: «Некое очень мучительное состояние, которое нападает на людей, называется здешними обитателями бери-бери (что, видимо, означает "овца"). Мне кажется, что те, кто этой болезнью заболевает, сотрясают колени и поднимают ноги при ходьбе, словно овцы. Это своего рода паралич, или, скорее, трепет, ибо он проникает
