Джек и Жан расступились, давая место Эйлин. Став на колени, она крепко сжала пальцами с обеих сторон уцелевшую часть плеча и коротко сказала:
- Жгут!
Полосы эластичной пленки, служившие для самых разнообразных надобностей, всегда были под рукой. Жан тотчас подал ей одну. Она умело, быстро наложила тугой жгут. Кровотечение постепенно прекратилось.
- Все же много крови потеряно, - сказала Эйлин, внимательно осматривая Герду.
- Она жива? - спросил Жан таким голосом, словно ему сжимали горло.
- Жива. Но положение очень тяжелое. Вызови самолет.
Голос Эйлин звучал властно. Жан с удивлением и восхищением смотрел на эту маленькую девушку.
Пока Жан связывался со штабом, Джек установил койку. Тем временем Эйлин сделала Герде впрыскивание - дезинфицирующее, обезболивающее и усыпляющее.
Герда слабо простонала. Жан стремительно нагнулся к ней.
- Она стонет сквозь сон, - сказала Эйлин. - Теперь уложите ее на койку.
Пока Жан и Джек очень бережно выполняли распоряжения врача, Эйлин готовила материал для перевязки.
- Нам удалось устранить непосредственную опасность для жизни, - сказала она.
- Что же теперь нужно делать? - спросил Жан вполголоса.
- Очень многое, - так же тихо ответила Эйлин, заканчивая перевязку. Во-первых, переливание крови, во-вторых, ампутация руки. А затем длительное лечение...
- Ампутация! - горестно воскликнул Жан. - Значит, она навсегда инвалид!
Эйлин пристально взглянула на него и, чуточку помедлив, сказала:
- Не обязательно.
Глава 22
Некоторые итоги
На очередном заседании Мирового Совета подводились итоги пережитого и сделанного на Венере в последнее время. Большинство населения Земли во время заседаний Совета сидело возле телеаппаратов. Остальные могли в любое время просмотреть и прослушать запись.
Смотрели и слушали эту передачу и на Венере, в помещении Штаба освоения. Другие помещения еще не имели непосредственной связи с Землей, и штаб транслировал передачу.
Мерсье был, конечно, в числе зрителей и слушателей. Как он смотрел, как слушал! Да, он рядовой участник освоения, но это его идеи воплощаются в жизнь!
- Послушаем, - сказал Маслаков, - что могут сказать ученые-специалисты о загадках, которые Венера заставляет разгадывать.
Ну, о растительности вы уже знаете. Собственно, никаких растений, кроме некоторых видов деревьев, на Венере до сих пор не обнаружено. И не удивительно. С тех пор как советская межпланетная станция впервые совершила мягкую посадку на Венеру, стало ясно, что там не может быть растительной и животной жизни в привычных нам формах.
Эти деревья известны были уже и прежним экспедициям. Группа Жана, обследовавшая лес, больше не нашла в нем ни растений, ни животных. Что же касается хищных грибов, обнаруженных ранее, то о них разговор впереди.
Деревья Венеры только потому могут выдержать невероятно высокую температуру, что покрыты в высшей степени прочной защитной корой. Листьев у них нет. Зеленоватый цвет стволов и ветвей говорит о том, что фотосинтез все же происходит. Но в испарении влаги эти деревья не нуждаются. Наоборот, им важно добыть и сохранить ее как можно больше. Откуда же они ее берут?
Экспедиция Жана не могла заняться изучением корневой системы этих деревьев. Но кое-что выяснили предыдущие экспедиции. Чрезвычайно разветвленные корни уходят в недоступную глубину, в дальнейшем еще предстоит их тщательно исследовать. Корни высасывают глубоко скрытые подземные воды. Есть предположение, что на своих окончаниях они имеют сильные пневматические устройства, позволяющие присасывать издалека даже ту воду, до которой они непосредственно не доходят.
О животных же сейчас расскажет биолог Жанна Родионова.
Сидевшая за круглым столом вместе с другими учеными и членами Мирового Совета молодая женщина встала. Неброская внешность - неяркий цвет кожи лица, открытой шеи, рук, пепельно-серые волосы и глаза. И одежда под стать: гладкая, темно-серая, без украшений. Но голос неожиданно звучный, свежий, богатый интонациями.
При виде Жанны Мерсье удвоил внимание: она славилась своими смелыми, подчас парадоксальными гипотезами и выводами. А где еще эта ее черта может оказаться более уместной, чем при обсуждении наблюдений, сделанных на планете, уже поставившей в тупик многих исследователей своими необычайными загадками?
- Начну с грибов, - сказала Жанна. - Животные они или растения? Вопрос-то этот, в общем, чисто теоретический. Я бы причислила их скорее к животным. Дело не в форме, а в их сущности. Они произвольно передвигаются, охотятся. Правда, на Земле есть хищные растения. Но они неподвижны. Не знаем мы еще, как эти грибы размножаются.
А вот на кого они охотятся? Они напали на Жана. Но ведь не людьми же они питаются. Прежние экспедиции не встречали этих грибов. Да и теперь они только раз встретились. По-видимому, их вообще немного, наверно потому, что и пищи для них мало.
Но какова же все-таки эта пища? Вряд ли растительная - ведь они хищники. Да и какими растениями они могли бы питаться? Деревьями, что ли, покрытыми такой твердой корой, которую с трудом прорезают алмазные пилы? Значит, животными? А какие там есть животные? За все время попалось на глаза только одно, которое гипнотизировало Жана и Панаита в подземелье. Но раз есть одно, должны быть и другие. Может быть, и не такие крупные - с такими грибам, пожалуй, и не справиться.
Но тогда возникает новый вопрос: а чем же питаются те животные? Если и они хищные, то на какой-то более низкой ступени должны быть и питающиеся растениями. И где? Очевидно, только в глубинах. А там никаких растений, наверно, не может быть. Разве что со временем мы их там станем разводить при искусственном освещении. Но со временем - пока не скажу, каким - мы и на поверхности планеты создадим такие условия, что там смогут жить и растения, и животные, и в первую очередь люди без скафандров.
И наконец, чем дышат животные? Ведь и в глубинах не больше кислорода, чем в атмосфере над поверхностью планеты.
Но давайте пофантазируем. Они не питаются и не дышат...
Мерсье напряг внимание. Если б это говорил кто другой... Но Жанна, при всей парадоксальности своих предположений, умела логически обосновывать их.
Она продолжала:
- Уже предыдущие экспедиции при сверхглубинном бурении обнаружили в недрах Венеры микроорганизмы, устойчивые к тамошней исключительно высокой температуре. Там, в глубине, есть проникающие сверху газы - углекислота и весьма малое количество азота. Вот они и разлагают углекислоту на углерод и кислород и умеют использовать незначительное количество азота.
Может быть, низшее звено живущих в подземельях животных - те, которые как бы - соответствуют земным травоядным, - пользуется такими же микробами. Симбиоз. Эти микробы, живя в теле животных, не только сами усваивают продукты разлагаемых ими газов, но и снабжают ими животных. Правда, на Земле животные белки состоят не только из углерода, кислорода и азота, в их состав входят еще водород, сера, иногда также фосфор и железо. Мы не знаем, откуда эти животные берут водород, серу. Но может быть, и ниоткуда не берут. Почему мы должны предполагать, что венерианские организмы непременно живут и развиваются по той же схеме, что и земные? Быть может, у них совсем иной химизм? Может быть, у них вовсе нет ни сердца, ни легких, ни органов кровообращения и пищеварения и они совсем иначе, чем земные, усваивают нужные им вещества, производимые для них микробами? Иначе и размножаются?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
