class="p">
Сами немцы признают, что даже в условиях хаоса:
«Русские сопротивлялись ожесточенно и все время стремились прорваться большими и малыми группами».
«Во время массовых прорывов 24 сентября красноармейцы всегда шли густыми цепями без какой-либо артиллерийской поддержки. Даже огонь минометов и пулеметов отсутствовал. Тот, кто не был убит или ранен, продолжал идти вперед в полный рост, даже ни разу не упав на землю, чтобы укрыться».
Но итог был закономерен, как падение ножа гильотины на шею:
«Окончание боев за с. Оржица запомнилось командиру 24-й пехотной дивизии генералу Х. фон Теттау в следующих красках.
«Густые столбы дыма вздымались над огромными пожарами… Наносивший удар на главном направлении 31-й полк пробился к дамбе с мостом по эту сторону деревни и протянул там руку танкистам-камрадам, когда уже ночь опустилась на ужасающую картину разгрома. Она превосходила самые фантастические представления об аде: хаос автомашин и гужевых повозок, орудий и лошадей, раненых и убитых, и все это посреди моря огня и дыма, в котором вплоть до самой ночь шли бои за каждый дом. Толпами выскакивали чуть не умирающие с голоду советские солдаты из домов, окопов и укрытий и покорно отправлялись в тыл. Их сбор, охрана и снабжение стали настоящей головной болью для сильно потрепанных частей и ответственных работников штабов…».
«Всякий, кто видел Денисовку, может это подтвердить. Это село представляло собой богатейший арсенал брошенных автомашин, повозок, разного рода вооружения вплоть до крупнокалиберных орудий. К тому же тысячи лошадей, пасущихся без седоков в ближайших окрестностях. Узкая дамба между Денисовкой и Золотухами стала сценой человеческой трагедии. При попытке прорваться на север русские были сотнями уложены пулеметами 419-го и 420-го полков, а также 16-й танковой дивизии, которая держалась на северном берегу Оржицы. Справа и слева – болото. На дамбе, представлявшей собой слабое укрытие, лежали вплотную человек на человеке, все – мертвые».
В результате, из окружённой более чем полумиллионной группировки РККА, смогло «просочиться» к свои не более пятнадцати тысяч бойцов и командиров – в том числе и небезызвестный генерал Власов…
Остальные погибли или были взяты в плен.
Скажите, что при обороне городов, будет много жертв среди гражданского населения?
В сданном генералами Киеве, где в Бабьем Яру оккупанты расстреляли десятки тысяч гражданского населения – по большей части стариков, женщин и детей - жертв было не меньше, чем в обороняющемся Сталинграде.
На обвинение же в дилетантстве отвечу: не обязательно нужно быть профессиональным водителем - чтоб заметить, что шофёр автобуса везёт не по тому маршруту.
Всё же уверен: здесь «советчиком» Вождю был не Жуков – тот хвастал больше, а Хрущёв. Случись это окружение, ему как Первому секретарю компартии Украины - пришлось бы остаться в Киеве, как Жданову в блокадном Ленинграде и, возможно погибнуть там…
А так он благополучно «вывел» себя любимого и ближайшее окружение, за что коммунисты после смерти Сталина – назначили его своим главарём.
И наше счастье, что так же не поступил безвылазно сидящий всю войну в Москве Верховный Главнокомандующий. Иначе генералы и, из Первопрестольной бы «вывелись» - как из Бреста…
Прецедент то был!
И причём прецедент - получивший восторженное одобрение историков, после которого без боя сдать столицу государства – признак особой полководческой доблести.
***
Плотно посидели с Михаилом Дмитриевичем над картой, расставляя войска.
- …Если захватим этой весной Финляндию – особых проблем на севере с Мурманском не будет. Поэтому, товарищ Верховный Главнокомандующий, перейдём сразу на Прибалтийский, Западный, Юго-Западный и Южный театры военных действий.
- А не рановато ли мы с вами делим шкуру неубитого финна, товарищ Заместитель Верховного Главнокомандующего?
Тот, безапелляционно:
- В самый раз! В разгроме финской армии, я нисколько не сомневаюсь. Меня больше беспокоят финские партизаны.
Отвечаю в том же духе:
- Это не ваша проблема, а товарища Пономаренко из НКГБ…
Не поддержанные регулярной армии партизанские движения успешно давятся, что доказала «реальная история» басмачей, бандеровцев и прочих «зелёных братьев». Тем более что у чекистов к тому времени накопился очень богатый опыт по этой части.
Получив мои заверения. Бонч-Бруевич продолжает и проводя карандашом с севера на юг, объясняет диспозицию:
Рисунок 5. Чёрные толстые стрелки направления вторжения Вермахта по плану «Барбаросса», тонкие – линии коммуникаций, по которым это вторжение снабжалось.
- Главная линия обороны проходит по серьёзным естественным препятствиям: по рекам Западная Двина и Днепр. Основная идея такова: каждый город имеющий хотя бы один мост через реку, должен быть превращён в неприступную крепость: Рига, Даугавпис, Витебск, Смоленск, Орша, Могилёв, Бобруйск, Жлобин, Гомель, Чернигов, Киев, Черкассы, Кременчуг, Днепропетровск, Запорожье, Херсон… Эээ… И Николаев.
- Николаев же не на Днепре? На Бугском лимане.
- Зато довольно удачно расположен.
Затем, размышляя вслух:
- На Днепре восточный берег низкий, поэтому защищаемся в укрепрайонах на западном берегу. Для линейной обороны войск не хватает, поэтому она будет очаговой: все города имеющие мосты или плотины через эти реки - должны быть укреплены и насыщены войсками.
Помолчали, затем я вновь выразил сомнение:
- Германцы наведут понтонные переправы и…
Мой Заместитель с непоколебимой уверенностью фанатика:
- Пусть наводят! Снабжать войска через наплавные мосты длинной с версту или около того – удовольствие сомнительное, Вы уж поверьте мне на слово. Особенно при наличии у нас авиации.
Поёжившись:
«Товарищ ещё не знает, какая сильная у германцев зенитная артиллерия и какое говно наша авиация…».
Вдруг при упоминании про «говно», меня осенило:
«Оно ж, не тонет!».
- Михаил Дмитриевич… Минуточку!
На глазах изумлённого маршала, поднимаю трубку и набрав номер:
- Товарищ Меркулов! Срочно соединитесь с Наркоматом боеприпасов и дайте сталинское задание: срочно разработать наплавную авиабомбу… Да, да: именно «наплавную» с торчащим над водой контактным взрывателем. Для уничтожения наплавных же переправ…
Впрочем, моему секретарю-референту разжёвывать долго не надо было… Он всё понял с полуслова.
Теперь, нашим «сталинским соколам» сам мост бомбить не надо. Сброшенная ночью даже с самого говнянного самолёта («У-2» подходит прямо-таки идеально!) и выше по течению, наплавная бомба сама подплывёт к понтонному мосту и, взорвавшись – снесёт его на хер.
Внимательно слушавший Бонч-Бруевич, хотя и в общем благосклонно отнёсся к этой «заклёпке», но видимо из-за врождённой вредности, высказался не так оптимистично:
- Хлопот германским понтонёрам, таким образом можно наделать.
У меня свои задумки, поэтому показав на карте, вопросительно заглядываю собеседнику в глаза:
- Моонзундские острова? Там должен быть наш «непотопляемый авианосец»! Прикрытая флотом и сухопутными войсками
