Читаем без скачивания Зора (СИ) - "1ex0"

В середине ночи он вплотную приблизился к горам Ан’тура и взял путь на юго-восток, войдя в деревню Клиф. Все жители спали, поэтому здесь было пусто, тихо и темно. На севере совсем близко остались горы, а на северо-востоке виднелись постройки Ан’тураата. Но, подавив в себе любопытство наведаться в тот город, он двинулся на восток, так что под утро достиг следующей деревни – Фуга. Местные жители только лишь просыпались, а потому путешественник в белой мантии никак не волновал их. Продолжая держать путь на восток, Влад приближался к другому горному хребту – Тха. А, когда покинул территорию деревни, когда дома перестали мешать его обзору, он увидел тот самый лес – Могильный. Он начинался там, где заканчивалась горная гряда Тха и уходил на юг. На лугах близ этого леса паслись стада всяческих домашних животных. Но стада был очень маленькими. Самое большое из них состояло всего-навсего из 6 голов. И опять же, среди них не было не одной лошади. А ведь в его стране скакунов использовали повсеместно. Но его этот вопрос волновал слишком мало, чтобы подойти и расспросить одного из пастухов об этом. Он стремился туда, где хребет Тха и Могильный лес сходились воедино. Может показаться, что там нет пути, но он помнил слова Морэ, что раньше там пролегал похоронный путь. И пуcть даже этот путь зарос, всё же какая-никакая тропа там должны остаться. И он пройдёт по ней, чего бы ему это ни стоило.

Приблизившись к тому месту, он убедился, что путь там, и в самом деле, был. Уже достаточно нехоженый и заросший всякими сорняками, но всё же пройти можно. Дорога уходила немного вниз, так что в том месте образовывалась небольшая низина, в которой скапливался туман. Но не тот губительный смог, который распространяет зоралист, а обычный утренний туман. Так как горы и лес находились близко друг ко другу, то и темень они здесь создавали достаточную, из-за чего какой другой путник не решился бы пройти этим путём. Более того, этой тропой побрезгуют пройтись даже адепты белой башни. Однако искра тьмы, что теплилась в душе Влада, позволяла не поддаваться на этот страх. И он стал углубляться в него. Путешествие по такой местности было очень затруднено. Одно дело шагать по равнине, на которой растут Харимпазы, и совсем другое – пробираться через сплетения всяческих сорняков. С гор то и дело налетала стая летучих мышей. В лесу то и дело слышались различные шуршания. Однако ничего не угрожало жизни чародея. Сила тьмы, что обитала в нём, отпугивала всякое живое существо и защищала от возможного вреда. Одно лишь не по нраву было чародею – что эта тропа оказалась не такой уж быстрой. Ему казалось, что он блуждает в этой тьме целую вечность. И всё же через какое-то время он достиг погоста. Значительная часть леса была вырублена подчистую, а на месте деревьев вырастали всяческие памятники. Сейчас был вечер, и багровые отблески заката окрашивали это поле, заросшее сорняком, в кровавый цвет, так что Владу казалось, будто бы здесь находилось кровавое озеро. Как бы ему ни хотелось побыстрее попасть в чёрную башню, всё-таки перед этим искушением он устоять не смог и принялся ходить меж могил давно ушедших людей. Различить надписи на каменных и деревянных постаментах было уже нельзя, а потому чародей только лишь ходил меж ними и наслаждался этим безмолвием. Да, обычная тишина отличается от тишины могильной. Здесь была некая таинственность, нечто неописуемое, какое-то чувство полноты, как будто бы он уже достиг своей цели и пришёл в чёрную башню. Это было так странно и необычно, что Влад продолжал ходить тут, пока не сгустились сумерки. В этот момент в лесу началось какое-то движение, как будто бы по деревьям кто-то идёт. Точнее, как будто деревья идут. Да-да, ожили и теперь ходят где-то там, в чащобе. Ему стало интересно, что это может быть, а потому он стал всматриваться во тьму и ожидать. Но ожидание затягивалось. А кто-то так и продолжил ходить в чащобе, постоянно смещаясь влево. Влад не выдержал и крикнул: «Эй, кто там?!» Движение тут же прекратилось, и спустя небольшой промежуток времени из чащи послышался приглушённый низкий голос, который немного растягивал гласные буквы. Существо выражалось на языке, непонятном для Влада. Когда речь прекратилась, возобновилось движение. И по нарастающему шороху было понятно, что существо приближается. И вскоре на опушку, объятую тьмой, выбралось живое дерево. У него было четыре ноги в виде толстых корней, а также множество рук в виде ветвей, которыми оно шевелило. Больше разглядеть в этой тьме не удалось. Влад не мог понять, видело ли существо в темноте, однако его место положения всё же распознало, потому что остановилось прямиком перед ним. Скрепя своими ветвями и корнями, оно немного помолчало, а потом снова послышался его низкий раскатистый голос, который вытягивал гласные. Однако, как и в первый раз, речь звучала на непонятном языке. Влад произнёс, немного напрягая голосовые связки: «Я тебя не понимаю» Немного поскрипев своим туловищем, дерево вновь принялось что-то говорить. Но чародей повторил свою фразу. Он пытался анализировать то, что говорило существо, однако не мог. Не хватало знаний. Он даже не знал, за что уцепиться, чтобы понять хотя бы уж приблизительное значение слов этого существа. Сначала чародей назвал своё имя, а потом несколько раз повторил его. Дерево что-то говорило, но всякий раз новые слова. Поэтому как-то начать повторять за ним не имелось возможности. Влад немного приближался и пытался продолжать разговаривать с незнакомым существом. Он думал, что это и есть тот самый древесный страж. Если это так, то легенда эта не такой уж и легендой оказалась. Дерево позволило чародею приблизиться к себе, и маг коснулся его ствола. Конечно, физические ощущения никаких отличий от обычного дерева не почувствовали. А вот духовная сила показывала, что внутри этого существа кипит жизнь, какой не может быть не только в растениях, но и в животных, а также людях. Влад откровенно изумился этому. В ответ существо протянуло одну из своих веток и коснулось спины чародея. Это был добрый знак, а потому Влад так и продолжил стоять на этом погосте, пытаясь контактировать с этим стражем. И только лишь когда небо над головой начало светлеть, существо вновь зашагало в свою чащу и скрылось там среди деревьев, так что Влад не успел, как следует разглядеть его. В голове промелькнула мысль остаться тут до очередного сгущения сумерек, однако тьма в его душе напомнила, что он здесь совершенно по другой причине, а потому, оставив могильник за спиной, он двинулся обратно к горам.

Под середину толнора он всё-таки выбрался из той тенистой низины. Лес начал уходить вправо, на юг, а горы постепенно понижались, открывая перед ним просторы Игской рощи. Ничуть немедля, он взял курс на юг-юго-восток, так, чтобы Могильный лес постепенно отступал. И таким образом он двигался по направлению к своей башне.

Опустилась ночь, потом было утро, и настал полдень, когда на горизонте показались горы хребта Шина. Влад продолжал держать в своей голове карту, которую он увидел на форзаце путеводителя. И пока что он всё правильно делал.

В середине следующего толнора он увидел на горизонте деревню. Однако на карте Морэ никакой деревни там не было. Поэтому он решил дойти до неё и посмотреть.

Когда дневное светило оторвалось от горизонта и начало стремиться к зениту, Влад вошёл в эту деревню. Само собой, это была И. Там, где некроманты проводят свои эксперименты над погибающими от теней Мората людьми. Чародей ходил по этому жуткому месту и понять не мог, что произошло с местными. Он попытался заговорить с некоторыми людьми. Но все они лишь поднимали свои погасшие взоры, не проронив ни слова, поглядят на него и продолжат своё никчёмное существование, как ни в чём не бывало. Среди них не было пожилых или детей. Абсолютно все были среднего возраста. И Влад, конечно же, понятия не имел почему это так. А связать это с силой Мората у него не удалось. Но все вопросы тут же стирались, стоило ему только обратить свой взор на юг – там из-за горизонта вырастал чёрный шпиль его заветной мечты. А потому, оставив безрезультатные попытки излечить этих людей при помощи целебных чар, он пошёл туда, откуда вырастала вершина чёрной башни. Он не ощущал магического маяка, как это было во время приближения к белой башне. Вместо этого тьма, покоящаяся где-то в глубине его души, ощущала притяжение к этой башне. Оно было не столь явное, как магическое притяжение, но и тьма пока что не сильно развита в нём. Однако, чем ближе Влад становился к своей цели, тем сильнее ощущалось это притяжение.