Читаем без скачивания i 422a965560a818ed - Admin

   Понимали это и в доме Астаниса. Потому торопились со сборами. Не стали дожидаться прощального пира, следовавшего за посещением храма и жертвоприношением. Жрецы как один убеждали, что знамения благоприятные и можно отправляться вот прям сейчас.

   Капереда забавляла эта варварская торопливость. Вот даже жрецы спешили избавиться от больного. Нет, среди этих мудрецов мудрости не сыскать. Пусть остаются в своем городе и продолжают вырезать печень у животных.

   Погода ухудшилась, в варварскую страну пришли дожди. Караван вышел из города до рассвета и по хорошей дороге отправился на восток, чтобы затем идти вдоль реки Соун на север. Это будет самым простым путем, чтобы добраться до вотчины Вангинов.

   Капереду так и не удалось узнать, сколько продлится путь. Кто-то утверждал, что месяц, кто-то говорил - неделя. Время в Коматии идет не так, как в цивилизованных странах. Но от чего зависит движение песчинок в часах, Каперед не мог сообразить.

   Он полагал, что задерживать в пути их будет погода. И правда, дожди размыли дороги. Что, впрочем, не слишком мешало варварам.

   Лимей сын Астаниса спешился и часть пути шел как обычный воин. Он вел коня, которого нервировала скользкая дорога. Конь был плохо обучен и все еще показывал свой норов. Своеобразное испытание для молодого воина из благородного семейства.

   Промозглая погода сказывалась не только на скорости продвижения, но и настроении отряда. Меньше всего от холода страдал, казалось, больной купец. Он выглядел бодрым, румяные щеки горели. И он не слушал никаких увещеваний, отмахивался от просьб Капереда, не шел ни под каким предлогом в телегу.

   - Что, я как немощный буду трястись в телеге?! Это участь для тех, кто боится смерти, но я сам иду к ней навстречу!

   Каперед оценил настрой купца, но продолжал свою песню. Пока это безопасно. Если состояние купца ухудшится, гадкие стороны его характера вылезут на поверхность.

   И если сейчас это зовется благородным упрямством, то потом это будет признаком сумасшествия и недоверия лекарю.

   - Так ты знахарь или лекарь? - спросил купец.

   Каперед вздрогнул, вопрос застал его врасплох. Слишком глубоко погрузился он в свои мысли.

   - Смотря что считать первичным.

   - Поясни, - свел брови Зижав.

   - Знахарь это народный лекарь, а лекарь - городской лекарь. Последнее время я больше времени провожу среди крестьян, потому предпочитаю звание знахаря. Деревенщине так понятней. Ясно, с кем имеют дело.

   - Умно, но что заставило тебя покинуть уют и покой южных городов, отправиться к нам?

   Говорить об истинной причине Каперед не стал. Он уверил своего спутника, что им движет жажда знаний. Подспудно Каперед надеялся узнать у купца про древние города, располагавшиеся где-то за рекой.

   Как утверждал знаменитый географ, древняя цивилизация зародилась на побережье северного моря, к востоку от великой реки, разделяющей варварские царства на две части - Коматию и Венавию. В те далекие времена земли варваров не были во власти льда и снега, жаркое солнце светило на золотые храмы древнего народа. А солнце и тепло - это урожай и возможность развития населения.

   Проще говоря, у них не было недостатка в пищи. А это значило быстрый рост городов - сосредоточения культуры.

   В те далекие времена Государства еще не существовало, не было и демократий и тираний восточных городов и царств. Обитаемые земли были слишком жарким местом для человека.

   Как утверждали поэты и жрецы, мы являемся потомками тех, кто покинул северную цивилизацию, когда ее земли захлестнула волна холода.

   Отыскать следы пращуров, прикоснуться к их творениям и, быть может, испить чащу мудрости, доставшуюся в наследство от них. Об этом сейчас мечтал Каперед, в тайне от всех и себя в частности надеясь, что древняя мудрость окажется отличным инструментом. Жезлом власти, что он понесет с собой домой.

   И обрел бы Каперед радость в ту же минуту, однако его спутник ничего не знал о древних народах. Для него они были пустым звуком, а прошлые события занимали настолько, чтобы иметь под рукой занятную историю для симпосиума.

   Каперед одернул себя, эти варвары не собираются на попойки в принятом в среде цивилизованных народах образом. Они распробовали вкус вина, но не приняли того, что употреблялось вместе с ним - мудрых речей, декламаций, не говоря уже о танцовщицах и юных флейтистах.

   Грубый народ и грубы их нравы. Иное общество не может выжить в холодных землях Коматии.

   Вот и штаны носят они неспроста. В такой холод Каперед рад был бы надеть кожаную одежду, да только он не удосужился взять с собой ничего подобного. Даже переход через горные перевалы был намного проще. Повезло пройти тогда, когда спал Громовержец.

   Зато сейчас он отыгрывался по полной.

   Каперед надеялся, что за пролившимся ливнем последует солнечная погода. Разойдутся тучи, жаркие лучи слизнут лужи. Не тут-то было! Ливень сменялся солнечной погодой, но моросящий дождь все портил. Земля не успевала прогреться и стряхнуть с себя капли влаги. Тяжелая глина липла к сапогам, стягивала обувку с ног.

   Дороги варваров оказались не так ужасны, как полагал Каперед. Но все равно путь оказался тяжелым.

   Невысокие леса располагались вдали от дороги, многочисленные поля располагались слева и справа. Они не были затронуты войной, но чернели от сажи - совсем недавно на них жгли солому, оставшуюся с прошлого года.

   - В этом году ничего не будут засевать, - говорил Лимей.

   - Зерна достаточно, больше брать не будем, - кивнул Вир.

   - Этим летом нам оно не понадобится. Не сочти за оскорбление, но я предпочел бы остаться с отцом.

   - Понимаю, сам желал последовать с ним в бой, да вот только кровь моя пробудилась так не вовремя. Добрые боги дали мне знать, что пора возвращаться на родину.

   Лимей кивнул и спросил у знахаря, жалеет ли он, что покинул дом.

   - Дом человека - это мир.

   Каперед повел рукой, указывая на поля, леса и эту проклятую дорогу.

   - Мудрец смотрит на мир иначе, - засмеялся купец.

   - Так и ваш народ готов покинуть родные земли.

   - Ты прав, но то случается реже. Либо голод, либо вражда с соседями. Слабые народы уходят. А зачем уходить, если дом твой богат, поля радуют урожаями, а в реках рыба не кончается.

   - Вот верно, ведь твой народ не покидает своих городов! - воскликнул Лимей.

   - Нам бежать некуда, ведь не море нам распахивать, - засмеялся Каперед.

   - Тогда вы будете подобны богам, если и в морях научитесь жить, добывать золото и железо из воды.

   Какие интересные мысли у этих варваров. Но они правы, если мы научимся жить там, где раньше не жили, то превзойдем себя из прошлого. Это ведь произошло с ним самим. В прошлом Каперед помыслить не мог, что будет выносит тяготы долгого пути, терпеть мозоли и дождь. А сейчас - ничего, даже в какой-то степени счастлив.

   И дело не в цели, больше похожей на морок.

   Ведь что на самом деле сказал географ, а за ним и историк, описывая цивилизацию предков. Невероятные легенды! Власть над духами, над металлами. Они владели таким оружием, что даже легионы Принцепса не способны противостоять им.

   Но владея этим оружием, они не смогли спасти свою страну, свою культуры. Отправились на юг, завладели теплыми странами и основали новые города. Для того, чтобы столетия спустя возникло Государство, как продолжатель их идей.

   Звучит красиво, но верится во все это с трудом.

   Каперед не хотел вспоминать, что восточные философы упоминают народы севера. Они описывают их как развязную, дикую орду, хлынувшую с севера в теплые приморские земли. Они уничтожили древние государства, захватили их города и присвоили царские знаки власти. И не было никаких невообразимых творений, великой литературы, могущественных богов и невероятных свершений. Были только дикари, облаченные в кожу и штаны.

   В это тоже нелегко поверить. Каперед смотрел на своих спутников и не видел сходства с ними. Если есть у них родство, то самое отдаленное.

   Варвары другие, они не способны создать что-то подобное Государству. И не могут быть потомками древней цивилизации. Иначе унаследовали много общего от них.

   Размышляя о прошлом, Каперед не забывал поглядывать по сторонам и отвечать на вопросы купца. Болтовня Зижава не прекращалась. Похоже, месяцы молчания давали о себе знать. Его огненная натура требовала действий, активности. Теперь он получил возможность дать выход эмоциям.

   Потому он болтал без умолку, шел пешком и с каждым шагом его тело крепло. Теперь он мог идти с такой же скоростью, что пешие воины. Отряд подстраивался под медленный шаг Капереда, а не купца. Неприятное замечание, но справедливое.

   Каперед не реагировал на усмешки Вира, понимая, что тот лишь защищает свой разум от предстоящего ужаса. Он болен и болезнь глубоко проникла в него.