печать: для этого требовалось особое мастерство. Люди, работавшие в «черном кабинете», умели искусно скрывать следы своего вмешательства в чужую переписку. Кроме того, важным критерием успеха была скорость: письмо нужно было либо мгновенно расшифровать, либо быстро переписать и отослать адресату. Промедления в доставке письма нужно было свести к минимуму, чтобы никто не мог догадаться, что переписку просматривали. Созданная в XVII в. система «черных кабинетов» будет верным оружием французских правителей вплоть до времен Наполеона Бонапарта, который начинал каждое утро с чтения расшифрованных сообщений.
В первой половине XVII в. пертурбации Тридцатилетней войны, начавшейся в Священной Римской империи и распространившейся на Францию с Испанией, дали жизнь новым шифрам. Совсем недавно в Вене был найден тайник с зашифрованными письмами той эпохи. Они были тщательно изучены, и криптографы до сих пор пытаются расшифровать эти тексты. Сама Вена примечательна тем, что именно там, в скрытом от посторонних глаз помещении дворца Хофбург, появился один из величайших «черных кабинетов» в истории – Geheime Kabinettskanzlei (Канцелярия тайного кабинета). Это была необычайно эффективная организация, работа которой ежедневно начиналась рано утром, еще до того, как первые лучи солнца падали на шпили зданий австрийской столицы. В основном в Канцелярии тайного кабинета занимались перлюстрацией дипломатической переписки (точно так же, как 300 лет спустя в Блетчли-парке, где имелись специальные отделения, занимавшиеся исключительно дипломатическими сообщениями). В просторной зале дворца, освещенной свечами, стояло множество столов, за которыми каждый был занят своим делом: одни аккуратно плавили восковые печати, стараясь не повредить и не запачкать бумагу; другие кропотливо переписывали содержание сообщения; третьи вновь запечатывали конверт при помощи искусно изготовленных восковых штампов, ничем не отличавшихся от оригинала. Все это делалось для того, чтобы участники переписки не заподозрили, что каждое их письмо просматривается.
Венский «черный кабинет» был не только успешной шпионской организацией – хотя до сих пор непонятно, как дипломаты могли быть настолько наивны, чтобы не сомневаться в надежности своих каналов связи, – но и главным торговцем чужими тайнами. По сути, это был первый случай, когда государство превратило криптографию в способ заработка. Главным покупателем вестей о самых пикантных скандалах и тайнах были французские шпионы (по крайней мере, до Французской революции). Тем не менее некоторые аристократы сильно опасались, что за ними может шпионить какой-нибудь «черный кабинет», и потому придумывали поразительные ухищрения: например, складывали письма (по типу оригами) так, что эту форму было очень трудно воспроизвести. Любой неправильный сгиб бумаги говорил о том, что письмо было вскрыто и прочитано. Были и другие уловки: например, конверты с подставными адресами. Особо важные сообщения можно было отправить по адресу какого-нибудь незначительного человека. Корреспонденцию таких людей никогда не проверяли, так как считалось, что у них не может быть важных секретов. На самом же деле это были самые настоящие агенты, которым платили за работу. Получив невскрытое письмо, такой агент-посредник лично доставлял его истинному адресату – так было гораздо надежнее.
Были и другие уловки в обход общепринятых форм обмена корреспонденцией. Например, письма запекались в хлеб, который доставлялся в дом нужного чиновника или вельможи. Хотя существование венской тайной канцелярии и держалось в строгом секрете, никто не хотел лишний раз привлекать к себе внимание государства: мало ли что может из этого выйти. Однако некоторые с большой горечью обнаруживали, что их тайны раскрыты. Одним из таких людей стал король Франции Людовик XV.
В 1774 г. Людовику прислали большую посылку, в которой, к его удивлению, оказались секретные указания шпионам от короля Пруссии. Но – на сей раз к его ужасу – там были также копии его собственных зашифрованных писем, к которым прилагались расшифровки. Все эти трофеи в Париж отправил секретарь французского посла в Вене. Узнав о возможности покупать секреты в «черном кабинете», дипломат решил выяснить, насколько хорошо работает эта служба. И однажды в час, когда колокола венских церквей били полночь, а шпионы затаились во тьме, секретарь французского посла встретился с одним из криптографов из Тайного кабинета и купил у него за 1000 дукатов сведения, на которые теперь с ужасом смотрел Людовик XV.
Благодаря этому «черному кабинету» и аналогичным тайным организациям в других европейских городах криптография не только стала неотъемлемой частью государственного аппарата, но и научилась хранить в тайне свою успешную деятельность по взлому шифров. Наследие той эпохи живет и по сей день: это фундамент, на котором стоят все современные разведывательные службы.
35. СЕКРЕТНАЯ СЛУЖБА СВЯТОГО ПРЕСТОЛА
Города и села средневековой Европы часто страдали от всевозможных бедствий. То наступит неурожай и приведет за собой голод, то придет чума и унесет бесчисленные жизни. В этой юдоли горя вера, может быть, и не приносила людям физического облегчения, но хотя бы давала надежду на загробную жизнь. Но религиозные конфликты и сами были величайшим бедствием, из-за которого то и дело проливались реки крови. В конце XIV в. произошла Великая схизма[49], ставшая одной из причин повышенного интереса пап к использованию хитроумных шифров. Переписка папы римского должна быть защищена, так как против него могло быть использовано все что угодно, даже обычные рассуждения на библейские темы. Через несколько столетий, когда влияние Ватикана в мире возрастет еще сильнее, возникнет нужда в более тщательном подходе к сохранению секретов писем понтифика. Это будет настолько важно, что в Ватикане криптография станет своего рода индустрией.
В 1379 г. секретарь папы Климента VII объявил новую эру в истории криптографии, изобретя шифровальную систему, в которой на символы заменялись как буквы, так и целые имена, записанные на специальных шифровальных листах. Климент VII бежал из Рима в Авиньон, сделавшись таким образом «антипапой». Использование нового шифра позволяло ему общаться со своими сторонниками без риска быть рассекреченными.
В начале XVI в., ставшего впоследствии эпохой Реформации, криптография превратилась в одну из неотъемлемых частей политической жизни Святого Престола. Не в последнюю очередь потому, что дипломатические сообщения, отправляемые в протестантские страны вроде Англии, подвергались перлюстрации, и это хорошо понимали представители католического духовенства. Поэтому в 1555 г. в Ватикане появилась официальная должность шифровальщика. Однако, поскольку даже папа смертен, сама эта должность всегда была в центре закулисных интриг и ожесточенной борьбы, от которой зависело и то, кто будет шифровальщиком следующего понтифика. В 1591 г. шифровальщиком папы Григория XIV стал молодой человек по имени Маттео Ардженти, сменивший на этом посту своего дядю Джованни Баттисту. У юноши был настоящий талант придумывать сложнейшие шифры. Однако несколько лет спустя, когда Апостольский дворец занял священник из другого лагеря, Маттео был смещен со своего поста невзирая на все его заслуги. Но его наследие оказалось более долговечным. Он изобрел оригинальную шифровальную систему, состоящую из букв, цифр и специальных хитростей, одной из которых было слияние двух букв, часто стоявших рядом (например, буквы Q и U в латинских словах), в один знак шифротекста. Другой уловкой было слитное написание всех слов в шифре, чтобы никто не смог понять, где кончается одно слово и начинается другое.
Благодаря работе Маттео Ардженти и других специалистов шифровальный отдел Папского Престола на время стал ведущим в мире. Но, как мы уже знаем, вскоре во всех государствах Европы начали бурно развиваться «черные кабинеты», и в XIX в. ватиканскими шифрами никого уже было не удивить. Тем не менее в XX в. снова окажется, что тайные послания папы могут изменить ход истории, и буквально все кинутся их расшифровывать. Так, во время Первой мировой войны понтифик обладал колоссальным влиянием в разных частях света, и поэтому было очень важно знать, не собирается ли он объявить о примирении с одной из сторон конфликта.
С началом Второй мировой этот интерес только усилился. В Германии всегда была достаточно сильная католическая традиция – это очень мешало Гитлеру, и он стремился подавить ее. Он один был фюрером, и никакой папа римский не должен был иметь власть над его народом. Запретить католическую церковь он не решался: слишком уж глубоко укоренилась вера в немецкой культуре. Но нацисты были настроены решительно против Ватикана, и поэтому во время правления Гитлера одной из основных задач дешифровщиков был взлом шифров Святого Престола. У них для этого был хороший задел – тайком приобретенные шифровальные книги, в которых были ключи к кодам. Когда же
