— М-м-м… — наг блаженно прищурился, принюхиваясь.
Запах шёл что надо. Крепкий, суховатый и очень выдержанный.
Ссадаши приложился к горлышку и досадливо поморщился. Вино оказалось столь выдержанным, что вкус перешёл в крепкость и сухость, а послевкусие отдавало чем-то лекарственным. Ссадаши с разочарованием посмотрел на бутылку. Слышал он как-то, что не все вина подходят для долгой выдержки, видимо, это одно из них.
Но портить вечер трезвостью наг не захотел и вновь приложился к бутылке. Может, у этого винишка какое-то хорошее отсроченное действие есть, не зря же Вааш с Делом его в таких количествах выхлебали.
Допив вино, Ссадаши некоторое время лежал, наслаждаясь ощущением растекающегося по телу тепла. Очень приятного тепла, волнующего, похожего на предвкушение чего-то радостного. Почему-то мелькнула мысль о Дейне. Что-то вроде: «Жаль, что её нет рядом». Ссадаши тряхнул головой. Если сегодня освободится рано, доползёт до «Наездницы Инан».
Взяв кувшин, наагалей отхлебнул щедрых два глотка и, отставив сосуд, приготовился к лёгким грёзам. Всё же пронять нага снотворными зельями довольно сложно, вряд ли он сможет погрузиться в беспробудный со…
Мысль резко оборвалась, и Ссадаши рухнул на подушки, словно в обморок свалился.
Пару минут в спальне царила тишина, затем камень зашуршал о камень и в стене открылся чёрный зев потайного хода. Двое мужчин осторожно ступили в комнату и приблизились к постели.
— Спит, гадюка, — едва слышно прошептал один из них.
Второй попинал сапогом сползший с постели хвост, но наг даже не пошевелился. Всё ж хорошо, что они зелье поменяли на более сильное, а то даже баба-охранительница почти полдня продержалась.
Мужики подхватили нага за руки и за хвост и, тихо пыхтя от усилий, потащили его в лаз. Как только кончик хвоста скрылся в тёмном зеве, стена вновь пришла в движение.
Заглянувший через минуту Шширар удовлетворённо кивнул.
— Не рви, — господин капризно ныл и прикрывал руками цветущие рога.
— Нужно от них избавиться, пока они не расплодились как вши, — сурово отозвалась Дейна, пытаясь дотянуться до головы наагалея, но тот, хныча, увернулся и спрятался от неё за ковром. — Идите сюда…
Неожиданно ковёр набросился на неё и начал душить, придавливая к полу. Женщина в панике задёргалась, но как-то неловко и медленно, чувствуя странное, пугающее оцепенение. Пару мгновений спустя до неё дошло.
Она спит.
Пробуждение вышло стремительным. Едва открыв глаза, Дейна пихнула мохнатый пресс и повернула голову, пытаясь вдохнуть хоть немного воздуха. Сверху недовольно зарычали-заворчали, «пресс» шевельнулся, выдавливая из груди последние крохи воздуха, а затем всё же скатился. Женщина тут же отползла подальше и глубоко задышала, стараясь успокоиться и сообразить, что вообще происходит.
И где она находится.
Замерев, Дейна настороженно посмотрела в сторону окна, от которого доносился могучий храп. Ощупала шёлк ткани, которая её опутывала, и осторожно погладила обвивавший её щиколотку хвост.
Хвост принадлежал не господину.
Ковёр же оказался кошкой, но не Госпожой.
Волчий месяц заливал светом незнакомые покои.
Господина рядом не было.
На фоне луны на шпиле башни развевалось странное, расширяющееся и похожее на юбку полотнище…
Дейна ещё раз осмотрелась, узнавая покои. Без бутылок они выглядели иначе.
Но что здесь делает она?
Последним воспоминанием был господин, чьё обеспокоенное лицо вытягивалось в оленью морду. Где её память запечатлела сие дивное зрелище, Дейна не сказала бы и под страхом смерти.
От стыда заалели щёки. Хранительница называется! Напилась снотворного зелья, уснула, да ещё и проснулась непонятно где и без господина. Император сто раз раскается в своём решении приставить именно её к дорогому гостю.
Дейна решительно выпуталась из ткани и хотела было встать, но хвост на её щиколотке сжался, а храп у окна прервался.
— Куда? — хриплым со сна голосом вопросил господин Вааш.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— К наагалею.
— Спи здесь, — наг решительно потянул её вниз. — Ссадаши вел смотреть за тобой.
— Отпустите меня! — строго потребовала Дейна. — Я хранительница господина, мне нужно быть с ним.
— Сочувствую, — зевнул Вааш, перекатываясь на другой бок. — Считай, что сегодня у тебя выходной.
Дейна упёрлась свободной ногой в кольца хвоста, пытаясь стащить их с щиколотки как сапог, но господин Вааш лишь недовольно засопел, а кошка под боком заворчала. Женщина уже хотела разразиться руганью, но в этот момент сам наагалей вскинулся, подозрительно вслушиваясь.
По стене кто-то лез.
Кто-то большой и тяжелый. С длинными острыми когтями, которые легко заходили и в камень. Даже Дейна сообразила, кто это.
— Ну нет… — страдальчески протянул Вааш.
Когтистая лапа вцепилась в подоконник, и в следующий миг огромное тело заскочило в окно и огласило гостиную рыком.
— Нет тут твоего господин, — Вааш отпустил ногу Дейны и замахал хвостом на кошку. — Иди к Шашу.
Дурная животина заметалась и заорала ещё сильнее. Шириша вскочила и недовольно на неё зарычала, но эффекта не возымела. Дверь в спальню распахнулась, и на пороге показался Дел, на которого перепуганная Госпожа едва не набросилась. Привыкший к кошачьей любви наагариш аж вздрогнул, но на его защиту встала преданная Шириша. Издав рёв не хуже драконьего, кошка скакнула к возмутительнице спокойствия, вынуждая ту отступить. Госпожа прижала уши, но ответила не менее яростным рыком.
Дейна решила, что грех не воспользоваться возможностью, и, бросившись на пол, проскользнула под брюхом Госпожи к двери.
— Куда?! — рявкнул вслед наагалей Вааш, но метнуться за беглянкой не смог.
— Взять! — гаркнул Делилонис.
Дейна решила, что приказ был отдан кошке, но на выходе из покоев её едва не спеленали хвостами наги-охранники. Женщина едва успела головой вперёд нырнуть в смыкающееся чешуйчатое кольцо. Перекатившись по полу, она оказалась вне зоны досягаемости хвостов, но парочка плечистых нагов — один серохвостый, второй с хвостом фиолетового оттенка — тут же бросилась на сближение. Играть в догонялки Дейна не стала — и так ясно, что не сбежит, — и, заскочив на подоконник, прыгнула вперёд.
До противоположной стены она допрыгнула, но металлический карниз опасно лязгнул под её весом, и женщина едва успела раскачаться и под звон стекла влететь в окно, когда железяка всё же переломилась.
— Да чтоб тебя, Ссадаши! — ругался в распахнутое окно наагалей Вааш. — Чего замерли, черви? Хвосты в руки и за ней, пока девчонка шею себе не свернула.
— Сарѐший, — позвал наагариш Делилонис, — перехвати её.
Дейна сообразила, что обращался наг куда-то в её же сторону, и торопливо отступила вглубь коридора. А затем и вовсе спряталась за гобелен в нишу.
Полотно ещё колыхаться не перестало, как из-за поворота выползла тройка нагов и прямиком направилась к гобелену. Но отдёрнув жёсткий полог, они увидели лишь пустую нишу.
— Ушла, — недовольно проворчал наг с длинной серебристой косой. — Господин, — он развернулся к выбитому окну, — а кого мы ищем?
— Проблему Ссадаши мы ищем! — отозвался за Дела Вааш.
Из потайного хода Дейна вышла рядом с покоями принцессы Дерри и бегом, перепрыгивая с лестничного пролёта на лестничный пролёт, бросилась назад к гостевому крылу, но особой дорогой, по которой ходили слуги, чтобы не мозолить глаза знатным особам.
У покоев господина не было стражи.
Это сразу насторожило женщину, и внутрь она входила с опаской.
Гостиная оказалась пуста. Спальня тоже. Гардеробная и отхожее место встретили её гулкой тишиной.
Нехорошее предчувствие нарастало.
Дейн вернулась в спальню и осмотрелась. Господин тут явно был, постель измята. Рядом стоит пустая бутылка… из-под вина? Хранительница подняла её, принюхалась и обескураженно моргнула. Кто ему эту гадость дал? Отставив бутылку, Дейна заглянула в кувшин и стащила с запястья простенький браслетик из круглых агатов. При соприкосновении с водой по бусинам побежали золотистые змейки, и хранительница зашипела и заругалась.
