Читаем без скачивания Рай Сатаны - Виктор Точинов

Отправиться к тумбочке за шлемом Баг не успел – дверь беззвучно открылась. По номеру скользнул луч фонаря. Непростого фонаря, работающего в инфродиапазоне. Такой же фонарь, только более мощный и узкофокусный, имелся и среди прицельных приспособлений «абакана» – подсвечивать цели в ночном бою…

Багиров хорошо видел скользящий по комнате луч благодаря «ночному глазу», но спящего невидимое освещение не потревожит и не разбудит…

Раздался короткий механический звук. Что-то пронеслось по комнате, в первый момент сержант даже не понял, в чем дело, и лишь мгновение спустя разглядел, что из скатанного им одеяла торчит арбалетная стрела.

– Ну? – донесся из коридора едва различимый шепот.

– Наповал, даже не пискнул…

– На, еще раз стрельни для верности.

Из одеяла выросла еще одна стрела. Никаких звуков, свидетельствующих о взведении арбалета, не раздавалось. Надо понимать, у тех, кто пришел сейчас по сержантскую душу, имелся лишь один прибор ночного видения. Его владелец и стрелял оба раза, а напарник отдал ему свое заряженное оружие.

Багиров замер, положив палец на спуск. Пули «абакана» прошьют и пластикатовую стену, и тех, кто находится за ней, в коридоре. Но шуметь раньше времени ни к чему. Да и патронов мало, надо беречь. Вы уж заходите, гости дорогие, берите, что хотели бы взять, неужели в снаряжении элитного десантника нет ничего для вас интересного?

Убийцы и в самом деле не стали долго ждать. В комнату проскользнули две приземистые фигуры. На головах каски… ну конечно, давешние «шахтеры» из ресторации… Свои арбалеты они так и не зарядили, да и не помогло бы им сейчас заряженное оружие.

Багиров одним прыжком вымахнул из-за пузатого комода. Ударил ножом, ударил ребром ладони чуть ниже края каски. Короткий оборванный стон, звук упавших тел, – вот и все звуки, сопровождавшие короткую схватку. Если кто-то услышал, наверняка посчитал, что раздался предсмертный стон «подсвинка»…

Один из «шахтеров», скорее всего, был уже мертв, но сержант для полной гарантии резанул ему по глотке. Как говорят в Урусе, на Аллаха надейся, а верблюда привязывай. Нельзя оставлять позади никого, способного пальнуть в спину.

Второму убийце, оглушенному, Багиров разжал ножом челюсти и заткнул рот кляпом – самой крошечной подушкой, венчавшей подушечную пирамиду. Заломил руки назад, стянул запястья «имкой» – аналогом наручников, но куда более компактным и легким.

Теперь – облачиться в шлем и бронежилет, перестрелки в самом ближайшем будущем более чем вероятны. Натянув шлем, сержант первым делом задействовал датчик биообъектов, включив его в режим трехмерной развертки. Так… обстановка ясна… все противники остались на первом этаже, сюда явились лишь эти двое. Самоуверенные, однако. Явно не впервые вознамерились прикончить гостя…

Пленный тем временем начал подавать признаки жизни – зашевелился, замычал. Так и было задумано, бил его сержант с расчетом на пару минут отключки. Не тратить же снадобья из аптечки, приводя в сознание мертвеца, получившего короткую отсрочку.

Он присел рядом с «шахтером», приставил лезвие ножа к сонной артерии, чуть надавил. Пленник сразу уразумел, что к чему, и прекратил свои попытки шевельнуться.

– Сейчас я буду спрашивать, – негромко сказал сержант, – а ты отвечать. Будешь молчать – убью сразу. Соврешь – вернусь и убью чуть позже. Понял меня? Если понял и согласен пообщаться – кивни.

Кивок последовал весьма энергичный.

– Очень хорошо, – продолжал сержант, наклонившись к самому его уху. – Вас послал Игнат?

Новый кивок.

– Он приказал, чтобы меня убили?

«Да», – просемафорила голова «шахтера».

На остальные интересующие Багирова вопросы ответить жестами было невозможно. Сильнее всего сержанта интересовало, где местные хранят рацию. Ночь предстоит бурная и нельзя допустить, чтобы шальная пуля или стрела вывела бесценный прибор из строя.

– Сейчас я выну кляп. Будешь отвечать словами. Вздумаешь кричать – крик станет предсмертным. Понял?

«Шахтер» кивнул аж три раза, Баг выдернул из его рта обслюнявленную подушечку.

– Где рация?

– Она… – пленник сделал крохотную паузу и заорал.

Громко заорал, истошно, пронзительно. Долгим крик не был – после короткого движения ножа сменился тихим свистом воздуха, выходящего из рассеченной гортани. Сержант отшатнулся от фонтана крови, ударившего из вскрытой артерии.

Да, жизнь в злом городе у подножия Бырранги и вправду делала людей другими… Багиров знал, что порой пленные, даже самые матерые враги, способны предпочесть мучительную смерть помощи врагу. Но для такого самопожертвования надо иметь какую-то идею и верить, что собственная жизнь – ничто в сравнении с ее, этой идеи, торжеством.

А ворочавшийся сейчас под ногами «шахтер» жизнь свою очень ценил и берег, коли уж пошел для ее сбережения на всякие гнусности, вроде убийства спящих и пожирания их трупов… И никак не должен был, по разумению Багирова, выбрать мученическую кончину. Однако же выбрал…

И его самопожертвование бесцельно не пропало. Сержант надеялся, что и этот крик припишут умирающему постояльцу, однако не сложилось. В «Звезде Таймыра» поднялась тревога – Багиров услышал топот ног, встревоженные голоса. Что еще хуже, повсюду – и в номерах, и в коридоре – зажегся свет. И основное освещение, и аварийное… Логично, наверняка приборы ночного видения здесь не в изобилии, раз уж даже идущие на дело убийцы имели один на двоих. Драка зрячего со слепыми не состоится. Можно, конечно, входя в помещение, сразу же расстреливать в нем осветительные приборы, но так патроны закончатся еще быстрее…

Кстати, о патронах… Неплохо бы вооружиться трофеями.

Сержант подобрал один из арбалетов и запасные стрелы. Захватили их убийцы с собой всего пять, с учетом двух, застрявших в кровати, вытаскивать которые времени не было… Но и три дополнительных выстрела могут оказаться совсем не лишними.

Закинув автомат за спину, сержант быстро разобрался, как взводится арбалет (при помощи примитивного рычага, вращающегося на шарнире), зарядил его. Хоть оружие и выглядело аляповатой самоделкой, но, судя по потертости и исцарапанности, давно служило своему владельцу, ныне покойному. Хотелось бы надеяться, что и нового не подведет.

Багиров осторожно двинулся вдоль коридора, контролируя обстановку по биодатчику, благо зона действия полностью покрывала «меблированные нумера». Очень скоро сержант осознал неприятный факт: его передвижения противники тоже дистанционно контролируют и действуют не вслепую, берут в кольцо, целенаправленно перекрывая возможные пути отхода… Стоит ли в «Звезде» самая примитивная система видеонаблюдения, или в придачу к ней имеются более совершенные датчики, разбираться было некогда. Однако стало ясно, почему крик умирающего поднял тревогу: кто-то взглянул на экран – отчего, мол, так долго возятся, дело-то привычное, – и увидел, что события очень далеко отклонились от стандартного сценария здешнего гостеприимства.

Главную лестницу, куда двигался Багиров, уже перекрыли: трое преграждали путь вниз и двое вверх. Дальний конец коридора выходил на лестницу запасную и там, пролетом ниже, тоже засели двое. Еще трое оставались на первом этаже, один – в неподвижности, очевидно наблюдая из пультовой за сержантом и координируя действия сообщников, еще двое двигались по коридору, повторяя путь Бага, но уровнем ниже…

«Зачем они топают подо мной след в след?» – подумал сержант и тут же получил ответ на свой мысленный вопрос. Внизу грохнул выстрел, второй, третий… Три пули вылетели из пола рядом с ногами Багирова, ударили в потолок. Стреляли из охотничьего карабина. Или из двух карабинов.

Эластичные и легкие пластикатовые стены и перекрытия могли устоять в самом страшном землетрясении, но за все в жизни надо платить, – и в качестве защиты от пуль здешние потолки никуда не годились.

Правило это действовало в обе стороны, чем Багиров и воспользовался: отложил арбалет и выстрелил вниз пятью одиночными из «абакана», ориентируясь на показания датчика и траекторию вражеских пуль. Тоже никого не зацепил, оба объекта внизу сохранили подвижность.

Сержант быстро сменил позицию и двигался теперь быстро, непредсказуемо меняя направление. Новых выстрелов снизу не последовало – «наводчик» наверняка не успевал руководить стрелками.

А Багиров предпринял-таки еще одну попытку. Единственным результатом стало уменьшение боезапаса на три патрона… Нет, нельзя играть по чужим правилам и перестреливаться вслепую, врагам только того и надо, боеприпасов у них наверняка гораздо больше. Они ждут прорыв на главную лестницу? Ну что же, не будем разочаровывать и обманывать ожидания.

Он подхватил арбалет и ринулся к главному выходу, рваным зигзагом. Выскочил на лестничную площадку и вновь пустил в ход «абакан» – тут же саданул из подствольника вверх, туда, где таилась засада. Быстро зарядил и пальнул вниз – боевых гранат не осталось, но по беде и сигнально-дымовая сойдет для отвлечения внимания. Добавил скупую, на три патрона, очередь, вдруг да заденет кого-нибудь шальная пуля.