Читаем без скачивания Тень дракона - Кирилл Кащеев

Ирка невольно провела ладонью по губам, точно на них остался след от поцелуя. Она, наверное, с ума сошла… потому что… Она как наяву представила высокую худую фигуру, черные волосы, глаза, то серые, то синие, улыбку… и чуть не взвыла!

– И ботинки действительно отличные, – ехидно щурясь, продолжала светскую беседу Оксана Тарасовна.

Ирка нагнулась, так что волосы промели по полу, рванула «молнию» на сапожках и… со всей силы зафитилила их в угол. Картинка в любимой бабкиной рамочке – золотой с завитушками – с грохотом свалилась сверху.

Захлопали двери в ванной и туалете – Таньку и Богдана вихрем вынесло в комнату. Богдан одной рукой держал штаны, а в другой сжимал меч.

– Мне не нравятся плохие парни. Мне не нравятся убийцы, – исподлобья глядя на Оксану Тарасовну, процедила Ирка. – А вы чего уставились? – разворачиваясь, рявкнула она на друзей.

– Я… Я только хотела спросить, где лежат свежие зубные щетки? – перепуганно глядя на Ирку, пролепетала Танька.

– В особняке твоего папы, – ровным тоном сообщила Ирка. – В специально оборудованных гостевых спальнях, – и со всех ног кинулась мимо друзей вверх по лестнице.

Влетела к себе в комнату, с грохотом захлопнула дверь… старая колченогая тумбочка у кровати покачнулась. Стоящая у края пластиковая вазочка кувыркнулась на крашеные доски пола. Вода растеклась темным пятном, до отвращения похожим на кровь. Посреди лужи, нежный и беззащитный, лежал букетик незабудок. Всхлипывая, Ирка бережно, как ребенка, подняла его в ладонях… и рухнула лицом в подушку, заходясь плачем. Она не имела никакого права рычать на Таньку! Она… Она сама виновата – она, а не Танька и даже не Оксана Тарасовна! Она просто дура, как Людка или сестрички Яновские! Готова бежать за первым же парнем, стоит только пальчиком поманить! Глупая, тупая дура!

«Танька бы сказала, что умных дур не бывает!» – подумала она. Перед глазами все плыло, кровать раскачивалась, как лодка на реке. Рядом с кроватью появился Айт – почти как в больнице. Полуголый, только джинсы в обтяжку, гибкие мускулы перетекают под гладкой, слишком светлой кожей, а на губах издевательская хищная усмешка – самая мерзкая усмешка, какую Ирке приходилось видеть! Вкрадчивым, будто текучим, шагом он двинулся к лежащей на кровати Ирке. Девочка попыталась рвануться и поняла, что не может. Его танцующие, как у кобры, движения гипнотизировали, не позволяя шевельнутся. Ирка могла только беспомощно ждать, когда между длинных изящных пальцев появится широкий, точно кухонный нож.

Воздух задрожал, и между ней и убийцей соткалось еще две фигуры. Андрей из школы, почему-то обряженный в похожий на луковицу старорусский шлем и кольчугу мелкого плетения. И Леша из супермаркета – с пакетом Иркиных продуктов. Мальчишки неторопливо двинулись навстречу убийце, отсекая его от Ирки.

– Дзинь-трынь, дзинь-трынь, – кольчуга Андрея мелодично позванивала. Или это банки в пакете у Леши звенели?

Айт настороженно замер, а потом между ними тремя вдруг вспыхнуло сверкающее серебро! Сперва Ирке показалось, что это месяц свалился с зимнего неба, и тут же она поняла – это клинок! Похожий на серп изогнутый меч – лезвие его трепетало, как отражение молодого месяца в воде. Лунная сталь засияла нестерпимым блеском, нацеливаясь в закрывшегося пакетом Лешу…

– Дзинь-трынь, дзинь-трынь… – звенели банки. – Дзинь-трынь…

Ирка резко села на постели. Тишина и темнота, лишь мерцали на полу серебристые пятна лунного света, да недовольно возился на подушке кот. Никаких мальчишек с мечами и пакетами! Дом спал. Только в кармане Иркиных джинсов – проклятье, она даже не переоделась! – скакал мобильник.

Дрожащими руками Ирка выдернула его наружу. Ну если это опять та тетка с официальным голосом… Будем надеяться, что паспорт и деньги у нее сейчас с собой! Потому что, когда Ирка ее пошлет – ближе Африки она не окажется!

– Так я и знала! – раздался в трубке торжествующий бабкин голос. – Два часа ночи, а она швендяет!

Ирка отняла трубку от уха – «Бабушка» светилось в окошке мобильного. Она ж сама после утреннего звонка поменяла рингтон!

– Бабушка, я не швендяю, я сплю! – едва не всхлипывая, простонала Ирка. И мне снятся кошмары. Мальчики!

– Тю! – искренне обиделась в трубке бабка. – Ты шо думаешь, бабка в тэбэ зовсим дурна? Якщо б ты спала – як бы на мой звонок ответила, га? А ну марш в кровать, полуношница!

14

Большая собачья любовь

Ирка беззвучно прикрыла за собой дверь ванной и на цыпочках двинулась вверх по лестнице, стараясь не скрипеть рассохшимися ступеньками. Неслышно просочилась обратно в свою комнату и только тогда облегченно перевела дух. Умаявшиеся от ночных волнений гости крепко спали, Ирка очень рассчитывала, что поспят еще. Тогда можно отговориться, что опаздывает в школу – и не готовить завтрак на всю ораву! Из продуктов, которые спер продавец Леша!

Ирка злобно фыркнула – а еще по ночам сниться повадился, спаситель фигов! С продуктами этими подставил ее даже больше, чем Спиридон со своим ножиком. Ирка выдвинула ящик старого рассохшегося комода и горестно уставилась на жиденькую пачечку денег. Благодаря щедро расплатившемуся за колдовскую помощь бизнесмену Ирка считала себя состоятельной девушкой. Но проценты за декабрь уже благополучно разошлись на новогодние подарки – вон лежат в шкафу, фольгой сверкают. Набор настоящих метательных кинжалов для Богдана, переливающийся светящейся жидкостью флакон с верным средством для похудения – Таньке. Ингредиенты для средства обошлись Ирке в кучу денег и еще больше времени и усилий – одна шерсть с хвоста леопарда чего стоила (гастролирующая в цирке труппа небось до сих пор гадает, каким образом их леопард однажды утром проснулся с лысым, как у крысы, хвостом!). Даже бабку по приезде из санатория поджидали теплые зимние брюки и толстый свитер, хотя Ирка прекрасно понимала, что та их не наденет! Выругает внучку за «дурне трыньканье грошей», запрет вещи в шкафу и по-прежнему будет ползать по двору в обтерханной старой юбке и траченных молью кофтах.

Оставшихся денег хватит или на прокорм до Рождества, или… на новенькие брючки для новогодней дискотеки! Не может же она явиться в чем попало теперь, когда Андрей… И когда Людка ее видела в ночном клубе с… с… Айтом! О господи, Людка видела! К началу первого урока будет знать вся школа, включая уборщицу бабу Асю!

Ирка вскочила и со скрипом распахнула дверцы шкафа.

Черно-серые рельефные колготки, кожаные штанишки чуть ниже колена… Свитер? Ирка мотнула головой – нет! – и вытащила из глубины гардероба рубашку матового зеленого шелка. В принципе, ее как раз можно бы на дискотеку… Плевать! Насчет дискотеки она подумает потом, надо выглядеть сегодня! Потому что все будут на нее пялиться! Ирка благоговейно сняла с вешалки черный корсажик на лямках и застегнула его поверх рубашки. Аккуратно расправила выпущенные из-под корсажа полы и повертелась перед мутноватым зеркалом. Не зря она этот корсажик обожала! Не только потому, что талия в нем тоненькая-тоненькая… Главное, в нем получалась хоть какая-то грудь! Не такая, конечно, как у Людки, но… хоть какой-то плюс образовывался там, где в других шмотках выходил полный ноль! Волосы распустить, и чуть-чуть розовой помады на губы…

Дверь с грохотом распахнулась, и на пороге появилась Танька – с куском хлеба с маслом в руках:

– Ирка, вставай быстро, мы все проспали, даже позавтракать не успеваем! А, ты уже оделась…

– Ты как раз могла бы обойтись без завтрака, – склочно буркнула Ирка.

– Завтрак – самая полезная и наименее калорийная еда в течение дня. Так говорит моя мама, а она, между прочим, врач! – наставительным тоном сообщила Танька.

– Ага, потом ты еще раз завтракаешь в школе, чтоб не пропадали вложенные средства твоего папы-бизнесмена, обедаешь дома, потому что умственные усилия тебя полностью истощили, ужинаешь, чтоб набраться сил для ночного колдовства… А потом весь декабрь жрешь одни яблоки, чтоб похудеть к Новому году!

– Яблоки слопала Оксана Тарасовна. Вот и приходится жрать что попало, – сообщила Танька, печально откусывая от бутерброда. – Клево смотришься! – тыкая в Ирку бутербродом, сообщила она. – Скажи, я тебе классные тряпки нахожу?

– Классные, – согласилась Ирка. Если быть совсем честной, тряпки Танька находила себе. Но то, что ей нравилось, почему-то никогда ей не шло. Зато идеально подходило Ирке. Танька расстраивалась… и заставляла Ирку купить очередную шмотку.

– Сюда еще новые ботинки – и полный отпад! – разглядывая Ирку, как картину на выставке, заключила Танька.

Ирка застыла – с поднятой рукой, запутавшейся в волосах расческой – и снова уставилась на себя в зеркало. Только сейчас она поняла, что выбирала шмотки именно под новые ботинки! Нет, она или дрянь, или дура! Она сейчас же все это снимет… Ирка метнула быстрый взгляд на часы – переодеться не успеть… Ладно!