– Лучше появиться внезапно.
– Они окосеют от удивления.
– Ну? И что они с нами сделают?
– Может, отправят обратно?
– Как? Не выйдет.
– Пожалуй.
Арби легкомысленно пожал плечами, хотя на самом деле этот вопрос его дико волновал. Это все Келли придумала. Арби никогда не нарушал правил и старался избегать неприятностей. Когда учитель делал ему даже самое незначительное замечание, он краснел до корней волос и обливался потом. Все эти двенадцать часов Арби думал над тем, как Торн и остальные отреагируют на их выходку.
– Слушай, – сказала Келли. – Мы здесь, чтобы помочь им найти доктора Левайна, вот и все. Мы ведь уже помогали доктору Торну.
– Да...
– И мы можем снова им пригодиться.
– Может быть...
– Им нужна наша помощь.
– Может быть, – повторил Арби. Эти аргументы его не убедили.
– Интересно, что здесь найдется перекусить? – заметила Келли, открывая холодильник. – Ты голодный?
– Сейчас умру, – признался Арби, только в этот миг сообразив, как он хочет есть.
– А что ты хочешь?
– А что там имеется?
Он присел на серую обивку диванчика и принялся лениво наблюдать, как Келли копается в холодильнике.
– Встань и посмотри, – раздраженно ответила девочка. – Я тебе не кухарка какая-нибудь.
– Ладно-ладно, не злись.
– Ну, ты все ждешь, когда тебя будут обслуживать.
– Вовсе нет, – ответил он, быстро вскакивая с кушетки.
– Ты просто ребенок, Арби.
– Эй, полегче! Что тут такого? Чего ты завелась?
– Ничего.
Она достала бутерброд в целлофановой пленке. Арби подошел, глянул внутрь холодильника и ухватил первый попавшийся сандвич.
– Ты его не будешь есть, – заметила Келли.
– Буду.
– Он с тунцом.
Арби ненавидел тунцов. Потому немедленно вернул сандвич на полку и снова принялся изучать продукты.
– Вон тот, слева, с индюшатиной, – посоветовала Келли.
Он взял бутерброд.
– Спасибо.
– Не за что.
Девочка присела на кушетку, развернула целлофан и жадно впилась зубами в булочку.
– Слушай, по крайней мере, я доставил нас сюда, – сказал Арби, аккуратно снимая обертку и откладывая ее в сторонку.
– Угу. Признаю. С этим ты справился.
Арби ел бутерброд. За всю жизнь он не брал в рот ничего вкуснее! Даже лучше домашних сандвичей с индюшатиной, которые готовила мама.
Мысль о маме больно кольнула мальчика. Она была очень красивой и работала гинекологом. Постоянно в работе, но, когда бы она ни подходила к сыну, всегда была такой мирной и спокойной. И Арби было спокойно рядом с ней. У них существовали особые взаимоотношения. Правда, в последнее время ее волновало то, как много сын знает. Однажды вечером он зашел к ней в кабинет. Мама готовила статью. Арби заглянул ей через плечо, просмотрел колонки чисел и предположил, что лучше попробовать нелинейное уравнение, чтобы все проанализировать. Мама странно поглядела на него, так отстраненно, как на чужого. И он почувствовал...
– Я возьму еще, – заявила Келли, направляясь к холодильнику. Она вытащила еще два бутерброда.
– Разве не хватит?
– Ха, я не наелась.
И принялась сдирать обертку со своего.
– Может, нам лучше не есть...
– Арб, если волноваться по таким пустякам, лучше было оставаться дома.
Мальчик подумал и согласился. К его удивлению, оказалось, что свой первый бутерброд он успел прикончить. Потому он взял второй, который протянула Келли.
Подружка жевала и поглядывала в окно.
– Интересно, что это за дом, куда они зашли? Такой заброшенный.
– Ага, не один год.
– Зачем кому-то понадобилось строить здесь, на пустынном острове, такое большое здание?
– Может, здесь занимались чем-то секретным.
– Или опасным, – добавила Келли.
– Верно.
Мысль об опасности была одновременно щекочущей и успокаивающей.
– Что же здесь делали? – не успокаивалась Келли. Она слезла с кушетки и подошла к окну. – Точно, крутое местечко. Вот это да!
– Что?
– Глянь, оно все заросло, будто тут много лет никого не было. И поле все в траве. Высокой.
– Да-а...
– А вот тут, – ткнула она пальцем под колеса трейлера, – чисто.
Арби проглотил кусок и подошел к девочке. Она была права. В нескольких ярдах от трейлера трава была вытоптана. Во многих местах проглядывала голая земля. Слева направо, через всю лужайку, тянулась узкая, но отчетливая тропа.
– Гм, – засомневалась Келли, – если здесь много лет уже никого нет, то кто же протоптал эту дорожку?
– Наверное, животные, – сказал Арби, больше в голову ничего не приходило. – Охотничья тропа.
– Какие животные?
– Не знаю. Ну, какие тут водятся. Может, олени.
– Я не видела никаких оленей. Он пожал плечами:
– Может, козы. Ну, дикие козы, как на Гавайях.
– Для коз или оленей тропа слишком широкая.
– Может, здесь было целое стадо диких коз.
– Слишком широкая, – упрямо повторила Келли. Она дернула плечом и отвернулась от окна. Снова подошла к холодильнику. – Что тут есть на десерт?
Упоминание о десерте навело Арби на неожиданную мысль. Он бросился к кровати, взобрался на нее и принялся рыться в верхнем шкафчике.
– Что ты делаешь? – удивилась Келли.
– Проверяю сумку.
– Зачем?
– Кажется, я забыл мою зубную щетку.
– И что?
– Как же я буду чистить зубы?
– Арб, какая разница?
– Но я всегда чищу зубы...
– Расслабься и поживи в свое удовольствие. Арби вздохнул:
– Может, у доктора Торна есть запасная.
Он закрыл шкафчик и сел на кушетку рядом с Келли. Она скрестила руки на груди и покачала головой.
– Что, ничего на десерт?
– Ничего. Даже йогурта. Эти взрослые! Никогда не могут толком собраться.
– Это правда.
Арби зевнул. В трейлере было очень тепло. Хотелось спать. Лежа в багажном отделении, согнувшись в три погибели, в течение двенадцати часов особо не заснешь. Теперь он неожиданно устал.
Арби глянул на Келли, та тоже зевала.
– Хочешь прогуляться? Чтобы не заснуть?
– Лучше подождать тут, – ответил он.
– Если я тут еще посижу, то точно засну.
Арби пожал плечами. Нахлынула сонливость. Он вернулся в жилую секцию и свернулся клубочком на матрасе, под окном. Подошла Келли.
– А я спать не буду, – объявила она.
– Хорошо, Кел, – пробормотал Арби. У него слипались глаза. Он сообразил, что оторвать голову от подушки уже не в состоянии.
– Но... – снова зевнула девочка, – может, я просто немного полежу.
Он еще увидел, как Келли легла на противоположную койку, потом веки его сомкнулись, и мальчик погрузился в сон.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
