...Когда? Озадаченная, Джил встала и подошла к стене напротив двери, где мягкое жужжание казалось громче всего. Она перегнулась через узкий рабочий станок, чтобы коснуться пальцами камня.
- О, Боже, - прошептала она, когда что-то осенило ее. Возможные перспективы, к которым Джил не была подготовлена, казалось, разверзлись глубокой бездной под ее дрожащими ногами.
Альда уловила ее взгляд, выхваченный светом лампы, и поспешно подошла к ней.
- Что это?
Джил повернула голову, чтобы взглянуть на Альду, холодные серые глаза ее вспыхнули почти голубым в колеблющемся свете лампы.
- Прикоснись к стене, - прошептала она.
Альда повиновалась и озадаченно нахмурилась.
- Я... я не понимаю.
Голос Джил был легким дуновением, будто она боялась заглушить почти неслышный звук.
- Это машины.
Люк не был спрятан, как боялась Джил. Он просто не был выставлен напоказ. Прямо поперек него стоял станок, собранный несколько столетий назад. Полая труба, подобная норе червяка, проникала сквозь тьму черной стены Убежища и, казалось, уходила в вечность.
Когда она наконец возникла в обширном пространстве тепла, пыли и мягкого ровного пульсирования металла и воздуха, к Джил пришло осознание, что она в действительности пересекла преддверие и вступила в область, незнакомую еще никому в этом мире... включая, она была уверена, самого Ингольда. Это подсказало ей, что Убежище - это не просто цитадель и твердыня, но и загадка внутри себя, как черная и непроницаемая Тьма.
Она спустилась вниз по стволу шахты и взяла у Альды лампу. Когда она взяла этот единственный источник света, из темноты выступили мрачные очертания чудовищных труб, с низкого потолка свисали черные и блестящие кольца вьющегося кабеля, напоминающего венозные сосуды, а разинутые утробы громадных труб выдыхали теплый воздух, подобно ноздрям какого-то невиданного зверя. Шум, хотя и не громкий, отдавался в ней, подобно ударам огромного сердца.
Альда спустились по лестнице из ствола шахты и стала пристально рассматривать лабиринт - едва видимое под покровом теней громадное и пугающее устье шахты. Джил внезапно поняла, что имела дело с кем-то, кто был воспитан примерно на уровне технологий четырнадцатого века... и на том же уровне благородства. Несколько минут назад она еще не чувствовала разницы между ними, как будто они были современниками. Теперь же пропасть между временами и культурами разверзлась, подобно глубокому каньону. Сама она лишь теоретически была знакома с дамбами из валунов и чудесами Детройта, которые уступали бесконечному прогрессу подъемников, гаек и труб, чьи очертания свет лампы только обрисовывал. Для Альды это должно казаться совсем другим, новым миром.
- Что _э_т_о_? - прошептала Альда. - _Г_д_е_ мы?
- В загадке, - ответила Джил тихо, будто боясь нарушить тишину, царившую среди этих мрачных джунглей металла. - Я бы сказала, что мы где-то на пятом уровне. Та лестница в шахте, кажется, уходит в вечность. А что касается того, что...
Она поддерживала лампу и вдыхала слегка маслянистый запах комнаты. Про себя она отметила, что здесь нет пыли и нет крыс. Только темнота и мягкость постоянно пульсировали в самом сердце Убежища.
- Это, должно быть, насосы.
- Что?
Джил прошлась по периметру маленького расчищенного участка около люка. Свет в ее руке играл на гладких, сияющих поверхностях, и исходящее тепло шевелило жесткие, спутавшиеся волосы.
- Насосы для подачи воздуха и воды, - сказала она задумчиво. - Я знала, что они должны были существовать.
- Почему? - спросила озадаченная Альда.
- Я уже говорила - вода и воздух не могут двигаться сами.
Джил остановилась и нагнулась подобрать еще один белый стеклянный многогранник, который лежал наполовину спрятанный в тени переплетенной груды колец такого же диаметра, как и ее талия.
- Почему о них не упомянуто в летописях? - спросила Альда.
- Как бы сказал один очень великий человек из моего собственного мира, это вопрос на шестьдесят четыре доллара, - Джил погладила массивную трубу из гладкого, черного, не поддавшегося ржавчине металла и просунула руку в огромное отверстие. В ее затененной глубине она разглядела проволочную решетку с мелкими ячейками. Очевидно, она не была тем человеком, которого интересовало, как к Даркам поступает свежий воздух.
- А вот еще один. Что же служит источником энергии?
- О чем ты?
- Источник энергии - это то, что заставляет все двигаться.
- Может быть, он сам двигается, потому что это его природа - быть в движении.
"Так толковали, - вспомнилось Джил, - средневековые ученые: движение во Вселенной".
- Ничто не опускается ниже Луны, - объяснила она, углубляясь в Аристотеля и физику земли. - Каждый предмет должен иметь что-то еще, что заставляет его двигаться.
- О, - протянула Альда, услышав такое.
Невидимые стены подхватили журчание их голосов и повторяли их снова и снова в гулких ухающих трубах.
- Альда, ты понимаешь... - Джил повернулась назад, грязная и пыльная в своей рабочей униформе, с освещенным лампой лицом. - В Убежище могут быть другие места, подобные этому: другие комнаты, лаборатории, укрепления... да все, что угодно! Спрятанные и забытые. И если бы мы смогли отыскать их... Боже, как я хочу, чтобы Ингольд был здесь. Он бы смог помочь нам.
Альда вдруг взглянула на нее:
- Да, - сказала она, - да, если бы он был с нами. Потому что... послушай, Джил, скажи мне, если это имеет какой-то смысл. Мог источник энергии... быть волшебным?
Джил помедлила, размышляя, затем кивнула.
- Он должен быть таким.
"Для трехтысячелетней давности, - подумала она, - это более вероятное предположение, чем спрятанный атомный реактор".
- Вот почему ни один из них не упомянут в летописи, - Альда подалась вперед, ее темные косы упали на плечи, глаза расширились, и Джил показалось, что они подернулись страхом.
- Ты говоришь, что Убежище построено... волшебниками, которые были еще и инженерами. Но Священное писание появилось задолго до нашествия Дарков. Церковь была очень могущественной тогда, - ее голос понизился и напрягся. - Не так легко испугать волшебников, Джил. Если они владели секретом здания Убежища... и раз секрет был утерян... не стоит отыскивать его снова. И это могло случиться так легко. Горстка людей... Если что-то... что-то случилось с ними... прежде, чем они смогли научить своих преемников...
Джил молчала, вспоминая Ингольда перед влекущими вьюгами Убежища и фанатичную ненависть в змеиных глазах Джованнин.
Альда посмотрела вверх, свет от лампы сиял в ее глазах:
- Всю свою жизнь я не доверяла им и боялась их, - продолжала она. - Я знаю, как люди относятся к ним. Я знаю, Джил, у Руди есть дар, но до сих пор я боюсь его. И он исчез куда-то, я не знаю куда. Я его люблю, Джил, произнесла она тихо. - Это, может быть, не по правилам и, может быть, глупо и безнадежно, но я не могу преодолеть это. Знаешь, говорят, что жена волшебника - вдова. Я всегда думала, что это потому, что они были отлучены от Церкви.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
