что дала ему возможность вновь применить Познание. Но, похоже, он прислушался к моим желаниям. Глаза его не светятся. – Но, должна предупредить, я очень трудолюбивая. Мне вполне хватит трех месяцев. И я стану свободной.
– Смею заверить, я с нетерпением буду ждать, чего ты добьешься. – В его словах звучит некий намек на уважение, и у меня перехватывает дыхание. – Давай возвращаться, пока никто не заметил твоего отсутствия.
И прежде чем я успеваю ответить, внезапный толчок силы пригвождает меня к месту. Мелькает паническая мысль, что он все же применил Познание. Темная дымка стекает с Эльдаса, смешиваясь с Гранью. Она клубится возле ног, обволакивает. Мне хочется закричать, но не получается. Я даже не могу пошевелиться. Единственным светом во тьме остаются сияющие глаза эльфа.
Мир вокруг меняется.
Легкие наполняет спертый воздух моих замковых покоев. Я выдыхаю струйки присущей Грани черной дымки. Тело сотрясает дрожь, и с плеч осыпаются черные льдинки. Уплотнившаяся магия исчезает, превращается в пар, рассеивается.
– Ч-что это? – бормочу я, клацая зубами, сжимаю колени, пытаясь отдышаться, и лишь потом выпрямляюсь. Эльдас же совершенно спокоен. – Что это было?
– Скольжение в Грани. На это мало кто способен.
Интересно, что еще он умеет, столь же невероятное? Но прежде чем я успеваю спросить, воздух рядом с Эльдасом колышется, словно от жара на вымощенной кирпичом улице. Из грани между светом и тьмой выскакивает волк. Уже знакомый зверь радостно бежит ко мне, обходит вокруг и садится рядом.
– Что за… – Надо же, Эльдас сбит с толку не меньше меня. Король хмуро смотрит на зверя. – Еще один знак того, что Грань слабеет. Она становится своевольной, – бормочет он. Потом произносит уже громче: – Ступай, зверь.
Волк склоняет голову набок.
– Ты – создание Грани, там тебе и надлежит остаться. Так повелевает король эльфов.
Волк виляет хвостом, и я даже не пытаюсь подавить смешок.
– Думаю, он поступает как хочет. – Я зарываюсь рукой в волчий мех.
– Как и кое-кто другой, кого я знаю. – Эльдас искоса смотрит на меня, и я заливаюсь смехом. Впервые я чувствую с ним некое сродство. Будто мы занимаемся одним делом. Словно мы с ним равные.
– Если тебя это утешит, меня он тоже не послушал.
Эльдас поднимает взор к небесам, словно безмолвно моля богов о помощи, а после тяжело вздыхает.
– Он скоро вернется к себе. Должно быть, просто прошел через Грань по нашему следу.
– Скольжение в Грани уже не кажется столь впечатляющим, когда то же самое способно проделать животное. – Я не могу сдержать ухмылку. Эльдас прищуривается, но хмурый взгляд его уже подрастерял былую остроту.
– Волк способен скользить в Грани, потому что он существо Грани. Одно из тех созданий, что попали в разлом, когда миры разделились.
– Он хороший мальчик, – воркую я возле волка.
– Прекрасно. Пусть зверь остается здесь, сколько ему вздумается. Я так решил.
Не знаю, кому он это говорит. Мне, волку или самому себе.
– Конечно, ты так решил.
– Если ты что-нибудь сломаешь в моем замке, я силой отправлю тебя обратно, – строго говорит он зверю.
– Я за ним присмотрю.
– Не слишком к нему привязывайся. Он уйдет еще прежде, чем наступит утро, – ворчит Эльдас, направляясь к двери. – А тебя, Луэлла, завтра снова ждет занятие магией.
– Ты дал мне дополнительный стимул учиться, – искренне говорю я. Он, кажется, немного удивлен тем, как это прозвучало, но лишь слегка кивает. Я подавляю желание сказать, что, если он будет добр ко мне, взамен я отвечу ему тем же.
Эльдас зевает.
– А теперь хотелось бы немного поспать. Конечно, если Людская королева мне позволит и хоть какое-то время не станет срываться с места.
– Наверное, позволю.
Он явно не ждал, что я отвечу. Ухмыльнувшись уголками губ, Эльдас направляется к выходу, не дав мне даже насладиться выражением его лица.
– Эльдас, – произношу я, когда он касается дверной ручки.
– Что на этот раз?
– Спасибо за соглашение… Кажется, ты все-таки не столь ужасен и успешно начал это доказывать.
Выпалив все это, я опускаю голову, чтобы скрыть улыбку, и принимаюсь гладить волка. Я не хочу, чтобы эльф чувствовал себя еще более неловко. Я уже видела, как от чужой благодарности рушится его ледяной фасад, и этого вполне достаточно.
Эльдас молча выходит из комнаты, оставляя меня наедине с новым нежданным спутником.
Шестнадцать
Ринни приоткрывает дверь.
– Ваше величество? Вы готовы?
– Да.
Я устроилась на краю кровати. На коленях лежит дневник Элис. Я листаю страницы, ища любые сведения, способные указать, с чего начать, чтобы подступиться к решению моей проблемы.
Мне уже удалось выяснить, что магия Духа зеркально отражает Познание в том смысле, что воздействует не на сам предмет, а на его суть. Это сложно понять, но самое главное я уловила. Теперь я знаю, что обладаю способностью изменить чье-то истинное имя.
Полезное открытие, которому можно посвятить утро.
Ринни входит в комнату, но ничего не говорит. Довольно долго в спальне царит молчание, и я, наконец, поднимаю взгляд. Эльфийка разглядывает волка, который вытянулся почти во всю длину изножья кровати. Она выглядит растерянной, смущенной и немного испуганной.
– Ринни, это Крюк. – Я назвала волка в честь изогнутого шрама на поврежденном ухе.
– Крюк… У вас есть волк?
– Да, и его зовут Крюк. – Я закрываю дневник. – Прежде чем ты спросишь… Да, Эльдас знает, что Крюк здесь. И да, он не возражает.
– Эльдас… Я чего-то не понимаю.
– Может быть. – Мягко улыбнувшись, я неторопливо направляюсь к гардеробной. Я чувствую себя лучше, чем в последние дни. – Подожди немного, я сейчас оденусь.
Когда я выхожу, Ринни изучающе меня рассматривает.
– Что? Эта одежда не годится для королевы? – спрашиваю я.
– Дело не в этом. Мне нравится, что вы вновь надели зеленое. Этот цвет подчеркивает волосы. Возможно, у вас все же есть некое чувство стиля.
Я удивленно открываю рот.
– Ринни, ты сказала обо мне что-то хорошее?
Она закатывает глаза.
– Неужели это так удивительно?
– Ну, я думала, что не особо тебе нравлюсь.
– Вы мне вполне нравитесь. – Ринни бросает взгляд на стоящего рядом со мной Крюка. – Вы не приведете этого зверя в тронный зал.
– Хочешь попытаться сказать ему, что он не сможет пойти?
Крюк наклоняет голову в сторону Ринни. В его глазах читается: «Погладь меня». Но большая пасть, полная бритвенно-острых зубов, предупреждает: «Только попробуй». Прошел всего день с нашей встречи, но мне уже кажется, что, найдя Крюка, я сделала самое лучшее из того, что могла. Словно бы нам с самого начала суждено было
