Переминаясь с ноги на ногу, она стояла перед ним. Сполохи огня за ее спиной затейливо плясали вокруг ее сияющих волос. Она смотрела на него пугливо, словно лань, ощутившая опасность. Он шагнул к ней.
– Так что вам тут нужно? – повторил он. В ответ она вздрогнула. Ее страх не тронул его. Пусть видит его гнев. Пусть знает, каковы могут быть последствия предательства. На этот раз Рори не нужны никакие уловки, оправдания. Ему нужны четкие ответы. Она уже не первый раз ведет себя необычно. Частенько оказывается там, где ей не следовало бы находиться.
– Я не могла заснуть, – нервничая, объяснила она. – Решила отыскать библиотеку, о которой вы говорили. Думала, найду почитать какую-нибудь книгу.
– Нужно было приказать Дейдре, и она принесла бы. Или дождаться меня.
– Было поздно, и мне не хотелось будить ее. – Она дерзко вздернула подбородок. – Вдобавок я не была уверена, что вы придете.
Объяснение правдоподобное, но можно ли ему верить? Он взглядом ощупывал ее лицо, пытаясь найти следы обмана. Но стоило ему сместить взгляд немного ниже, как его тело немедленно отреагировало само по себе. Мускулы напряглись, а на шее забилась тоненькая жилка. Рори был так сосредоточен на том, что увидел, как она рыскает по коридорам, что даже не обратил внимания, во что она одета. Скорее не одета. Боже милостивый, можно увидеть все, что захочешь!
Огонь у нее из-за спины высвечивал изгибы и контуры ее тела так отчетливо, что она стояла перед ним словно полностью раздетая. Он видел высокую нежную грудь. Молочную белизну ее бархатистой кожи. Маленькие упругие соски, как маленькие жемчужины, приподнявшиеся от холода. Тонкую талию и мягкую линию бедер.
Он заставил себя не смотреть ниже. Боялся, что не сдержал бы себя и взял ее прямо здесь же. Он не мог посмотреть туда, где смыкались ее бедра. Отступил на шаг. Тело напряглось так, что было готово вот-вот взорваться. Пот бисером выступил на лбу. Желание была столь сильным, что он напрочь забыл о своем гневе.
Но самообладание быстро вернулось. «Ради всего святого, я же просил ее!»
– Почему вы вышли из комнаты в таком виде? – Он ткнул в нее пальцем. – Разве вы забыли, о чем я вас предупреждал? – Разве она не понимает, что творит с ним?
Наверняка понимает.
Инстинктивно она запахнулась в халат. Он чуть не застонал. Ткань плотно натянулась на высокой, сочной груди. Торчащие соски дразнили своим видом. Сила его желания возросла еще больше.
– Слышала, н-но я н-не думала, что встречу кого-нибудь, – заикаясь, произнесла она. – Покажите мне, где библиотека, и я вернусь в свою комнату.
– Не думали, что встретите кого-нибудь?
Кто-нибудь – это он! Любой из его людей мог увидеть ее прелести так же явно, как и он. От этой мысли можно было сойти с ума.
Она выставляется напоказ, чтобы соблазнить его? Свести с ума от желания? Рори раздирали противоречивые чувства. Неудовлетворенность и скрытые сомнения остро, как лезвие, зазвенели в его голосе.
– Почему я нахожу вас рыскающей в коридорах моей башни? Чего вы выискиваете?
В тревоге она широко открыла глаза. Потом попыталась объяснить:
– Вы все не так понимаете, Рори. Мне была нужна только книга. Я не знала, где находится библиотека. Уже поздно, и не слышно никакого шума. Я подумала, что все уже улеглись.
Он крепко схватил ее за руки. Это движение соответствовало резкости его слов.
– В какую игру вы играете, Изабель? Разве этого чертового платья было недостаточно?
– Вы не правы. Я не рассчитывала встретить вас. – Ее голос упал почти до шепота. – Вы же совершенно откровенно дали понять, что не хотите меня.
Не нужно было этого говорить. Он всего лишь мужчина, а она подстегивает его, и уже не первый раз. Дразнит его своей красотой, вызывающими нарядами, сомнительными намеками, соблазнительной улыбкой. А то, как она прижималась ягодицами к его вставшему члену! А эти пламенные взгляды! А эти глаза, которые проникают в душу! Она обручена с ним. Кто станет винить его, если он возьмет ее? Никто. Это в порядке вещей. Она принадлежит ему. На один год.
Самообладание покинуло его. Он хотел ее. Хотел сильнее, чем любую женщину до сих пор. Он уже не думал о каких-то тактических ходах в своих взаимоотношениях со двором и роли в этом Изабель. Не думал, что нужно соблюдать дистанцию. Контролировать себя, чтобы вернуть ее через год семье в целости и сохранности. В данную минуту пламя желания, которое охватило его, было не остановить.
Он притянул ее к себе. Привлек к груди. Сам тесно прижался к ней бедрами. Его руки скользнули вниз. Смакуя податливость тела, прильнувшего к нему, он подхватил ее за тугие ягодицы и поднял на себя. Его трясло от желания.
– Ты не права, Изабель, – проговорил он хрипло. – Неужели не чувствуешь, как я хочу тебя?
Она во все глаза смотрела на него.
– Тебе нужно это, Изабель? Чтобы я трогал тебя? – Он ладонью прикрыл ей одну грудь, потер большим пальцем напряженный сосок и улыбнулся, когда она ахнула от удовольствия. Потом наклонился к ее шее и уткнулся носом в пахнувшие лавандой шелковистые завитки волос. Провел губами, оставляя короткие поцелуи, вдоль шеи и горла, подобрался к уху. Слегка прикусив мочку, он почувствовал, как она задрожала. – Я не просто хочу трогать тебя. Я хочу узнать вкус каждого дюйма твоего тела.
Он услышал, как заколотилось ее сердце. Не в силах больше справиться с собой, он склонил голову и накрыл ее губы своими. В этот раз в его поцелуе была вся страсть, которая накопилась в нем с того момента, как в первый раз он увидел ее. И еще потом, когда она соблазняла поцеловать себя, коснуться себя, сделать своей. Его губы требовали. Пробовали на вкус. Терзали.
Невинность, с которой она ответила ему, чуть ли не бросила его на колени перед ней.
Сердце мчалось вскачь. Кровь молотом бухала в ушах. Но Рори все равно было мало. Он целовал ее со страстью, от которой было нельзя отмахнуться. Умело раздвинув губы, он проник в нее языком. Ее медовый вкус только подстегнул желание. Господи, какая она сладкая! Поцелуй длился, становясь жарче и горячее. Он проникал все глубже, лаская ее языком, и она ответила ему.
Рори застонал, потрясенный ее откровенностью. И грудью притиснул ее к своей груди. От жара их тел был готов расплавиться шелк – единственная преграда между ними. Рори до боли хотелось почувствовать, как ее твердые соски окажутся на его голой груди, когда он сделает какое-нибудь движение.
Потом просто целоваться показалось мало. Ему нужно было видеть ее, трогать ее, заставить потерять голову от желания – все, что она производила с ним. Он распахнул на ней шелковый халат, развязал шнурок на сорочке и приспустил ее.
