громко закричала, зовя на помощь, не понимая, как такое вообще могло приключиться. Что с ним? Где его няня?
Но никто не приходил, сколько я ни звала. Сад атриса казался пугающе пустым. Словно все, кто в нем был прежде, сейчас собрались в тайном укрытии и обсуждали вопросы государственного переворота.
Нужно было срочно что-то делать, но я не имела ни малейшего представления, что именно. Как лечить побелевшего, будто смерть, ребенка?
Я попыталась закрыть глаза и сконцентрироваться, представляя, как огненная магия моих рук помогает Альатриону. Вот только у меня так и не появилось ни одной мысли, как на самом деле огонь может все исправить. На ребенке не было ни одной видимой раны, как на Айдене. Что я должна была вылечить?..
В результате, сколько бы я ни пыталась колдовать, у меня ничего не выходило.
Поспешно осмотревшись по сторонам, я попыталась найти хоть что-нибудь полезное вокруг. И внезапно обнаружила одну из клумб, на которые мне указывала Валира. На ней по краям небольшого искусственного пруда росли редкие маленькие цветочки потрясающего голубого цвета. В голове будто вживую раздался голос главной аары, произносящей диковинное название растения: “иншуларден”. А память неожиданно подсказала, где прежде я могла слышать это слово.
Скорняк Кормак, который хотел отрезать мне палец, говорил, что у него есть мазь от кикимор. Чудодейственное средство из цветов иншуларден, которые могут волшебным образом заживить любую рану.
Я не знала, как это сработает. Не представляла, какая часть растения используется кикиморами для изготовления мази и способны ли цветы помочь в случае с Альатрионом. Но мне нужен был хоть какой-нибудь способ, который я могла бы применить на практике, потому что спасать парня явно никто не собирался.
Поэтому я сорвала несколько голубых лепестков, растерла между пальцами и положила мальчику в рот. Прошло несколько бесконечных секунд, в течение которых я продолжала кричать и звать на помощь, но никто так и не появился. До тех самых пор, пока в один прекрасный момент Альтарион резко не поднял голову, с силой втянув воздух, и не начал выплевывать изо рта голубые лепестки.
Он быстро откашлялся, а бледность исчезла с лица. Вот тогда откуда-то со стороны к нам подскочила молодая женщина в дорогой одежде служанки и испуганно схватила мальчика.
– Альатрион, дорогой, ты в порядке? Опять обморок?! Какой кошмар! А ты что здесь делаешь? Что это у него во рту? – запричитала она, снимая с губ ребенка последний голубой листик. – Иншуларден? Ты с ума сошла?!
– Что значит с ума сошла? Я пыталась его вылечить! А где были вы? Вы же его няня? – возмущенно ответила я, даже не думая распинаться перед этой странной мамзелью. Пока она шлялась неизвестно где, я тут успела поседеть десять раз!
Однако, конечно, мысль о том, что я могла сделать что-то не так и навредить ребёнку, всё же грызла изнутри.
После моих слов женщина поджала губы и бросила на меня презрительный взгляд.
– Я была с госпожой, хотя тебя это вовсе не касается, аара.
Как она поняла, что я служанка принца, до меня так и не дошло. Хотя слова и прозвучали довольно обидно. В глазах этой нехорошей женщины так и сверкало, что перед ней всего лишь чья-то постельная грелка.
– Я торопилась как могла, а вот тебе кто позволил лезть к маленькому дарку, человеческая самка?
Нет, ну так меня ещё никто не оскорблял. Даже все слова растерялись. Вообще-то, объективно говоря, я действительно была человеческой самкой. Но прежде это не звучало так обидно.
– Всем известно, что иншуларден – это цветок, активизирующий физические силы человеческого организма, – начала она объяснять тем временем. – А ты, глупая девчонка, дала его дарку!
– И что теперь, я его отравила? – ахнула я, испугавшись, что действительно повредила мальчику.
Впрочем, когда я опустила голову и взглянула на самого ребёнка, который всё ещё сидел между нами двумя и поочередно глядел то на меня, то на свою няню, мне показалось, что ничего плохого с ним не произошло.
– А мне сдается, он даже выглядеть стал лучше, смотрите, и бледность исчезла, – задумчиво проговорила я, а потом коснулась руки Альтариона и спросила: – Как ты себя чувствуешь, с тобой всё в порядке?
– Да со мной всё нормально, не надо переживать, – воскликнул мальчик, обхватив мою руку своими маленькими пальчиками, а затем посмотрел на няню. – Делли, я хорошо себя чувствую, не беспокойся. И не надо ругаться, пожалуйста. Мне очень понравилась Селина. Я бы хотел, чтобы вы подружились.
Но даркесса, которую звали Делли, только бросила на меня хмурый взгляд, а затем ненатурально улыбнулась ребенку.
– Не переживай, мой хороший, мы подружимся, иди в Облачный зал, я через минуту тебя догоню. Тебе пора принять лекарство, мой дорогой.
– Хорошо, Дел, – бросил парнишка, затем попрощался со мной и, помахав рукой, быстро побежал в сторону Чертога.
А няня бросила на меня очередной полный раздражения взгляд.
– Если своей отвратительной выходкой ты испортила лечение маленького дарка, тебе придётся за это ответить перед Советом Старейшин.
Я стиснула зубы: нет, это уже совсем никуда не годилось.
– Полагаю, отвечать мы будем вместе, Делли, – холодно проговорила я, и не думая бояться нахалки. – Только сперва я объясню, что мальчик едва не задохнулся у меня на руках, пока его няня находилась неизвестно где. И именно по этой причине мне пришлось применить единственное средство, о действенности которого я слышала.
Женщина шумно вздохнула и стиснула зубы, мой ответ ей явно не понравился.
– Для тебя я не Делли, а Делларион Шелест Лепестков, – гордо проговорила она. – Перед тобой младшая дочь Белириона Гранитной Скалы, и мне оказана честь следить за наследником Тралуриона и Серфинарион, дарков придворного круга Пятого имперского принца.
Она назвала так много имён, что у меня даже голова разболелась. Единственное, что я из всего этого вынесла, так это тот факт, что родословная самой няни явно была очень слабенькой.
– Я, так и быть, снизойду до объяснений, раз твоя собственная голова не в состоянии догадаться, какую ужасную ошибку ты сделала, – медленно цедила женщина. Однако мне показалось, что её запал слегка поуменьшился после того, как я пригрозила ей ответом перед старейшинами. – Альтарион пьет травы, заглушающие его человеческую природу. Это очень сложный комбинированный состав, который в некотором роде делает его организм слабее ради того, чтобы его магическая сила возросла.
Я нахмурилась, пытаясь сообразить, что она имеет в виду, и очень сильно надеясь, что мои догадки неверны.
Поэтому, пока она снова не начала говорить, я тут же переспросила:
– Это потому
