На первой тренировке демонстрировался полностью автоматический режим спуска. Время пролетело быстро. В последующие дни задания усложнялись. Последние тренировки предполагали полное ручное управление. По их результатам проводится аттестация и допуск к прыжкам. Кроме того, требовалось отработать режимы полета в условиях типичных неисправностей. Случаи неисправности были крайне редки, но они были, и спортсмен должен быть психологически подготовлен.
Ежедневно вечером с девятнадцати до двадцати одного Янагида проводил свои тренировки по каратэ. Он снимал на это время тренажерный зал пансионата. Лидия приходила туда в черных рейтузах и свитере в обтяжку, гибкая и грациозная. На зональных студенческих соревнованиях по спортивной гимнастике она занимала довольно высокие места, особенно в вольных упражнениях. На особую карьеру в гимнастике она никогда не рассчитывала, так как довольно поздно пришла в этот спорт. Ей нравилось ощущение физического комфорта и уверенности в себе, которые ей приносили, будь-то гимнастика, плавание или прыжки в воду с трамплина.
Методика тренировок для триайз была по идее проста. Спортсмены устанавливали коннект с тренером и повторяли его движения, сначала медленно, потом наращивали темп до нормы. По сути, они на время превращались в радиоуправляемых роботов. Правильная координация и техника вырабатывались очень быстро и закреплялись в мышечной памяти. Необходимая физическая тренированность достигалась специальными упражнениями и диетой.
Если бы кто-то посторонний, не знакомый с новой методикой, увидел тренировки Янагиды и Лидии, то подумал бы скорее о танце, чем о карате. С удивительной синхронностью две фигуры проделывали непрерывные серии идентичных перемещений и имитацию ударов по макиварам и манекенам.
Янагида получал от тренировок все большее удовольствие. Два часа наедине с красивой девушкой, которая автоматически повторяет любое его движение. Он едва сдерживал свое сексуальное возбуждение. Иногда ему казалось, пожелай он ее, и она также автоматически подчинится.
Однажды Янагида не выдержал и обнял ее сзади, захватив своими руками с короткими крепкими пальцами ее груди. Он тут же получил молниеносный удар пяткой в промежность. От боли он упал и завертелся волчком, согнувшись втрое.
– Мои родственники вам не простят, если я останусь без наследников, – попытался он отшутиться, как только стал способен говорить.
– А мои родственники, если узнают о вашей несдержанности, кастрируют вас – парировала Лидия.
Она не чувствовала себя оскорбленной. Просто Янагида оказался такой, как все – слушает только свою плоть. Ему не приходит в голову сначала узнать, чего хочет она. За это и получил…
– Из этого факта – только один положительный вывод. Навыки каратэ вы усвоили в достаточной степени.
– Учтите на будущее, удар был в полсилы!
– Вы очень способная девушка.
– У меня был замечательный тренер, – вполне серьезно ответила Лидия.
– Надеюсь, наша дружба не пострадает?
– Нашу дружбу и сотрудничество такие пустяки поколебать не могут.
– Ничего себе, пустяки! – ответил Янагида, с перекошенным от боли лицом откровенно массируя ушибленные «детали».
Лидия улетала домой, усвоив до мельчайших тонкостей предстоящую операцию. На шее у нее было красивое удостоверение в виде медальона из белого с голубым пластика, разрешающее ей выполнять прыжки в течение трех месяцев. Если за это время она не совершит ни одного полета, то ей нужно будет пройти повторную подготовку. Она должна будет сообщить о задуманном Антону и отцу, затем ждать сигнал от Янагиды. Дата и место прыжка были предварительно определены.
Понедельник оказался для Антона кошмарным. Утром на проходной, едва он минул турникет, включилась сирена. Охранник догнал Антона и схватил за руку, пытаясь одеть наручники. Рон, который всегда проходил турникет за Антоном, подскочил с другой стороны. Он остановил охранника и предложил Антону следовать за ним.
Они вошли в одну из комнат, где Антон никогда не бывал. Комната была оборудована аппаратурой, очень похожей на ту, что применялась в аэропортах для проверки пассажиров. Вскоре собрались там Том, Дэвид, Лайон и еще молодой мужчина, которого Антон видел впервые.
Антона попросили встать на площадку перед экраном в человеческий рост. На дисплее напротив Антон увидел свой контур. На месте, где был приколот значок, подарок Джона, мигала красная точка.
«Влип сразу! Серьезные ребята», – подумал Антон. Он постарался успокоиться.
– Разрешите?! – Дэвид красноречивым жестом протянул руку ладонью вверх.
– Что вы имеете в виду? – Антон сделал вид, что не понимает, о чем идет речь.
– Вы действительно не понимаете, чего от вас хотят?
– Ради Бога, объясните, что происходит! – у Антона получилось очень естественно.
– Речь идет о вашем значке. Вы можете отдать его нам?
– Ах, вот что?! – улыбнулся Антон. – Мне его вчера подарили. Говорят, что выпущен в мою честь…
Значок представлял собой размером в сантиметр модель Земли с ее кольцами. На внешнем кольце стоял широко расставив ноги человек в скафандре. По кругу надпись «Антон Бурма».
Антон отстегнул и протянул Дэвиду значок.
Дэвид подошел к столу с бинокулярным микроскопом и положил значок на предметный столик. Он заглянул в микроскоп и отрегулировал изображение.
– Взгляните! – Дэвид пригласил Антона жестом.
Антон подошел и посмотрел в микроскоп.
– Телекамера! – он недоуменно развел руки, продолжая игру.
– Кто вам дал значок?
– Американский журналист, некто Джон Смит. Вчера он попросил уделить ему полчаса. В конце разговора подарил мне этот значок.
– Вы могли бы рассказать, чем он интересовался?
– Конечно! Сначала объяснил, что приехал сделать репортаж о местном коллекционере и его музее. Речь идет о старике Слониме. Слоним собирает электронные бытовые приборы. Когда узнал, что я здесь живу, решил познакомиться. Он пытался расспрашивать о моей прежней работе, но я не мог с ним говорить на служебные темы, так как дал подписку о неразглашении…
– А он расспрашивал о вашей работе у нас?
– Да. Я ответил, что создаю рекламные ролики, то есть так, как определено в дополнительном соглашении к контракту.
– Надеюсь, вы были искренни, и все обстоит именно так. Значок мы оставим пока у себя. Его вернет Рон, когда повезет вас домой. Предупреждаю, что все записи видеокамеры мы уничтожим.
– Естественно! Поверьте, мне очень неприятна эта история.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
