не развивает тему, продолжает прежнюю: – Как видишь, здесь нет никаких приборов, которые могли бы записать или в реальном времени передать наш разговор третьим лицам. Твой брат не лишен порядочности. Либо Андреасу плевать, договоримся мы или нет.
Удобнее устраиваюсь в кресле, ощущая, как самую малость расслабляются плечи. Одной проблемой меньше.
– Выходит, можно не играть в переговоры.
Кейд согласно кивает и откладывает прибор на стол, продолжая неотрывно смотреть на меня.
– Получается так. Но не будем зря терять времени.
Склоняю голову набок и с интересом вглядываюсь в его глаза, желая разгадать, что он задумал.
– Что предлагаешь?
– Узнать друг друга поближе.
Мои брови удивленно взлетают.
– Это еще зачем?
– Даже если Андреас имеет только косвенное отношения к сегодняшней встрече, нам все равно предстоит сотрудничество, не забыла?
– Такое не забывается, – бормочу едва слышно.
Но у Кейда, по всей видимости, нет проблем со слухом.
– Не напрягайся так, Дани. Я не собираюсь лезть тебе в душу.
– Сделай одолжение, перестань называть меня Дани.
В глазах Кейда искрится любопытство.
– Это твое имя, – резонно напоминает он.
– Только для друзей, – сообщаю с нажимом.
Несколько секунд он молчит, хитрый блеск в глубине синих радужек никуда не исчезает. В конце концов Кейд медленно кивает.
– Как скажешь, Даниэль. Тогда давай к делу. Расскажешь, как много было допов?
С сомнением смотрю на него и несколько раз моргаю, прежде чем хоть что-то ответить.
Он не знает?
Чушь.
Это какая-то проверка?
Более вероятно.
Ладно, раз уж нам предстоит «подружиться», лучше не начинать общение с совсем уж наглого вранья. Того, что я собираюсь использовать Кейда в своих целях, уже должно быть достаточно.
Поэтому я даю максимально честный ответ:
– Полсотни ящиков.
Органа опускает уголки губ и пару раз удивленно кивает.
– Немало.
– Ты не знал, – произношу утвердительно.
– Нет, – тут же подтверждает он.
– Как это вообще возможно? Как у Андреаса оказалось две принадлежащие тебе вещи, об одной из которых ты даже не знал?
– Совпадение?
– Ты сам-то в это веришь? – спрашиваю скептически.
– Нет. Тем удивительнее, что это правда. – Кейд задумчиво смотрит мне куда-то за спину, но, уверена, не видит там ничего, потому как витает где-то в своих мыслях. – Теперь я еще больше убежден, что твой отец что-то задумал.
– Почему?
Кейд выныривает из размышлений.
– Я пришел к Андреасу за кое-чем небольшим, но он перетянул внимание на нечто огромное. Согласись, пятьдесят ящиков выглядят гораздо более завлекательно, чем маленькая шкатулка.
Шкатулка? Ему реально нужна шкатулка? Или это метафора?
Соображая, как бы подтолкнуть Кейда на откровения, произношу с осторожностью:
– Смотря, какое содержимое внутри.
– Вот, – довольно соглашается он и широко улыбается. – Андреас наверняка тоже это понимает. И рано или поздно ждет моего возвращения. Возможно, я неправильно разгадал его замысел, и прямо сейчас он перепрятывает то, за чем я на самом деле явился. Если еще этого не сделал.
– И что же это такое? – спрашиваю, слегка подавшись вперед.
Кейд копирует мое действие и чуть понижает голос:
– То, что защитит людей из моего города от любых посягательств извне.
Да ну?
– Ты шутишь? – спрашиваю недоверчиво.
Он медленно качает головой.
– Ты не поверишь, но я не помню, когда в последний раз был настолько серьезен.
Откидываюсь на спинку кресла, продолжая с подозрением вглядываться в его лицо, на котором застыло удовлетворенное выражение, и я не понимаю, с чем это связано.
– Ты прав, – впервые вслух соглашаюсь я, – не поверю.
– Твоя воля. Но мне незачем врать.
– Не врешь, но и правды не раскрываешь.
Кейд хмыкает.
– А ты давно открывалась незнакомцам при второй встрече?
– Четвертой, – поправляю я, о чем сразу же жалею, потому как улыбка Кейда становится еще более довольной. Прочищаю вдруг пересохшее горло и продолжаю, словно ничего не заметила. – У Андреаса есть что-то, что способно защитить от внешних угроз целый город?
– Да.
– И это принадлежит тебе.
Кейд качает головой из стороны в сторону и уклончиво произносит:
– Не совсем.
– И как это понимать? – спрашиваю недовольно.
– Эта вещь принадлежала моему отцу, да и то лишь наполовину. Незадолго до гибели он передал ее на хранение Андреасу. Твой отец не знал о содержимом шкатулки, но раз не отдал ее мне, скорее всего догадывается, что там нечто ценное.
– И что там? – спрашиваю, не скрывая любопытства.
Кейд открывает рот, но ответить не успевает. Дверь распахивается, и в комнату врывается сначала оглушающая музыка, а затем и Колт. За его спиной тут же вырастает раздраженная Кэсс, задача которой за ним присматривать.
– Что произошло? – тут же подбирается Кейд, поднимаясь со своего места.
Тоже подскакиваю, чтобы не смотреть на ворвавшихся снизу вверх.
– Служба безопасности, – запыхавшись, выпаливает Колт. Чуть отдышавшись, он добавляет более спокойным тоном: – Здесь служба безопасности. Я столкнулся с Леоном, его перевели в столицу два года назад по наставлению Ксандера. Пришлось наплести, что я тут под прикрытием, не уверен, что он мне поверил.
– Дерьмо, – комментирует Кейд.
– Нужно уходить, – настаивает Колт, стреляя в меня внимательным взглядом. – Они заявились сюда неспроста.
– Забирай Ллойда и уходите, вас не должны увидеть, – распоряжается Кейд.
– А вы?
– Сразу следом. Нельзя сваливать всем вместе, если там не совсем кретины, они это заметят.
– А нам что делать? – спрашивает Кэсс, обращаясь ко мне.
Лихорадочно соображаю, пытаясь структурировать полученную информацию, которая не намекает, а прямо-таки орет: «Здесь что-то не так!», но из-за того, что времени на размышления не остается вообще, приходится принимать поспешное решение.
– Найди Рори и уводите их отсюда. Встретимся в штабе.
– Поняла, – отзывается она и переводит внимание на Колта. – Ну, чего встал? Идем. Сам же говорил, лучше поспешить.
Колт удивленно пялится на Кэсс, будто впервые увидел. Возможно, так оно и есть, потому что в ее задачу входило незаметное наблюдение. Колт переводит вопросительный взгляд на Кейда, тот кивает и жестом указывает на выход.
– Идите уже.
Они в тот же миг исчезают, захлопнув за собой дверь и отрезав нас от музыки, которую я практически не замечала, пока Колт тараторил об опасности.
– Служба безопасности? – произносит Кейд. – А твой отец хорош.
– Думаешь, это его рук дело? – уточняю с сомнением.
– Уверен, – говорит он, но продолжить снова не успевает.
Отголоски музыки за дверью вдруг стихают, вместо нее до слуха долетают крики и женский визг, а в следующий миг гаснет свет. Так и замираем стоящими друг напротив друга в слабом свечении от зеленой галочки на экране прибора, обнаружившего, что в помещении нет прослушки. В голову приходит только один сценарий дальнейшего развития событий, но объяснять его у меня нет времени.
Толкаю Кейда
