ослабели в последнее время. Что может угрожать Суне?
— Пока неясно, — ответил Агара. — Но… У нас напряжённые отношения с Камнем. Возможно осуществление этой угрозы чужими руками. Тем более неясно, какие цели преследуют «Акацуки». Они альтернатива скрытым деревням. Берут не самые чистые заказы, которые противоречат Кодексу. И дешевле стандартных расценок за миссии. Дейдара уже стал известен как террорист-подрывник, который не смотрит на потери среди простых граждан. Официально Камень от него отказался, но они также могут направлять своего «неуправляемого психа» через организацию и тем самым обстряпывать дела, за которые Совет Каге…
— Они могут ударить по Тацуме. Я бы ударил... — перебил его Кадзекаге. — Столица Страны Ветра должна защищаться несколькими гарнизонами, но все они на стратегически важных путях, не ближе, чем в пятидесяти километрах от Тацумы. Собственная охрана столицы состоит на шестьдесят процентов из не-шиноби. Плюс дюжина телохранителей даймё, но и всё. Суна стоит на пути армий со стороны Страны Огня, Стран Реки, Дождя, Птицы, Камня — по основным направлениям. Но сумасшедший одиночка, который владеет разрушительными техниками и которому всё равно, что взрывать… Хм… Кажется, в Камне тоже был какой-то переполох, но на них никто не нападал?..
— Значит, вы думаете, что это Дейдара? Это он напал на собственное селение? — вспомнил о донесениях Агара.
— Верно. Но он отчего-то жив. А значит, либо его не смогли убить или побоялись это делать, либо на него у Цучикаге были планы, — продолжил размышлять вслух Рэймэй. — Если отпустить такого безбашенного придурка на волю и показать направление…
— Если кто-то вроде него нападёт на нашу столицу, это покажет нашу беспомощность, — Агара сразу понял, что имеет в виду Кадзекаге. — Суна и так в последнее время с трудом поддерживает статус Великой деревни.
— Верно, — стиснул зубы Рэймэй. — Если Цучикаге объявил своего внука нукенином, значит, стоит продолжить нашу традицию и вернуть старику тело для обряда захоронения, получив вознаграждение.
Агара кивнул, вспомнив про инцидент с его отцом, который погиб во время нападения «Акацуки». Рэймэй рассказал ему о том нападении и последующем вручении Цучикаге тела шиноби Камня, который погиб в той схватке. А Темари рассказала о последней воле их отца и его последних днях жизни. Впрочем, Агара мог видеть Расу, когда Канкуро доставал «живую марионетку», сделанную из тела Четвёртого Кадзекаге. Правда, пользовался ей Канкуро не слишком часто, возможно, из-за морально-этических соображений. Даже на свитке с той запечатанной куклой было изречение про последний шанс. Агара думал, что, видимо, когда будет совсем худо, то ему придётся сражаться бок о бок со своим отцом, который так и не увидел, что он смог измениться и его приняла их деревня.
* * *
Закат над Суной был багряно-кровавым, каким бывает только в самые жаркие дни. Агара наблюдал, думая одновременно обо всём и ни о чём конкретно. В такие моменты было легко оказаться во внутреннем мире и разговаривать с Шукаку.
— Наруто отправился в Аме, — неожиданно сообщил его однохвостый биджуу. — Время настало.
— Передай ему «я с тобой, брат», — попросил Агара, поднимая руку к заходящему светилу, словно пытаясь удержать красные лучи, которые стремительно скрывались за темнеющим горизонтом.
— Передам…
Часть 1. Глава 20. Разговор с Богом
— Мы на месте, — сказал Наруто, когда распечатал Шисуи из свитка. Он кивнул, чуть встряхнувшись. Это было первое подобное его «путешествие».
Фуиндзюцу помещает человека в состояние комы, так что потребовалась минутка, чтобы прийти в себя и оглядеться. Они оказались на другой стороне огромного водоёма, на берегу которого расположился Город Древних. Осадков не было, но по багровому от заката небу крутило низкие тёмные тучи. Ворота ещё не закрыли. Высоченные чёрные башни Аме, опутанные трубами и проводами, как всегда, производили впечатление. Настолько высокие строения Шисуи видел только в мире своих снов.
— Войдём по плану? — спросил Джирайя, который пристально рассматривал стены, укрепления и охрану из шиноби Дождя.
— Не зря же мы столько времени потратили, чтобы согласовать мирный договор с Дождём у Цунаде-сама, — ответил Шисуи. — Сначала надо попробовать договориться по-хорошему.
— Отлично, — улыбнулся Наруто, убирая свиток и внимательно разглядывая абрис шпилей. — Необычный город… Мы пойдём прямо через воду? На всякий случай я сделаю клонов, чтобы они набирали сэн-чакру.
— Резонно, — заметил Джирайя. — Значит, ты всё же нашёл способ собирать природную чакру без посредников.
— Ага, просто в голову пришло, — улыбнулся Наруто, складывая печати и создавая двух дублей.
Джирайя внимательно их осмотрел, встал в центр и двинулся вперёд.
— Идём, — кивнул Шисуи Наруто, направляясь за ним.
Шли они не спеша, двигаясь по воде озера минут десять, давая посмотреть, оценить и узнать. Джирайя был самым «известным» из них, но и Шисуи иногда узнавали, чаще — по прозвищу, реже — в лицо. Люди на стенах зашевелились, хотя никаких звуковых сигналов вроде тревоги не последовало. Впрочем, ворота закрыли.
— И что дальше? — несколько разочарованно спросил Наруто, остановившись. — Может, всё же стоило устроить им скрытое проникновение?
— У людей этой маленькой страны есть очень большая гордость, тебе ли не знать, Наруто, — сказал Шисуи.
В этот момент в стальных воротах лязгнуло маленькое окошко.
— Кто вы такие? И зачем пришли? — спросили их с той стороны ворот.
— Мы послы мира от Конохи, — с достоинством ответил Джирайя. — Я и мои спутники пришли поговорить с вашим лидером. Передай Леди-Ангел, что Джирайя-Саннин очень жаждет увидеть её и её друзей.
За воротами донеслись удивлённые шепотки. Окошко снова лязгнуло, закрывшись. Вдобавок окончательно стемнело и пошёл дождь.
— О, — с интересом осмотрелся Шисуи, используя шаринган. — Необычный дождь. Воды меньше, чем чакры…
— Да? А я ничего, кроме воды, не ощущаю… — удивился Наруто, стряхивая с волос капли.
— Думаю, это техника Нагато, — хмыкнул Джирайя. — Удивительно талантливый парень был. В смысле… есть.
Ворота дрогнули, и в свете тусклых фонарей перед ними предстала крылатая женщина. На периферии копошились шиноби Аме. У всех были протекторы с перечёркнутым символом, как у нукенинов.
— Когда-то я говорил, что ты вырастешь настоящей красавицей, Конан. Ты не обманула моих ожиданий, — нарушил шуршание дождя по бетону плаца Джирайя.
— Здравствуйте, Джирайя-сенсей, — прищурила оранжево-карие глаза Леди-Ангел, которая парила в нескольких метрах над землёй. —
