Потом она снова повернулась к Жанет Тьюли.
— Вот тут мы и откроем секрет. Письма, а их больше тысячи, — это приглашения всем моим клиенткам и некоторым представителям прессы на встречу в следующую среду. Я хотела, чтобы эти письма выглядели очень важными и срочными, но, к сожалению, их придется отослать как обычные, циркулярные. А это означает, что одни не обратят на них внимания, а другие подумают, что они разосланы с целью рекламы. Так вот, вы знаете многих моих клиенток из своего круга. Я хочу, чтобы вы подтвердили содержание писем и способствовали организации этой встречи. К этому я привлеку также всех своих девушек. Но если разговоры пойдут извне, им больше поверят.
— Хорошо, — согласилась Жанет. — Но какие разговоры? Вы же не собираетесь раскрыть все еще до этой встречи на следующей неделе, правда?
— Конечно, нет. Пока нам лучше говорить о водорослях. А если заявить, что наша работа под угрозой срыва, и наши клиентки могут лишиться наших услуг, так как ирландцы наложили такую большую пошлину на наше основное сырье — водоросли, что министерство торговли отказывается санкционировать оплату по такому грабительскому курсу? Это будет митинг протеста против необъективного решения, которое поддерживается конкурирующими концернами и направлено на то, чтобы лишить клиенток “Нефертити” их преимуществ. Вы улавливаете мою идею?
Жанет кивнула:
— Думаю, да. Тут достаточно простора для домыслов. Ну, например, что министерство торговли, английский банк или другие учреждения подкуплены конкурирующими предприятиями. Все это дело черного заговора людей, которым все равно, что станет с нашей клиентурой, если они установят контроль над “Нефертити” и вашими профессиональными секретами. Я думаю, все это должно вызвать обиду и негодование.
— Тогда все хорошо, Жанет. Принимайтесь за работу. Я организую “утечку” информации среди своего персонала — это будет гораздо эффективнее, чем просто сказать им о чем-то прямо. Надеюсь, в среду зал будет полным.
ГЛАВА ВТОРАЯ
Черный автомобиль промчался мимо и резко затормозил впереди них. Зажглась табличка с надписью: “Полиция”. Из окна кабины высунулась рука и сделала им знак остановиться.
— Что за черт?.. — выругался Ричард, снижая скорость.
— Разве мы нарушили правила? — спросила Зефани удивленно.
Через минуту подкатил еще один автомобиль, небольшой фургон без надписи. Дверцы отворились с их стороны, и из фургона вышел человек. Он оглянулся на машину.
— Все в порядке, Чарли? — спросил он.
— Все, — ответил голос.
Человек сунул руку в карман и в тот же миг резко отворил дверцу возле Ричарда и направил на него пистолет.
— Выходи! — приказал он.
Дверца с другой стороны автомобиля распахнулась так же внезапно, и кто-то другой приказал Зефани: “Выходи!”
— В фургон, — добавил первый, выставляя пистолет вперед. Послышался резкий щелчок затвора пистолета с той стороны машины, где был Ричард.
— Он заряжен. Ну, быстрей! — приказал человек.
Ричарда и Зефани оттеснили назад, приставив к их спинам пистолеты, а потом втолкнули в фургон. Двое с пистолетами залезли в машину вслед за ними и захлопнули дверцы. Все это произошло в считанные секунды.
Комната была просторной, со старомодной, удобной, но потертой мебелью. Человек, который сидел за столом, обитым кожей, повернул лампу так, чтобы она светила прямо в глаза Зефани, в то время как его собственное лицо, укрытое в тени, казалось бледным, размазанным пятном. Рядом стоял Ричард, его руки были связаны сзади, рот залеплен пластырем. Другой человек внимательно следил за ним.
— У нас нет никаких преступных намерений, мисс Саксовер, — сказал человек за столом. — Я просто хочу получить от вас некоторые сведения и считаю, что добьюсь этого. Для всех нас будет лучше, если вы ответите на мои вопросы правдиво и сразу. — Он помолчал и затем продолжил: — Итак, ваш отец сделал выдающееся открытие. Я уверен, вы знаете, что я имею в виду.
— Мой отец сделал много важных открытий, — произнесла Зефани.
Человек левой рукой постучал по столу. Тот, который стоял рядом с Ричардом, сжал кулак и нанес ему короткий сильный удар в живот. Ричард задохнулся от неожиданности и согнулся.
— Не будем терять времени, — бросил сидящий за столом. — Вы сами скажете, какое открытие я имею в виду.
Зефани беспомощно посмотрела по сторонам. Едва она сделала шаг, как две сильные руки сжали сзади ее руку выше локтя. Зефани лягнула стоящего сзади. В тот же миг человек наступил ей на другую ногу. Не успела она придти в себя, как он сорвал с ее ног туфли и отшвырнул их.
Человек за столом снова постучал левой рукой. Тяжелый кулак обрушился на голову Ричарда…
— Мы не хотим причинять вам зло, если можно избежать этого, мисс Саксовер, — проговорил сидящий за столом — но нам абсолютно все равно, как далеко придется зайти с вашим другом. Но если и вам тоже все равно, то ему придется туго, а потом мы будем вынуждены перейти и к другим методам влияния на вас лично. А если вы и тогда будете продолжать упираться, нам придется убедить вашего отца рассказать нам все. Как вы думаете, если он получит этот ваш перстень, конечно, вместе с вашим пальцем, захочет ли он тогда нам помочь? — Он немного помолчал. — Ну, теперь, мисс Саксовер, вы уже почти готовы рассказать мне об открытии, которое меня интересует.
Зефани сжала зубы и помотала головой. Справа снова послышался удар, а потом вскрик. Зефани задрожала. Еще удар.
— О, господи! Прекратите это! — закричала она.
— Это в ваших руках, — сказал сидевший за столом.
— Вы имеете в виду продление жизни, — проговорила она жалобно.
— Это уже лучше, — ответил он. — А препарат, который он использует, это экстракт… из чего? Пожалуйста, не говорите, что это водоросль. Вы лишь повредите вашему другу.
Зефани заколебалась. Она увидела, что левая рука снова поднялась для удара.
— Лишайник. Это лишайник, — быстро проговорила она.
— Очень хорошо, мисс Саксовер. Вижу, вы все-таки в курсе дела. А теперь — как называется этот лишайник?
— Я не могу вам сказать, — ответила она. — Нет, нет, не бей! Он еще не классифицирован!
Человек за столом подумал и решил согласиться с этим.
— Как он выглядит? Опишите его.
— Я не могу. Я его никогда не видела. — Она содрогнулась от звука еще одного удара. — О, не нужно, не нужно!.. Я не могу сказать вам! О, прекратите это. Вы должны мне поверить! Я не знаю.
Человек поднял левую руку. Удары прекратились, и слышны были только стоны и прерывистое дыхание Ричарда. Зефани боялась взглянуть на него. Она стояла лицом к столу, и слезы бежали по ее щекам. Человек выдвинул ящик стола и вынул из него лист толстой бумаги, на котором были наклеены образцы более чем десятка разных лишайников.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
