Читаем без скачивания Жаклин Врана - Тодд Лерой

Ее работу прервал омерзительный писк мобильного. Сообщения она получала редко, поэтому источник шума определила не сразу.

«Сегодня ночью проходит иллюминация на площади. Адрес внизу. Ингрид.»

***

Ехать пришлось своим ходом, потому что машину ее изъяли. Она уже забыла, какого мерзнуть в неотапливаемом трамвае и делать огромные пешие круги от одной станции к другой. Благо ночью скопления людей – явление редкое, поэтому ей не пришлось бороться в метро за свободное место.

Ингрид ждала ее в кафе с видом на площадь. Она вышла, оставив вещи внутри, чтобы встретить знакомую и проводила ее на место за столиком.

– Ты пропустила начало, – заметила она без укоризны. – Все это в честь нашей компании.

Огромный проектор отбрасывал картины зданий разных стран и растил воздушные памятники в небе. Под светомузыку, прерываемую выстрелами грандиозных фейерверков и аплодисментами публики. Наблюдающими были людьми явно не простого круга. Все они были одеты со вкусом и ощутимо дорого.

– Все они работают на меня, либо со мной, – объяснила она, разделывая крохотный кусок чего-то желеобразного. – Заказывай что хочешь.

Жаклин пожала плечами, заглянула в меню, чтобы попросить у официанта пять стаканов кофе с различными добавками. Раздался последний оглушающий выстрел и пролился завершающий фонтан искр. Толпа зааплодировала и подняла бокалы.

Ингрид поднялась и поклонилась, после чего произнесла короткую речь в благодарность за сотрудничество.

– Пятнадцать лет мы строили то, что имеем сейчас. Но это отнюдь не только наша с Матисом и Пьером заслуга. Кстати, эти двое просили передать извинения. Они проводят праздники вместе со своими семьями на своей родине. Так получилось, что шведка в начальниках только я. И семьи у меня тоже нет. Лишь вместе мы можем построить окно в новое будущее. Я не буду говорить о том, что заслуга компании – каждый маленький винтик, а работаем мы словно часы. Винтиков у нас нет. Каждый равноценно важен. Мы все стрелки, поэтому идем дружно и в ногу со временем.

Жаклин подняла чашку, чтобы последовать примеру остальных и отпила кофе, которое действительно уступало домашнему.

– Твое появление самый большой для меня подарок, – ласково улыбнулась Ингрид и накрыла пальцы Жаклин своей ладонью.

Девушка нахмурилась и убрала руку в карман, оставив на свободе лишь ту, которой поднимала чашку.

– Мисс Радамас, – клюнул ее руку полный лысый мужчина. – Я хотел поблагодарить вас лично. Этот небольшой подарок за нестираемое качество вашей работы, – протянул бархатный коробок он.

– Не стоило, – чуть заметно ухмыльнулась она. – Я ведь не сама кирпич закладывала.

– Вы прирожденный лидер. Будь у вас за спиной надежная опора в лице такого же предприимчивого и обеспеченного…

– Я человек самодостаточный и уже сложила в себе двух людей разного пола. Уж поверьте, мужского во мне больше.

– Что ж, – бросил неловкий взгляд на ее собеседницу старик. – Надеюсь, мы с вами еще пересечемся.

– Не сомневаюсь, – тепло улыбнулась она, сложив руки, но тут же стерла улыбку, стоило ему уйти. – Самая неприятная часть моей работы. Умение подыгрывать. А этот тип уже четыре года меня облизывает. Пыльный мешок с деньгами. Как будто для этого я работала как проклятая всю жизнь. Разумеется, чтобы продаться в рабство, как дешевая потаскуха, которая ничего собой не представляет. Наверное, я слишком сурова, но такой меня сделала работа.

– Меня тоже, – кивнула Жаклин.

Подруг у меня тоже нет. А те, что ими притворяются, советуют усыновить или удочерить ребенка. Я к такому не готова. Зачем мне чужие дети? Они уже рождены кем-то, а я ничего миру не дала. Да и нужны ли миру мои дети?

Голос ее звучал не слишком расстроено, и Жаклин усомнилась в искренности ее слов.

– Женщина, которая построила офисы ведущих компаний мира, не смогла построить семью.

Жаклин не вслушивалась и предпочитала рассматривать публику, поглощающую еду. Одного из мужчин она рассматривала особенно пристально. Она судорожно его вспоминала. Наконец, привстала и указала на него пальцем, пытаясь подобрать нужные слова.

– Этот парень… Вы его?..

Девушка оголила пистолет, и кто-то из толпы вскрикнул.

– Жаклин, – позвала ее Ингрид. – Прошу тебя, вернись на место.

Но следователь направлялась к столу напротив, ковыляя и расталкивая людей, которые оружия в ее руках еще не заметили.

– Полиция, – остановилась у столика мужчины она и направила дуло между глаз насильника ее сестры. Того самого, что она выловила в гостинице. Он изменился в лице и чуть привстал, подняв руки над головой.

– Это какое-то недоразумение. Вы кто? – удивился он с усмешкой. – Подожди, я тебя вспомнил. Та девушка, с которой я познакомился в одном… В одном заведении, – добавил он, поглядывая в сторону коллег.

– Почему вас не посадили? – строго спросила она.

Музыка заглохла, и люди вокруг образовали плотную стену из тел.

– Жаклин, – остановилась у нее за спиной Ингрид и положила руку на плечо. – Мы не собираемся никого арестовывать. Это закрытая вечеринка. Здесь преступников нет.

– А должны быть? – скривился в омерзительной улыбке он.

– За изнасилование двух молодых женщин, одна из которых несовершеннолетняя.

Мужчина неловко обернулся и встретил шокированные глаза сотрудников.

– Если бы я действительно совершил нечто подобное, то полиция этого бы так просто не оставила, – уверенно начал он.

– Жаклин, – крепче сжала ее плечо женщина и отвела назад, опуская пистолет в ее руке. – Это часть представления. Обычная шутка, слишком резкая, чтобы сработать. Вы ведь знаете, как часто такие проходят.

Толпа выдохнула, и некоторые нервно рассмеялись. Мужчина поправил пиджак и опустился на место, не отводя гневного взгляда от полицейской. Музыка возобновилась, и участники рассыпались по ресторану в добровольной последовательности.

– Но это не шутка, – возмутилась Жаклин. – Это Гарри Нельсон. Я его прекрасно запомнила. Владелец компании «Нельсон и…

– Успокойся, – усадила ее на место Ингрид. – Он владелец компании. Ты сама ответила на свой вопрос. Я вижу в тебе львиную долю непоколебимой справедливости, но ты забываешь, в каком мире мы живем. Напомни, сколько тебе? Двадцать пять?

– Двадцать семь.

– В двадцать семь я собиралась выйти замуж, – оперлась о подбородок она. – Он был заботлив и обещал мне поддержку. А я этому не поверила. В последнюю секунду. Просто вызвала такси, приехала к нему домой, чтобы собрать все личное и удалила его номер из записной книги. Позже мы пересекались пару раз на улице, но ни слова друг другу не сказали. Я хочу предложить тебе кое – что. Не думаю, что ты согласишься, потому что ты слишком сильно уважаешь свое право на одиночество. Я уезжаю на праздники в свой дом в Уппсале и хочу пригласить тебя.

– У меня нет праздников.

– В общем, когда почувствуешь, что сильно устала, и что тебе необходим отдых… В общем, вот мой адрес, – протянула визитку женщина. – В Стокгольме меня не будет недели две.

Телефон пискнул, и на экране высветилось сообщение о высланных адресах.

– Понимаю, что в нашей встрече продуктивности мало, и все же польза есть во всем.

– Да, – смущенно согласилась она и снова опустилась. – Насчет вашего предложения о…

– Не пытайся, раз не получается, – сделала это за нее Ингрид. – Одного из убитых я знала. Этого адвоката. Не сказать, чтобы он мне нравился, но однажды он нам очень помог. Нас чуть было ни обманули на крупную сумму денег, а этот парень, можно сказать, спас наши тылы.

– Он, случайно, не мог никому?..

– Врагов у него было немало, ведь человеком он был неплохим и многим помогал. Но не думаю, что кто-то собирался ему мстить. По крайне мере, в профессиональной деятельности.

– Он поменял номерные знаки, прежде чем покинуть город.

– Выходит, он скрывался, – задумалась Ингрид.

– То есть не было ни единого громкого дела, которое бы могло испортить ему репутацию?

– Дай-ка подумать, – прикусила губу она. – Так сразу и не вспомнишь. Еще кофе?

– Если вы пытаетесь отнять у меня время, это не самая лучшая идея.

– Я ни в коем случае тебя не задерживаю. Просто на такие вещи у меня действительно плохая память. У меня слишком много знакомых, чья судьба меня мало интересует. Можешь ехать по своим делам, а я позвоню сама, как что-нибудь вспомню.

– Вы будете в Уппсале, – напомнила Жаклин.

– Что не помешает звонить.

– Думаете, вам может быть известно дело, которое неизвестно мирового сообществу? – спросила она, выдержав пуазу.

– Некоторые из них на публику не выносятся и не афишируются.

– Но в базе данных суда они до сих пор хранятся.

– Административную базу данных не так просто взломать. Существуют компьютеры без выхода в интернет. На них как раз и хранится вся информация. На другие носители она не распространяется.