Катя была рада, что она не одна в пустой квартире, что есть Зоя, которая требует внимания, любит обниматься и ласкаться, отвлекая её от мрачных мыслей. Каждый раз, услышав шум в подъезде, малышка спешила к маме, брала ей за палец и старалась отвести к двери, повторяя: «Папа, папа». Катя подчинялась дочери, шла с ней к двери, брала малышку на руки, они по очереди смотрели в дверной глазок и, убедившись, что там дядя или тётя, возвращались назад в комнату.
Около двух лет проработав под руководством Сергея Александровича, Екатерина Сергеевна приобрела неоценимый опыт, она замечала, что у неё всё получается и дела идут совсем неплохо. После сороковин Катя решила просмотреть все документы, хранящиеся в сейфах и в запертых ящиках стола вначале в кабинете на работе. Она ознакомилась с содержимым всех папок, разложила их так, как ей казалось более удобно, и планировала в свободное время просмотреть содержимое сейфа и стола в кабинете дома.
Катю волновало исчезновение падчерицы, которая ни разу не позвонила на номер отца, телефон которого теперь, как и свой был всегда с ней, чтобы не потерять нужные деловые контакты супруга. Московская тётушка Лизы, в последний приезд, обвиняла Екатерину, спрашивала, не приложила ли она руку к тому, чтобы исключить наследницу.
Проходящие в кафе и ресторанах новогодние корпоративы, отнимали много времени, требовали тщательного контроля и отвлекали Катю от мрачных мыслей. Жанна Алексеевна замечая, что Екатерина Сергеевна не заказывает себе даже перекуса в кабинет, пробовала сама приносить ей что-нибудь на своё усмотрение, но обнаруживала, что всё оставалось нетронутым. Тогда она сама стала приходить обедать в кабинет к жене бывшего хозяина, чтобы составить ей компанию.
Вера Павловна, видя уставшую, ужасно похудевшую и осунувшуюся Катерину, старалась накормить её своим борщом, который девушка раньше любила.
Зоя об отце вспоминала всё реже и реже. Иногда Екатерине приходилось ненадолго брать её с собой на работу, что вызывало у малышки восторг, впечатлениями от которого она делилась с бабушкой Верой.
Выпавшим свободным вечером, разбирая содержимое сейфа, Катя обнаружила в его глубине ключ от запертых ящиков стола, к которым у Кати при жизни супруга не было доступа. Начав с нижнего ящика наполненного конвертами с письмами двадцатилетней давности от родителей бывшего Катиного супруга, фотографиями с фрагментами детства, юности и молодости, толстый конверт был наполнен фотографиями первой жены Сергея Александровича и свидетельство об её смерти.
Отперев следующий ящик, Екатерина была удивлена, обнаружив, что в нём находились вещи связанные с ней. Это пропавшая в Индии заколка для волос, её дешёвый шёлковый шарфик, лежал аккуратно сложенным в прозрачном пакетике, куплённый ещё в годы студенчества и забытый Катей об его существовании. Здесь было много Катиных и их совместных распечатанных фотографий. Ей было интересно рассматривать эти фотографии, которые она раньше видела только на электронном носителе. На самом дне ящика лежала пластиковая синяя папка с файлами. Это были документы на Зою. Листая файл за файлом, Катя удивлялась, что дотошный Сергей Александрович каждой справке, собранной в течение двух месяцев, делал копию и заверял её у нотариуса. Следующий документ её удивил, она перечитывала его несколько раз, достала его из файла и долго рассматривала. Это было свидетельство государственной регистрации, которое гласило, что она является владелицей этой квартиры. Обратив внимание на дату регистрации, и пересмотрев другие документы, поняла, что покупка была зарегистрирована ещё до замужества, в период его борьбы за Зою.
В этой папке Екатерина обнаружила ещё один важный документ, это было завещание Сергея Александровича. Взяв в руки этот документ, она обратила на дату составления завещания. Она совпадала с датой купли-продажи квартиры. Переполненная впечатлениями, осмотр ящиков с другой стороны стола Катя решила отложить
=18
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Долгожданное солнышко чаще и чаще появлялось, поблескивало, согревая своими лучами воздух, радуя людей приходом весны, вселяя надежду на тёплое, ласковое лето. Прихватив на работу завещание, которое было составлено в пользу Екатерины и Зои, чтобы посоветоваться с Жанной Алексеевной, она решила не нарушать волю Сергея Александровича и по её совету обратилась к нотариусу его составившему. Она была рада своей находке, но чувствовала угрызения совести в отношении Лизы, которая не давала о себе знать четыре месяца и была готова с ней поделиться, если та никогда не будет претендовать на Зою.
То ли приход весны подействовал на Екатерину Сергеевну, то ли молодость и жизнь требовала своё, она постепенно стала приходить в себя, замечая вокруг себя интересных мужчин, которые обращали внимание на небедную молодую женщину. Как воробьи на ветках после долгой зимы чистят свои пёрышки, так и Катя начала приводить себя в порядок.
Вера Павловна сразу заметила прибавление в гардеробе Зои и Кати и изменения в облике старшей из них. На лице появился макияж, который отсутствовал последние месяцы, длинные волосы схваченные резинкой были уложены и подвиты, ухоженные руки с маникюром и улыбка, которая всё чаще и чаще появлялась на её лице.
- Вижу, приходить в себя ты, Катерина, стала, весна пришла, глаза по сторонам бегать стали, хвост свой распушила, а хвост поднимать тебе пока нельзя. Не одна ты теперь, и мужик тебе нужен с сёрьёзными намерениями. Твоё время ещё не пришло. По-пустому себя не растрачивай, чтоб потом стыдно не было.
- О чём это вы, Вера Павловна,- спросила Катя, рассчитываясь на прошедший месяц.
- А то не знаешь? Ты из себя дурочку- то не строй. Кого обмануть захотела? Насквозь тебя вижу. Опять врёшь. Запомни: люди лгут от бессилия. Но, вот, что я тебе сказать хочу. Наряжаться, наряжайся, дело молодое, пусть мужики облизываются, но к себе не подпускай, аппетит нагулять кой кому надо. Ты сейчас для них как лакомый кусочек. Рано ещё. И не спорь со мной.
- Я и не спорю. Только у меня и никого нет.
Катя и сама понимала, что когда ты хорошо одет, люди замечают тебя, когда плохо - твою одежду. «За два года я не стала ни моложе, ни красивее, просто богаче, и изменилась моя обвёртка»,- пришла она к безрадостному заключению, испортившему ей настроение.
Дорогой она думала о словах Веры Павловны, но к серьёзным отношениям она была не готова, да и не хотела их. Екатерина считала, что у неё есть всё, что может желать молодая женщина: хорошая, большая квартира, бизнес, отнимающий рабочее и почти всё свободное время. В перерывах она успевала посещать салон красоты или магазинчики, вечерами домой Катя с малышкой возвращалась поздно, сразу купала и укладывала ребёнка спать и ложилась сама, уставшая за день.
Свой выходной день по понедельникам она проводила с дочерью, которая ждала этого дня всю неделю, хорошо ела, не капризничала и слушалась бабушку Веру. Всё было хорошо и размеренно в жизни, но секса Кати хотелось, страстного и свободного от обязательств, именно такого, какой обычно любят мужчины, просто ради секса, но стабильного, без больших перерывов. Она не знала, сколько выдержит своё воздержание. Несколько раз ей пытался дозвониться Никита, его звонки она сбрасывала, не разговаривала, старалась держаться подальше, боясь поддаться сексуальным порывам и уступить.
Но были периоды делового секса, которые она не брала в счёт и серьёзно не рассматривала, не более чем рабочий момент и даже при этом испытывала большое удовольствие.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Переоформляя на себя бизнес, Екатерина Сергеевна столкнулась с массой инспекций и пожилыми инспекторами, имеющими жену, взрослых детей и внуков, ищущих приключений и всякие придирки, выдумывая замечания, выискивая для этого зацепки. Они давали понять, но чаще говорили прямо, отказываясь от конверта с деньгами, что хотят насладиться её телом, никогда не подпишут ту или иную бумажку без постели.
Екатерина приходила в снятый ими номер, раздевалась, доводила мужчину до безумного оргазма, затем требовала поставить нужные подписи, и только тогда следовало продолжение. Она принимала позу наездницы и, получая огромное наслаждение, находясь сверху, под стоны экстаза мужчины заканчивала половой акт, быстро прощалась, прихватив с собой документы. «Жить- то как-то нужно, чтобы не потерять бизнес, растить Зосю»,- забежав домой и, принимая душ, успокаивала и оправдывала себя Екатерина. Часто они не успокаивались и умоляли о встречах, иногда Екатерина Сергеевна соглашалась, если ей было нужно что-то от соискателя её тела и ласк.
