если они собрались с нами, то пусть сидят внутри, Рома вышел со мной, остальные просто встали взаде.
— Доброго дня вам, Поспе, — обратилась я к мужчине, сразу понятно, что глава тут он.
— Добрый, значит вот как выглядят те, кто очистит наш народ, — сказал он странную фразу.
— Вы о чём? — спросила его, их проблемы точно не моя забота, решу вопрос по родному человечку Рагуты, и поедем дальше.
— Не давно, наш Доруд, бросил слово, о том, что спасители нашей расы скоро должны прибыть в наш мир, они придут на зов крови, что не справедливо осиротела. И наш сорэн был местом встречи, — ответил он мне.
— Я не знаю, что там увидел ваш Доруд, но простите проблемы ещё одного народа я не готова решать, если это не связано с одной расой вредителей.
— Связанно Катерин, — вздохнул Румер, — я сейчас в толпе уже пятерых вижу.
— Одеть щиты, дети же с дедом чистые, я правильно понимаю? — спросила Румера.
— Чисты, у вампиров даже дети видны с рождения, — ответил он мне.
— Что делать будем? — я не заметила, как перешла на русский.
— Сразу не понять, но думаю тут не очень много их, эта раса им не сильно интересна, да и вампиры тут слабые, — пояснил мне Румер, и тоже на русском.
— Сейчас то нам что делать? Вот что меня беспокоит, — ответила я.
— Катюш, если я понял правильно, то поспе их чистый, я бросаю сейчас щит на посёлок, и Макс с Румером проверяет народ, посёлок не большой управимся быстро, — ответил Стас.
— У нас за периметром останутся мужчины что на охоте сейчас, — напомнила я им.
— Настрою на то, чтоб пропустил в ворота, но дал сигнал на их прибытие, — предложил он мне.
— То есть, этом мир теперь наша проблема? Правильно я понимаю? — спросила я.
— Можно лично почистить, этот сорен, а потом привести уже наши команды, потом уже перевезёшь их по мирам, — предложил Саша.
— Да, только на встречу к Доруту придётся сразу отправиться, надо обговорить условия, по которым мы будем работать, или ребят вы решили, что чистку этой расы оплачивать будет Катя? — спросил Степан.
— Снова с королём говорить, — горестно вздохнула я, — ладно, чистим этот сорент, потом узнаём, как тут они передают послания, сообщим их правителю о нас и о их проблеме. Потом разбираем вопрос с родными Рагуты и перемещаемся в Мартур. Кстати, надо бы позвонить нашим, обрадовать их, пусть собираются, и доктору Дартону сообщить о новой работе массового спасения.
— Я позвоню, а вы поговорите уже со старостой, а то он сейчас от тревоги потеряет сознание, — усмехнулся дед Матвей, на местном языке.
— Поспе Ирогуз, простите, просто мы когда волнуемся переходим на родной для меня язык. Мы знаем беду, по которой ваши моренты стали терять свой дар, мы поможем, но это уже будет зависеть от вашего Доргута, ваш сорент, мы проверим сейчас своими силами, ребята согласились на это, но все ваши земли нам не потянуть, это долго. А мы уже на практике знаем, что, чтоб решить эту проблему, нужно бить сразу по всем точкам.
— Доргут так и говорил, мы не знали точного времени вашего прибытия, но я сейчас свяжусь с Доргутом, и он прибудет сюда через пару дней, — радостно сообщил Ирогуз.
— Созывайте народ, будем проверять народ, я так понимаю вас не много тут? — спросила я.
— Нет, наш сорент средней по величине, нас всего чуть больше пятисот человек и это вместе с ребятишками, сейчас нет в соренте почти ста мужчин, они на охоте, но сегодня к вечеру или завтра они вернуться, — сообщил староста.
— Пока работаем с теми, кто есть в соренте, когда вернутся те, кого сейчас нет, проверим и их, — сказала я ему, — а сейчас я хотела бы посмотреть на родственников нашей Рагуты.
— Торит, Гурзэ, Иргэр идите сюда, и младших приведите, — гаркнул поспе.
К нам вышли молодая красивая девушка, около неё был паренёк лет четырнадцати, и два ребёнка лет пяти и семи, последней вышла крикунья.
— Вот, это родные Рагуты, Гурзэ её дочь, которую мы считали в то время погибшей, а девочка выжила, — пояснил поспе.
— Значит вот причина нашего появления тут, здравствуй Гурзэ, — поздоровалась я.
— Доброго светила вам, почему я причина? — тихо спросила она нас.
— Твоя мама, очень переживала за тебя, хотя и не знала кто именно ты, просто знала, что её кровинке плохо и грозит беда, мы по её просьбе пришли за тобой, — пояснила я ей.
— Значит мама не забыла меня? — спросила она.
— Мама твоя до сих пор оплакивает свою дочь, о том, что ты жива она не знает, а почему кстати вы не сообщили ей? — спросила я.
— Так, а как? Ведь Рагута и была последний морент, которая ушла на Зоруж, с тех пор больше не было гостей с того мира, — ответил поспе.
— Понятно тогда. Ну что Гурзе, поедешь к маме? — спросила я.
— Да, а можно и Иргэр пойдёт с нами? — спросила она.
— А Иргэр это ты молодой человек, правильно я понимаю? — спросила я.
— Да, — ответил он.
— А твои родители кто? — спросила я.
— У меня нет родителей, я жил с сестрой, а она была в браке с братом Сирэса, когда сестра с мужем погибли, меня и детей сестры отправили к семье Сирэса, — ответил он.
— Это наш дядя Иргэр, он брат мамы, — сказал высунувшийся Шурэнз.
— Ага, теперь поняла, ну раз сирота то можно, — ответила я ребятам, — сказала я.
— А что это вы распоряжаетесь моими детьми? — возмутилась крикунья.
— Ну вот уверена, что не по доброте сердешной, вы так о детях волнуетесь, раз малышей в лес отправили. Кстати, а почему старшие сироты остались в сорене? — удивилась я.
— Я сегодня оставался на хозяйстве, надо перерубить все дрова до лютых, после обеда пойду за новыми дровами. — ответил он.
— Сегодня никто никуда не пойдёт, на соренте щит, он не выпустит никого за территорию, когда вернутся
