- Лена, как я тебя хочу… - хрипло почти прорычал мне в шею, заставив выгнуться ему на встречу и вжаться в него еще плотнее, почти насаживаясь на пальцы.
Мои руки скользнули вниз по его спине, оглаживая крепкие мускулы. Затем ловкие пальцы быстро справились с пряжкой ремня, молнией. Слова были больше не нужны. Моя рука скользнула дальше, накрывая его желание.
- Не торопись, — почти простонал Никита и развернул меня спиной к себе.
Я уперлась руками в зеркало, точнее, зеркальную стену, и поймала его отраженный взгляд. Глаза в глаза. Затем он медленно расстегнул молнию на моем платье, прокладывая дорожку поцелуев вдоль позвоночника, иногда слегка покусывая. Щелк! Его рука расстегнула застежку лифчика и сразу скользнула внутрь, накрыв тяжелое полушарие, сжимая пальцами закаменевший сосок. Другая рука опять стала подниматься вверх по моей ноге, поглаживая бедро, задирая подол платья все выше, оглаживая упругие ягодицы. А затем исчезла.
Я недовольно застонала, прогнулась в спине и подалась назад. На пол упала надорванная упаковка от презерватива… Пара томительных секунд, и он вошел в меня медленно и плавно, почти до упора. Сжал руками мои бедра и задвигался быстрее.
Все смешалось в сумасшедший коктейль из ласк, стонов, сбившегося дыхания, безумных ощущений движений его плоти внутри меня, волны накатывающей, пульсирующей кульминации, когда в глазах потемнело, а губы раскрылись в немом крике, его рык мне в шею, когда он тоже достиг разрядки.
- Я… не сдержался… - прошептал мужчина мне на ушко. Мой мужчина. А потом наши губы опять слились в поцелуе, примиряющем. — Нам нужно в душ…
Я только сейчас заметила, что мы так и стоим в прихожей, полураздетые, растрепанные после умопомрачительного секса, все еще не в силах оторваться друг от друга.
Чуть позже Никита показал мне, где душ. Ванная комната в его квартире по размерам едва ли уступала моей в Минворде. Дорогая стильная сантехника, темно-коричневый кафель, зеркальные панели над раковиной и джакузи. Аккуратно повесив свою одежду на крючок, я залезла в душевую кабину и, включив теплую воду, подставила лицо под струи воды. Найдя мыло, первым делом смыла макияж. Размытая тушь — не самое привлекательное в глазах женщины. Меньше всего мне хотелось, чтобы Никита застал меня в образе «женщина-панда».
- Не вежливо с моей стороны оставлять тебя одну. — сказал Никита, присоединяясь ко мне в душе. — Кто потрет тебе спину?..
Это был риторический вопрос, на который мне отвечать было совершенно не чем. Разве что поцелуем? За полтора часа мы успели потереть друг другу и спину, и грудь, и живот, и много что еще… и даже помыться. А потом мне выдали махровый халат, в котором я чуть не утонула, и мы наконец добрались до спальни.
Лежать с ним в постели обнаженной, положив голову ему на грудь, было так естественно, правильно, вдыхать запах его тела, такой родной, особенный.
- Через несколько часов нам на работу… Ты совсем не спал.
- Ты тоже, — замечает он, и продолжает перебирать пряди моих волос.
- Я могу не спать пару суток. Только надо съездить домой переодеться.
- Переезжай ко мне.
Что?!!! Что это сейчас было?!!!
- Я серьезно, Лена. Я не хочу с тобой расставаться. Ты нужна мне все время.
- Со мной жить непросто. Я хронический трудоголик и постоянно задерживаюсь на работе, — я опять попыталась отшутиться.
- Мне не нравится, что ты живешь непонятно где, и я даже не могу до тебя дозвониться. Я хочу, чтобы ты была рядом.
- Я обещаю подумать над твоим предложением… - я отвечала уклончиво.
- Нет. Сегодня я даю тебе отгул. Ты собираешь вещи, и в семь я заезжаю и забираю тебя.
Сказал, как отрезал! И прежде, чем я успела возразить, оказался сверху, полностью подмяв меня под себя, накрыв мой рот поцелуем, полностью утверждая свои права. Его пальцы ласкали мое лоно, невесомо прошлись по нежным складочкам. Другой рукой он сжал мою грудь, сперва одну, выбивая из груди тихий стон, затем другую…
- Так что ты решила? — спросил он хрипло.
- Даа… - с моих губ сорвался совсем тихий шепот.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Я не слышу? — он слегка отстранился, скользнул одним пальцем в мое лоно, болезненно чувствительное, после недавней близости.
- Да, — простонала я громче, подаваясь вперед. Желание становилось невыносимым.
- Хорошая девочка, — прорычал Никита довольно, закидывая мою ногу себе на плечо — Кривые ноги, говоришь? — спросил он лукаво, слегка кусая, а затем целуя мою коленку, и закинул на другое плечо вторую ногу. — Крепче шею облегают?
Он вошел резко, вбиваясь, вколачиваясь… С каждым движением все наращивая темп, проникая все глубже. Пронзая меня новой волной удовольствия. И когда я почти достигла пика, он развел мои ногу в стороны, нанизав меня, словно бабочку, содрогающуюся в конвульсиях оргазма. Затем упал на меня и закончил свой изнуряющий забег несколькими сильными толчками.
Спорить с ним бесполезно.
Какое-то время мы лежали обнявшись, прижавшись друг к другу. Я вдыхала его запах, ставший после близости более резким, острым. Хотелось зажмуриться, словно кошка, и изваляться в этом запахе, пропитаться им насквозь.
- Уже утро. — заметил Никита, как бы, между прочим. — Хочешь кофе?
Я утвердительно кивнула, и он направился на кухню. Готовить кофе. Как был, ни в чем. Ей богу, я так домой не уеду! Да и до кофе дело может не дойти…
Когда за его спиной закрылась дверь спальни, я решила отправиться на поиски своей одежды. Нашла я ее там, где и оставила — на крючке в ванной. Но надеть успела только чулки и нижнее белье, когда дверь открыл Никита.
- Тебе с сахаром? — спросил он.
- Нет, — мою голову посетила мысль, что неплохо бы еще и подкрепиться. И я отправилась вслед за ним на кухню.
- Что приготовить на завтрак? — спросить я, конечно, спросила, но тут же по-хозяйски полезла в холодильник. Не густо… - Омлет?
Он лишь пожал плечами, мол, хозяйничай, и продолжил загружать кофе-машину. В конце концов, я выудила из холодильника остатки колбасы, пару ломтей черного хлеба, луковицу и четыре яйца. Поставив сковородку на огонь, быстро нарезала кубиками хлеб и отправила его на сковородку в первую очередь, обжариваться в масле до состояния хрустящих мини-гренок, потом туда же отправились нарезанные кубиками колбаса и лук. В завершении я залила всё это взбитыми с молоком и щепоткой соли яйцами и накрыла крышкой. Через пару минут завтрак будет готов.
- Правду говорят, настоящая женщина может приготовить завтрак из ничего… - промурлыкал Никита, обнимая меня.
- Когда-нибудь, когда я выйду на пенсию, я напишу книгу «Сто вкусных и полезных блюд из ничего» и бонусом добавлю главу «Десять праздничных блюд из кильки в томатном соусе».
- Будет пользоваться спросом в странах третьего мира.
- Ага, — задумалась я, — или в российской глубинке.
А потом мы вместе сели завтракать. Ну как, сели. Никита усадил меня к себе на колени и никуда не отпускал. Так и пили кофе: я — в нижнем белье и чулках, он — ни в чем.
- Мне кажется, именно так должно начинаться утро понедельника. — прошептала я, немного ерзая у него на коленях, что заставило мужчину напрячься.
- Именно так. — Он поцеловал меня в шею. — И не только понедельника. И не только утро…
После завтрака я заказала такси, которое приехало слишком уж быстро. Быстро собралась и после долгого поцелуя, все-таки отправилась домой. Никите нужно было собираться на работу, а мне предстояло паковать чемоданы и прощаться с Альмерой и Гиви. Я окончательно решила распрощаться с Ригором и перевернуть эту страницу своей жизни.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Уже поднимаясь на лифте к себе, я услышала, как пиликнул смартфон — пришло сообщение. На самом деле сообщений было несколько. Нежные от Никиты (он уже соскучился), и от Оксанки. Подруга писала мне вчера вечером и сегодня вот, тоже «Как прошел вечер?» и куча двусмысленных смайликов. Задержалась ненадолго в подъезде, чтобы ответить «Все ОК. Только что иду домой». И тут же входящий от подруги.
