испытываю сильные эмоции, — а по отношению к тебе их слишком много, — то ткань этого мира, в котором меня, в принципе, не должно быть, начинает меняться. Я позабочусь о вас и уйду отсюда как можно скорее. Меня привела одна загадка, видение. Но если мы с тобой освободимся от ритуалов, то я уверен, что найду ответ. Он где-то рядом.
Сначала он заявил, что может забрать меня, а теперь — что не будет этого делать. Предупреждал, как опасны демоны, но я должна довериться ему и ждать, что он поможет из одной душевной доброты. При этом он вылитый монстр из сказки, почему же мне так хочется верить… Если все случится по его сценарию, то он исчезнет и я его не увижу… Наверное, именно последний аргумент придал мне сил.
— Я тебе не Бекки! Если ты настаиваешь, то произнеси ритуальную фразу и освободись. Отпускать тебя сама я не стану. Поколения и поколения Дэшвудов жили так, и все складывалось хорошо. Просто папе не повезло.
— Упрямая ты женщина, если ты тоже ко мне неравнодушна, то сделай так, как я прошу. Мы оба получим свободу. В противном случае ты превратишься в мою вечную рабыню.
Еще ни разу Феррис при мне не был настолько зол. Да он способен метать молнии прямо через повязку. Но и я не собиралась отступать.
— Так чего же ты ждешь? Боишься ошибки?
— Нет, не Бекки. Просто не нуждаюсь в таком непутевом существе в бессрочном владении. Раз нам не договориться, то проси то, зачем пришла, и проваливай.
Демон обиделся, как настоящий человек. Он завалился обратно в постель и отвернулся в противоположную сторону. Я тоже вела себя непривычно. Кровь во мне бурлила.
— Протяни руки, — приказала я и сама себя испугалась.
Феррис лениво развернулся, и все равно мне удалость его заинтриговать.
— Это еще зачем? — теперь он присел на корточки и по моему тону старался вникнуть, что происходит.
— Маленькая формальность, — я тоже умела быть краткой.
Обхватила кандалы двумя руками. Они раскрыты, он услышит щелчок, когда я застегну,и будет поздно. Я никакая-то бесхребетная амеба. Мышь в ухе беспрерывно верещала. Наверное, чтобы поддержать.
Демон, к моему удивлению, не стал спорить и молча направил ко мне руки ладонями вверх… Скорее всего его доверчивость меня и сломала. Я отшвырнула кандалы в сторону, ухватилась за кисти Ферриса своими скованными руками и впилась в его губы. Я ни чуть не лучше Рози.
Какое-то время ничего не происходило. Я силилась повторить тот поцелуй, который устроила ему утром, но демон застыл, а я, лишенная той неестественной эйфории, казалась себе страшно неуклюжей. Но даже это не мешало мне млеть от радости и страха одновременно.
И вдруг Феррис ответил. Он сжал мои руки в тиски и в одно мгновение завладел ртом. Его язык сметал любое сопротивление, включая мои робкие потуги ответить. Это длилось и длилось до тех пор, пока мы снова не вернулись в его спальню. Мышь смущенно молчала.
Он не желал меня отпускать, и потянул за собой на кровать. Но утро вошло в свои права, за окном в оранжерее переговаривались рабочие.
— Перестань, хватит.
Я уперлась в его грудь, и с тихим ворчанием Феррис сначала выдохнул, а затем откинулся на подушки.
— Ты об этом пожалеешь. Но я пожалею сильнее.
Под его бормотание, которое состояло из одних согласных (опять ругался?), я торопливо пробиралась к выходу. Пока я не выйду, повязка не исчезнет.
— Ну, ты даешь. Он ведь не врал. Ни одного слова лжи, — Мэри обрела дар речи и была полна решимости им воспользоваться.
Глава 36. Зеркало в помаде
Уже заметила, что после магических всплесков мне сложно просыпаться. На первом этаже гомонили сестры. Кажется, Дафна опять повздорила с Мел, а Валери пыталась их помирить, но в итоге разозлила обеих… Я спала. Потом под окном расцвел целый букет грубых ругательств. Железо звонко било о камни. У них там пол-оранжереи под землю провалилось что ли?
Но я спала и убеждала себя, что все эти звуки не имели никакого отношения к действительности. Затем появился Феррис и всех призвал к порядку — и в саду, и в доме. Феррис, он как раз такой… Стоп!
Перед тем, как осторожно открыть глаза, — мало ли, что может поджидать меня на яву — я попробовала убедить себя, что история с кандалами мне приснилась. Ну, не могла я совершить такую глупость.
Мышь сидела на своем обычном месте на комоде и доедала крекер. При этом посматривала на меня настолько многозначительно, что последние робкие надежды тут же испарились. Ребекка Дэшвуд, без одной минуты падшая женщина, вместо того чтобы взять демона под контроль, предложила ему себя.
Я отвернулась от Мэри и принялась рассматривать потолок.
— Это все овременное озпитание, — доверительно сообщила мышинда, неистово работая челюстями. — Евочкам надо объяснять, что их интерес к анчикам не сводится к вопросу, как ройти в библиотеку. Иначе олучается, как у вас, — сюрприз натуральный! И страсть, и слезы.
Неужели все настолько плохо? Если память еще при мне, то дальше поцелуев мы не зашли. Демон даже не прикасался к моей одежде.
— Не пугай меня, — глухо попросила я. — Кандалы были исключительно твоей идеей.
— Я своих деточек как учу? Всегда действуем по ситуации. Показался человек — бежим врассыпную. Но когда на кухню вышел кот, то человека бояться нет смысла. Спасаемся от кота.
Я попробовала переложить мышиные нравоучения на человеческий лад. И все равно запуталась.
— По порядку, пожалуйста. Как только я приблизилась к нему в качестве хозяйки, нас затянуло за пределы Аламеньи.
— Какое-то пограничное измерение, — мышинда справилась с крекером и говорила более-менее внятно. — Если бы ваши родственники держали в доме книги по оккультизму, то я была бы образованной. Незаменимым помощником. Но у вас сплошь поваренные книги или записки из путешествий. Мы, мыши, воспринимаем знания желудком.
Если Мэри не останавливать, она будет рассуждать только о еде.
— Перестань! Можешь внятно сказать, что случилось?
— Так все же очевидно. Ему вручили подарок, он должен был его отыскать — и раз его наручники на вас, то понятно, кого он ищет. Параллельно вы вызывали демона, а он в это время искал ключики в ваш мир. Два заклинания сплелись. Бабах. Пять девиц и один демон.
Что-то было в
