Маги воды и их новоиспечённые наёмники под предводительством Ли были уже далеко. Взъярившийся Гомез так просто не успокоился и приказал разыскать их. Я в этот день, на свою удачу, рано утром ушёл на охоту, так что не попал под горячую руку стражи, когда они допрашивали и обыскивали всех подряд. На поиски сепаратистов отправился отряд из двух десятков человек. В лагере ходили слухи о благодатном месте, куда направились беглецы, поэтому взять след оказалось несложно. Однако знание дороги сыграло с преследователями злую шутку: карательный отряд угодил в засаду и после короткого столкновения на половину был перебит. Остальные сдались на милость победителя. Их отпустили, но в лагерь они вернулись в одном нижнем белье. Новый отряд Гомез собрать сразу не мог, не рискуя потерять свою и так неожиданно пошатнувшуюся власть. Его армия насчитывала всего около сотни мечей, была слабо централизована, а боевой дух подорван случившимся. Гомезу пришлось смириться со случившимся и направить все усилия на поддержание порядка в рядах своих подчинённых. Конечно, при этом барон продолжал вынашивать планы мести. Так и было положено начало вражды между Новым и Старым лагерями.
Тем временем, Новый лагерь разрастался. Рудокопы, вдохновившись успехами Ли и тем, что там не нужно работать в шахте, вступали в ряды сторонников генерала. Новоприбывшие использовались для строительства – предстояло много работы. Один из пришедших «скребков» предложил грандиозный проект: построить плотину, чтобы создать заливные поля, на которых можно выращивать рис. Проект был принят – зерновые плохо росли в этих краях, и рис был единственным шансом наладить сельское хозяйство. Рядом было достаточно леса, но для такого масштабного проекта требовалась лесопилка, которую построили на реке неподалеку. Вообще, место было прекрасным с точки зрения водоснабжения: как и около Старого лагеря, рядом протекало две небольших реки. Кроме того, почти со всех сторон лагерь был защищен горами. Плотина требовалась довольно высокая и мощная, потому её строительство растянулось на несколько месяцев. Поля засеяли рисом ещё до того, как все работы были завершены – лагерю катастрофически не хватало продовольствия. Дефицит товаров повлёк за собой три следствия. Во-первых, охота и собирательство стали основными промыслами. Во-вторых, возникла потребность в торговле со Старым лагерем. Но, главное, продолжились грабежи. Жизненно были необходимы продукты и ресурсы, поэтому наёмники стали организовывать рейды на конвои Гомеза.
Первый налёт был одним из самых эффективных и дерзких. Наёмники захватили всю партию товаров, пришедшую из внешнего мира во время обмена. В их руки попал едва ли не месячный запас продовольствия, а также много другого полезного снаряжения. Добычи было столько, что всё не смогли унести. В качестве грузчиков использовали пленных рудокопов и людей рудного барона, которых застигли врасплох при нападении. Товар перехватили возле барьера на перевале, так что в замке не сразу узнали о произошедшем. Но когда стало ясно, что партия задерживается, барон заподозрил неладное и выслал к площади обмена отряд солдат. Всё, что не удалось унести за один раз, пришлось бросить, однако и того, что захватили, было достаточно. Эта триумфальная победа невероятно подняла боевой дух сторонников магов воды и привлекла ещё больше поселенцев в Новый лагерь.
Произошедшее стало для Гомеза очередной пощёчиной, и он решил послать карательную экспедицию, снарядив в этот раз почти всех своих людей. Однако на входе в Новый лагерь его постигло разочарование – дорогу преграждал добротный частокол, возведённый в узком месте между скал. На стене стояли лучники, готовые открыть огонь. Люди Гомеза не захотели рисковать и идти на штурм, да он и сам понимал, что атака захлебнётся. В новом лагере было уже довольно много людей, и наёмники магов воды были неплохо вооружены. Многие из них были весьма крепкими ребятами и предпочитали использовать двуручные топоры. Кроме того, в лагере оказался умелец, смыслящий в изготовлении луков и стрел. Всё это время он провёл за работой и благодаря этому практически у каждого защитника был лук. Конечно, наспех слаженные самодельные луки были не так хороши, как мой, однако на ближней дистанции они были грозным оружием. Гомезу пришлось отступить, тактика Ли оказалась безупречна – она позволила избежать битвы.
Однако барон учёл свои ошибки и на горном перевале возле площади обмена построили стену с воротами. Место там было идеальное, и пара человек с арбалетами могла оборонять это укрепление от нескольких десятков – все нападающие были бы на виду, в узком ущелье между горами. С тех пор перевал стал неприступен, а караваны с поставками сопровождались несколькими десятками стражников. Это помогло – наёмники из Нового лагеря больше не предпринимали попыток отбить поставки. Тем не менее, налёты на этом не окончились. Было еще одно уязвимое место в устройстве Старого лагеря – шахта. Как я говорил, она находилась в паре километров от замка, который был построен так, чтобы доминировать над центральной частью колонии, а не обеспечивать защиту шахты. Поэтому каждый день шахтёры преодолевали путь из рудников в лагерь и обратно. Многие оставались ночевать прямо в шахте или рядом с ней. Сам вход в копи был неплохо защищен – окружён небольшим деревянным острогом. Правда, его слабо охраняли, ввиду ненадобности. До революции он использовался для предотвращения бегства заключённых, а не для защиты шахты.
Основная угроза таилась в тоннелях – ползуны. Все силы были брошены на внутреннюю, а не наружную охрану рудника. Этим пользовались люди из Нового лагеря, время от времени перехватывая поставки продовольствия и припасов в шахту, а иногда даже и груз руды из неё. Гомез усилил охрану, а руду стали перевозить только большими партиями, но иногда конвои всё равно попадали в искусно подстроенные засады. Часто дело оканчивалось даже без кровопролития – стражникам ничего не оставалось, кроме как сдаться. Но с каждым разом организовать налёт становилось всё сложней.
Вскоре к Новому лагерю стали прибиваться всякие сомнительные личности, привыкшие зарабатывать воровством и обманом. Их не брали в наёмники – Роберт Ли не собирался терпеть вокруг себя всякий сброд, но для лагеря нужны были люди и поэтому никого не выгоняли. Ли и его ближайшие соратники теперь стали элитой лагеря. Они имели лучшее вооружение и занимались защитой магов воды от нахлынувшего потока людей. Фактически они были в том же положении, что и люди Гомеза в Старом лагере. Но были и принципиальные
