Отсюда, кстати, и кличка Кинслета, от его манеры давать задания. «Догуляй до тех ориентиров, может, что полезное найдётся».
Когда-то эта артель была вполне полезной для города, но под ним скатилась к криминалу. Часть работяг всё ещё занималась добычей, а верхушка, доверенные люди босса, навязывали защиту, отжимали собственность и загоняли в долги. Не гнушались и убийствами, кстати.
На чём Догуляй поднялся, завёл связи с Советом Координаторов, и сумел выбить себе билет на переселение. Через меня! Подвинув того, кто должен уйти по очереди. Вот уж действительно, гребанная политика!
— У тебя есть предложения какие-то? — спросил я Эрику.
— Да какие могут быть предложения? — возмущённо ответила она. — Ты что, встанешь в позу и откажешься его принимать?
— Нет, конечно…
То есть, в теории я мог бы так поступить. Более того, некоторые Кочевники, как я знал, делали подобное и не раз. Хорошим это не заканчивалось, как правило, эти проводники потом вообще пропадали со связи, строя лишь свою жизнь и забыв о других.
Я до такого опускаться не хотел. Всё-таки если тебя послали вытаскивать своих земляков, последнее, что следует делать — это выбирать, кто из них достойнее. Так и до комплекса бога недолго.
— Я просто хотела тебя предупредить. Чтобы у тебя были время и возможность…
Последнюю фразу она не закончила, но я прекрасно понял, что она хотела сказать. «Чтобы у тебя была возможность найти ему тело похуже». Точнее, даже не так. Тело, которое не будет представлять для тебя опасности.
— Эрика, он будет тут один. В теле простолюдина. Тебе не стоит за меня волноваться.
— Зная эту крысу, я не удивлюсь, если следом за ним отправят и его ближайших дружков!
Это… было возможно. Да уж. Ленов — умирающий города, пронизанный коррупцией, как метастазами рака. Одна надежда — Координационный Совет. Он делает всё, чтобы Исход не превратился в давку сильных и игнорированием слабых. Люди, его составляющие, даже добровольно отказались от перехода, чтобы не создавать прецедента. Но возможности их всё равно были сильно ограничены.
В моём мире осталось всего четыре города. Мостан, Андрил, Джассан и мой Ленов. Был ещё Неблин… давно. Но с ним уже много лет нет связи, а через пустоши никто до других городов не добрался. Скорее всего, системы поддержки купола исчерпали последнюю батарею, и город пал.
Из оставшихся Мостан был самым богатым — по сравнению с другими, конечно. Когда-то он являлся крупным промышленным центром целого государства, благодаря чему смог сохранить больше технологий и возможностей. Говорят, там люди до сих пор не голодают, а энергии в системах жизнеобеспечения города с избытком хватит до того момента, когда Лист сорвётся с Ветви и полетит в Ничто.
Также по рассказам, там царит почти армейский порядок — ещё бы, военная республика, как она есть! А ещё они активно заселяют мир, от которого мы решили отказаться. Тот самый, где война на тотальное уничтожение начнётся почти гарантированно. То ли хотят её возглавить, то ли предотвратить. По крайней мере, в Денос они не лезут — и на том спасибо!
Андрил на втором месте по технологиям и населению, но на первом по сохранённым данным прошлого нашего мира. Наукоград, фактически. Это преимущество возникло не случайно — до Увядания он был крупнейшим в мире университетом.
Правит там Учёный Совет, который решил заселять сразу несколько соседних миров. Ну, что тут скажешь — могут себе позволить. Кочевников у них традиционно больше, чем в других человеческих анклавах. Претендуют они и на Денос, кстати, но больше по остаточному принципу и акцентируясь на Западном Полушарии. Почему так? Да потому что учёные мужи банально не могут между собой договориться. В итоге каждый Декан поддерживает свой проект. И у каждого — своя цель.
Про Джассан известно мало даже Андрилу. Про остальных и говорить нечего. Из достоверной информации: правит там духовенство, Маяки и Кочевники имеют сан священства, узколобы, фанатичны, жестоки. Куда переселяются неизвестно, какие цели преследуют тоже. Раз в год выходят на связь и сообщают, что ещё живы.
Ну и мы, Ленов. Когда-то это был крупный торговый город, расположенный на пересечении множества путей. В итоге стал настоящим раем для контрабандистов. Там ценят только отношения товар-деньги и не считают грехом обмануть доверчивого дурака. Но после Увядания именно в Ленове, почему-то, появились такие люди, как Координаторы. Умудрившиеся волшебным образом навести порядок в этой вольнице.
Что ещё про него сказать? Куполу осталось лет сто пятьдесят по самым оптимистичным прогнозам. Впрочем, это никого особо не пугает — миру может прийти конец и до этого срока.
Понятно, почему меня перестановки в очереди не удивили? И то, что вслед за Догуляем могут прийти его дружки? Это Ленов, там такое в порядке вещей!
— Я буду настороже. — заверил я подругу. — Если до этого дойдёт, я сдам его спецслужбам. Ничего он сделать не сможет. Ни один, ни с помощниками. Но, спасибо, что предупредила. У тебя есть ещё что мне сказать?
— Только это.
— Тогда до завтрашнего сеанса, Маяк. Посмотрим, как пойдёт. Но если мои расчёты верны, то очередь я смогу быстро продвинуть.
— Хорошо бы. До завтра, Кочевник.
Глава 35
После уроков — хочешь или не хочешь — пришлось топать на школьный стадион. К тому моменту, когда подошёл, команда уже была в сборе. И все девять человек, включая моего злейшего друга Михаила Алалыкина, уставились на меня с удивлением.
Но если семь из девяти шапочно знакомых парней из параллельных классов просто были в недоумении — раньше я не давал повода заподозрить себя в любви к магоспорту, то неугомонный баронет со своим миньоном, Кузьмин тоже был в команде, ещё и глазом дёргал. От неожиданности, наверное.
Справившись с первым шоком, он быстрым шагом двинулся ко мне.
— Какого… ты тут делаешь, Брюс? — негромко, но очень зло, произнёс он.
— Вашими стараниями, Михаил, — с ангельской улыбкой ответил я. И, не прекращая движения, обогнул недруга, приблизился к остальным сокомандникам. — Привет, парни. Такое дело, я теперь с вами.
Конфликтовать на глазах у кучи свидетелей не хотелось. Да и просто не хотелось — надоел он мне. Настроение было не самым лучшим, после вчерашней связи с Маяком всё ещё немного болела голова. Ну и плотность событий моей жизни за последние дни сделали так, что я уже не воспринимал грызню с заносчивым Алалыкиным, как что-то забавное.
— Ром, а Брюсы же по земле, да? — уточнил Кирилл Васильев из «вэшек». — Круто, слушай! Нам бы пригодился «стражник» с землёй, а то Костяна-то выбили…
Полноценного разговора не вышло, так как появился тренер, и все сразу повернулись к нему.
— Команда, внимание! — крепкий мужчина в спортивном костюме, со свистком на шее и кепкой с длинным козырьком на голове, привлёк внимание собравшимся громким голосом. Звали его, как я знал, Андрей Дмитриевич Смирнов. — У нас пополнение на замену выбывшему Косте Воронову. Полагаю, вы все друг с другом знакомы, но всё равно представлю. Роман Брюс, с сегодняшнего дня член запасного состава команды «Клязьминские волки». Рома, общее представление об игре есть?
Я подавил смешок. Администрация школы прямо на высоте. В своём педагогическом угаре они запихали в сборную (да, в запасной состав, но всё же!) человека, про которого даже тренер не знал, сумеет ли он играть или нет. На что, интересно, расчёт был? Ещё и свои вопросы решало — замена выбывшему, надо же!
— В общих чертах, Андрей Дмитриевич, — тем не менее ответил я серьёзно. — Пять участников с каждой стороны, мяч и две крепости. Правила читал.
Крепостями в киле назывались ворота. Именно туда нужно было занести или забросить мяч. «Стражники» — защита, «засадники» — полузащита и «витязи» — нападение. Вратарей в игре не было, эта функция частично лежала на «страже».
— Ну хоть так, — тренер не выглядел расстроенным оттого, что ему всучили неумеху. Подозреваю потому, что от школьной сборной он и не ждал никаких результатов. — По ходу разберёшься. Переодевайся и выходи на поле.
