существ, живущих миллионы лет и изменения происходят крайне медленно.
— Видимо, мы попали как раз в ту ситуацию, когда было принято решение попробовать что-то новое, — просто ответил я. — По крайней мере, именно так мне сейчас видится всё происходящее. До Великой Охоты ещё около двух тысяч лет. Этого достаточно на отработку нового сценария и принятие решения о дальнейших действиях. На мой взгляд, катализатором стало необычное использование человечеством принципов работы кристаллоидов. Вместо того, чтобы подчиниться высшему разуму, люди разобрали его на части и поставили себе на службу. И даже переформатировали привычный алгоритм работы этих созданий с помощью сознания своего вида. Нас.
— А потом был ряд попыток выйти на контакт с представителями корпуса, — задумчиво произнес Гефест. — Выбирали только боевиков и отличившихся в ходе первой войны. Аякс и Гектор считались практически равными по силе тебе. Борей был слабее и его проверили первым. Это только те, о ком мы точно знаем.
— А когда ничего не получилось, решили изменить подход и отправить меня в свободное плавание, — добавил я. Сенсоры Левиафана уже фиксировали открытие мембраны на ближайшей ангарной полости космического ретранслятора. Разум судна доложил, что через десять минут мы будем на месте.
— Это не имеет смысла, — покачал головой Дмитрий. — Слишком много случайных факторов. Невозможно удаленно отследить все процессы и своевременно принять верное решение. Вы могли погибнуть на любом этапе ещё до модернизации, Вячеслав Васильевич. Это могло нарушить всю структуру плана, потому что полноценной замены у Сеятелей не было.
— Это не совсем так, — произнес я. — Если посмотреть на текущий состав нашего корпуса, то становится понятно, что противник рассматривал разные варианты. Геката обладает схожими со мной возможностями по оперированию энергией. Гефест может использовать дополнительные инструменты, чтобы компенсировать особенности работы энергосистемы своего тела. Как видите, Сеятели неплохо подготовились. И один из запасных вариантов был использован, как только возникла угроза потери основного подопытного. Как вышло, что вы решились на модернизацию до моего возвращения, Настя?
— Это было спонтанное решение, — ответила девушка. — Мы рассматривали разные варианты и пришли к выводу, что я нахожусь в оптимальном состоянии для эксперимента.
— И ничего не натолкнуло тебя на мысль начать подготовку к этому опасному мероприятию? — с интересом спросил я.
— Нет, — покачала головой девушка. — У меня же не было доступа к сети и никаких личных контактов. Так и сидела у себя в каюте. Разве что…
Геката замолчала и удивленно посмотрела на меня. Я видел, что она пытается найти другое объяснение, но у неё явно ничего не получалось.
— Могу попробовать угадать, — предложил я. — К тебе кто-то зашёл в гости и сказал, что сильно беспокоится по какому-то вопросу. Что люди могут окончательно исчезнуть, если ничего не предпринять прямо сейчас.
— Не совсем так, но очень близко, — кивнула Настя.
Мы направились к переходной кишке, которая соединяла станцию и Левиафан. Судно было настолько огромным, что перекрывало большую часть орбитальной станции. По пути все молчали, обдумывая мои слова.
— Удаленный контроль не нужен, если представитель Сеятелей постоянно находится рядом, — хмуро произнес Юра. — А он был не просто рядом. Он стал главным во всех важнейших процессах и структурах. Без него мы бы и близко не добрались до текущей точки. Дерьмо, как же так?
Наша группа миновала переход и вышла в ангарную полость. В ней было совершенно пусто. Только у дальнего выхода стояла одинокая мальчишеская фигура.
— Привет, — подойдя ближе к Ерме, произнес я. — Как дела?
— Были значительно лучше до того, как ты прислал мне своё сообщение, — бледно улыбнулся мальчишка.
Глава 14
Это был вполне ожидаемый ответ. Далеко не каждый день тебе говорят, что ты предатель своей расы, который только и ждет того, чтобы сделать своё грязное дело. Разумеется, ничего подобного я мальчишке не писал, но он был достаточно умен, чтобы сделать выводы самостоятельно. А может и чего-то сверху ещё надумать.
— Получилось что-то узнать? — спросил я.
— Пока нет, Ахилл, — ответил Ерма. Он стоял максимально вытянувшись и не отрывал от меня взгляд, словно ждал когда я его казню. Во взгляде пацана были только обреченность и принятие своей участи. — Я честно стараюсь, но дальше Аркадии дело не идет. Пробовал зайти с другой стороны и сломать блок, но ничего не выходит.
— Тогда давай попробуем вместе, — предложил я. — А Дима тебе поможет сфокусироваться на нужном участке памяти.
— Разумно ли это? — спросил Гефест. Генерал старался не смотреть на Ерму, словно того теперь не существовало. Я чувствовал кипевшие внутри Юры гнев и разочарование. Он крайне редко подпускал других людей к себе настолько близко, как случилось с парнишкой, чтобы потом не сожалеть об их ошибках. А Ерма стал его полноценным учеником. Практически сыном. Поверить в предательство мальчишки Юре было крайне трудно и больно. — Может быть стоит закрыть вопрос сразу?
— Нет, — коротко ответил я. — Сложность ситуации заключается не только в том, что Ерма принадлежит расе Сеятелей. На данный момент это всего лишь условность. Можно провести все необходимые тесты и мы убедимся, что парень по-прежнему верен нашей расе. Более того, я уверен, что он сделал всё возможное, чтобы изолировать себя от внешнего влияния и никому не причинить вреда. Ведь так?
Я внимательно посмотрел на пацана и тот твердо кивнул. Говорил я это скорее для остальных присутствующих, потому что сам четко видел, что у Ермы не осталось никаких связей с нашей глобальной сетью. Он даже устройства удаленного доступа все снял. Тело мальчишки кричало о том, что он находится в состоянии крайнего ужаса. И я отлично его понимал.
Когда напротив тебя стоит несколько сильнейших представителей человеческой расы, которые запросто могут убить за одно только подозрение в измене. Когда ты сам твердо уверен, что достоин смерти, хотя ничего жуткого и ужасного не делал. Когда от решения текущей проблемы зависит настолько много, что проще действительно умереть, чтобы избавиться от невыносимого давления. Ничего удивительного в состоянии парня не было. Я бы даже сказал, что он делал всё возможное для разрешения возникшего противоречия. И это тоже было немного странно.
— Я уже прошёл все возможные тесты, Ахилл, — ответил Ерма. Он специально говорил только со мной, чтобы не вызывать
