Японские крейсеры и эсминцы пытались как можно быстрее выйти в открытое море, но было поздно. Самолеты и подводные лодки противника не упустили момента. Крейсер «Нака» и эсминцы «Тахикасе», «Фумузуки» и «Оите» затонули сразу по выходе из кораллового кольца. В лагуне пошло на дно более 30 крупных кораблей и много небольших. За два дня было уничтожено около 300 самолетов, потоплены 2 крейсера, 4 эсминца и свыше 200 тысяч тоннажа вспомогательного транспорта. После этого острова Трук, 30 лет находившиеся под властью японцев, перестали приниматься в расчет как военная база. Теперь американцы могли приступить к подготовке для вторжения на Марианские острова. Гибралтар Тихого океана оказался полностью нейтрализованным. Операция «Хилстон» зачеркнула ценность Трука как военной базы, а оборонный потенциал этих островов так и не был восстановлен Японией, тем более что лагуна Трука в течение последующих месяцев все еще продолжала оставаться целью для налетов американской авиации. К концу войны, в 1945 г., на дне живописной лагуны покоилось более 60 кораблей, не считая тех, что нашли свой конец на мелях и коралловых рифах.
Словоохотливый командир умолк и всерьез занялся своим основным делом — повел самолет на посадку. Сквозь маленький иллюминатор воздушного корабля немного увидишь, но на последнем повороте к посадочной полосе я очень ясно разглядел крошечные фигурки на ней.
Приземление прошло без осложнений. Командир посадил машину спокойно, без толчков. Когда я вышел из самолета, то понял, что окружающий меня в тот момент пейзаж необходимо показывать в каждом фильме о Южных морях. Я увидел пальмы, смеющихся люде с коричневой кожей, кусочек моря цвета синьки и белое кружево пены, обозначающее рифы. Было жарковато но естественная вентиляция — слабо веющий пассат — мгновенно будила желание остаться здесь как можно дольше. Правда, недоставало лишь звука укулеле и нескольких длинноногих полунагих девушек.
Вместо сладкой музыки я услышал плач двух подростков, которых тащил за уши молодой человек в форменной рубашке. Оказалось, что из окна иллюминатора я видел людей на посадочной полосе. Это были дети, а с ними несколько свинок и кур. Как видно, вся компания жаждала посмотреть на самолет вблизи: ведь посадка — всегда событие. Этих ребят с полосы прогонял рассерженный чиновник. Он громко кричал на детей, и из его слов я понял, что местные поклонники авиации уже не первый раз оказываются на взлетной полосе во время посадки рейсовых самолетов.
В тени, под крылом самолета, я спокойно ждал, когда появятся мои чемоданы, затерявшиеся в багажном трюме. В этом райском уголке реактивный самолет выглядел незваным гостем, который случайно приземлился на коралловом рифе. Этот прилепленный к острову Моэн аэродром поднимался над водой сантиметров на 20–30. Только теперь я понял, зачем покрыты тефлоном два бело-оранжевых «Боинга-727», которыми пользуется «Эйр Микронезия»: на таких аэродромах на самолеты постоянно попадают брызги соленых волн и без предохранительного покрытия жизнь машин стала бы слишком короткой.
Тефлон, поросята, детишки, рифы, призраки затонувших кораблей, Кубари, пассат — и среди всего этого я. Все это было похоже на истинно тропический коктейль с неповторимым привкусом.
Приятно сознавать, что я, стоящий под крылом самолета, покрытого тефлоном и похожего на блестящую сковородку, по всей вероятности, второй поляк, попавший сюда после Кубари. «Острова Рук в Тихом океане» — вот название статьи Кубари, опубликованной в 1882 г. в «Тыгоднике иллюстрованом». В ней заключалась часть наблюдений, которые наш великий земляк провел в течение 17-месячного пребывания на этих островах в 1878–1879 гг.[17].
Я поселился в отеле «Марамор». Оборудованный в местном стиле, удобный и недорогой, он во всех отношениях подходил мне значительно больше, чем стандартный роскошный отель «Трук Континенталь», построенный в красивой, но отдаленной части острова. Кроме того, в «Мараморе» были куда более интересные постояльцы, которые не любят скоростного автобусного туризма. Я подружился с двумя американскими студентами, которые жили за стеной и оказались заядлыми любителями подводного плавания. У них был целый склад «оборудования» — ласты, баллоны, лампы, маски, редукторы и т. п. Они мечтали осмотреть как можно больше судов, затонувших 30 лет назад.
Уже на следующий день после моего визита в администрацию дистрикта выяснилось, что я смогу войти в компанию с Биллом и Родни. Милые люди из правительственных бараков на Сайпане, оказывается, дали знать о моей скромной персоне сюда, на Моэн (остров-резиденция властей дистрикта). Поэтому со мной встретился мистер Эрмее Сиалес и ни мало ни много предоставил на целый день лодку в полное мое распоряжение, а также машину, чтобы я мог объехать столичный островок. Я сразу же подумал о моих молодых друзьях. На следующий день у них была лодка, а у меня акваланг, с которым я научился обращаться еще на Кэрибском море. Конечно, я понимал, что не могу сравниться с тренированными молодыми людьми в искусстве свободного плавания на глубине, но все же надеялся, что хотя бы брошу взгляд сверху на какое-нибудь затонувшее судно.
Военный транспортный самолет на маленьком острове Трук
В небольшом, но очень неплохо оснащенном порту острова нас ожидала лодка с симпатичным шкипером. Мы сообща долго обсуждали маршрут путешествия. Наконец остановились на поездке к островам Фефан и Дублон. Оба эти острова находятся на расстоянии 20 миль от Моэна; где-то поблизости — остов затонувшего большого транспорта, легкодоступный для аквалангистов. Студенты сияли, я тоже был доволен, ведь Фефан — остров, на котором долгое время работал Кубари.
Лазурная могила
Мы отправились в плавание на Фефан и Дублон. Жара спала, теплый ветер ласкал нас, а прохладные волны разбивались о борт лодки. Наш шкипер Джо оказался профессиональным рассказчиком. Видневшийся вдали остров Удот он представил нам как «Остров любви», затем сообщил, что Фефан во времена японской оккупации носил название «Аки Сима», что означает «Осень», а Дублон величали «Летом». Джо было известно также, что в 1942 г. здесь стоял на якоре «Ямато». Он пустился в воспоминания о сильных тайфунах, которые случаются в этих местах. Затем прочитал лекцию о рыбах и таинственных чудовищах, которые якобы водятся в водах лагуны. В последнее мы не очень-то поверили. Родни и Билл буквально разинув рот слушали о том, что находится на затонувших кораблях. Плутишка Джо говорил о чем угодно, только не о том, куда нас везет и какой корабль решил показать.
