ты о нем не забыл?
У Лифаня немного отлегло от сердца. С велосипедом, похоже, все в порядке.
– Вы его передвинули?
– Велосипед приходит в негодность, даже если на нем не ездишь. Твой брат каждый год за ним ухаживает.
– Каждый год?
Сестра бросила взгляд на настенные часы.
– Ищи его на заднем дворе. Все, не мешай, у меня еще полно дел! – Она воткнула штекер в розетку, и пылесос снова загудел на всю гостиную.
Лифань отправился на задний двор, как сказала сестра. Брат действительно оказался за домом, он аккуратно чистил велосипед при тусклом мерцании уличных фонарей. Неподалеку на деревянном стульчике у цветочной клумбы стояла музыкальная колонка, которая наигрывала веселенькую мелодию. Братец изредка мурлыкал себе под нос слова песни, а если что-то забывал – просто пританцовывал в такт музыке. Выглядело это довольно мило. Сложно сказать, куда уходила большая часть энергии брата: на пляски или обслуживание велосипеда.
Брат целыми днями только и горланил о «девчонках». Сколько девушек захотело бы знаться с таким типом?
Лифань приблизился к брату и сел на корточки рядом.
– Ой! Ты вернулся…
Лифань кивнул. Он оглядел велосипед – брат натер его до блеска.
– Если что – катайся на здоровье.
В любом случае самому Лифаню велосипед был уже не нужен. Он собрался сказать об этом брату, но слова отказывались выходить наружу.
Лифань еще сам не определился, сядет ли когда-нибудь снова за руль. После того сна с У Цзяньсюном в нем проснулся давно позабытый азарт велосипедиста. Странно получалось: казалось бы, он решительно отказывал себе в некогда любимом хобби, но все равно каждый день, выходя из дома, бросал взгляд на кучу хлама у двери.
Лифань всегда чувствовал некоторую неловкость из-за того, что запихнул вещь, с которой когда-то ни на миг не расставался, в груду барахла.
Брат отозвался:
– А мне-то он к чему? У меня и свой велосипед имеется!
– Так мой же получше будет, он же гоночный.
– Лифань, я тебе помогаю чистить велик не для того, чтобы отобрать его у тебя.
– …
– У ситуации с велосипедом и Сывэнем есть кое-что общее с девчонками. Представь, что тебе приглянулась какая-то девушка. Но ты раньше обидел не одну девушку, да и тебя самого девушки обижали. Вот ты решаешь вообще не встречаться с девчонками. И это плохо… Ты так бежишь от проблемы, а бегать от проблем – не дело.
Интересное сравнение: девчонки против велосипеда и Сывэня…
– Мне кажется, что стоит просто сходить и извиниться. Пускай тебя за это по головке не погладят. Но если что-то можно исправить – правильнее это сделать. Надо закрыть эту тему и начать с чистого листа. Вот как поступают… реальные пацаны!
На этих словах брат попытался поиграть бицепсами, чтобы продемонстрировать, как выглядят «реальные пацаны». Получилось не особо удачно, ведь у этой тощей мартышки выдающихся мышц не наблюдалось.
Но стоило признать, что даже такой «юморист», как брат, мог иногда выдать что-то дельное. Лифань предпочитал держать свое сердце закрытым, но братец все понял по его глазам.
Впрочем, нравоучения сразу иссякли. У брата на лице тут же сверкнула озорная улыбочка:
– Хы-хы-хы, метафорка, конечно, никудышная! Сестре ни в коем случае не рассказывай, а то она будет издеваться надо мной три дня и три ночи!
– Долго думал над этой мудрой мыслью? – язвительно отозвался Лифань.
– Она сама ко мне пришла! Ха-ха… В любом случае прислушайся к ней. Если ты когда-нибудь решишься снова сесть на велосипед – у меня для тебя все готово! Сам посмотри! – И брат продолжил натирать тряпочкой велосипед, который и так уже блестел как новенький. – Не хотелось бы, чтобы все мои усилия пропали зря!
* * *
Лифань отыскал расписание занятий первого курса отделения, на котором учился Сывэнь. Оставалось разобраться, когда и где можно найти его.
У Сывэня в восемь тридцать утра в пятницу стояла одна пара. Занятия заканчивались в десять тридцать. Вот он – лучший шанс поговорить.
Лифань морально настроился на встречу. В самом худшем случае все закончится ссорой и разрывом навек. Если они пообщаются, то по крайней мере он извинится перед Сывэнем. Пусть тот попросит его сделать (или не сделать) что угодно – Лифань готов из кожи вон вылезти, чтобы выполнить его пожелания.
Лифань бродил по коридору перед аудиторией. Занятие немного затянулось и закончилось только в десять сорок. Студенты высыпали из комнаты, и Лифань увидел, что в помещении остался один Сывэнь. Тот с трудом поднялся, покинул аудиторию и, хромая, пошел к главному выходу.
Лифань хотел окликнуть Сывэня, но его опередили.
– Сяовэнь! Мы же договаривались, что я за тобой зайду!
– Да ладно тебе, я сам справлюсь.
Мама Сывэня помогла сыну добраться до выхода из здания, где их уже поджидал, как и в прошлый раз, красный автомобиль. Похоже, мать каждый день привозила и встречала сына с занятий, чтобы тот не перетруждал себя.
И все это – из-за Лифаня? Из-за того, что он как-то съездил в гости к Сывэню, предложил, расшалившись, погонять на велосипедах и потом вовремя не пришел другу на помощь? Он лишил Сывэня возможности нормально передвигаться и вынудил родных друга каждый день заботиться о нем?
Как только Лифань увидел маму Сывэня и вспомнил все неприятное, что она ему наговорила после аварии, желание извиниться перед другом бесследно испарилось.
Лифань отступил назад, собираясь воспользоваться тем, что его еще никто не заметил, и тихонько исчезнуть в глубине коридора.
А если лучшее, что он может сделать, – это оставить их в покое? К чему ворошить болезненные воспоминания? Лифань растерялся. Почему так важно извиниться? Ради того, чтобы помочь Сывэню? Или чтобы полегчало самому Лифаню? Вот оно – себялюбие: когда бередишь старые раны другому человеку, чтобы сделать лучше себе!
– Что ты здесь делаешь? – Перед Лифанем вдруг выросли две громадные тени.
Сестра с братом возникли из ниоткуда.
– А вы…
Сестра заметила:
– Что «а вы»? Мы тоже здесь учимся, где нам еще быть?
Брат обхватил его за шею, словно ему не терпелось задать Лифаню хорошую взбучку, чтобы тот соображал яснее.
– Созрел наконец-то? Решился? Мужик ты или нет? Мы же вроде бы с тобой уже все обсудили с глазу на глаз…
Естественно, Лифань все это им просто так спустить не мог. Мальчиком для битья он точно быть не собирался. Лифань начал сопротивляться, пытаясь вырваться из объятий брата. В результате оба потеряли равновесие и вместе упали на пол. Схватка продолжилась на полу.
– Что это вы там обсуждали? Эй, Чжичжун, Лифань! Что
