сменяется улыбкой. Она быстро проходит к столику и садится напротив меня.
— Прости за опоздание. — Она шевелит пальцами, демонстрируя ярко-красный лак на ногтях. — Сегодня утром я решила сходить в спа-салон.
— Полагаю, это важнее, чем встретиться со мной, чтобы обсудить вопрос о Мейсоне.
— Я опоздала всего на пятнадцать минут.
— На двадцать.
— Я извинилась.
— Что ни хрена не значит, если исходит от тебя.
— Я никогда не буду достаточно хороша в твоих глазах.
— Ты права, не будешь, но эта встреча не для нас с тобой. Для нас уже слишком поздно. Если ты действительно изменила свой эгоистичный образ жизни, я готов разрешить встречи с Мейсоном.
— Ты не представляешь, как ты меня сейчас осчастливил. — Она сжимает руки в волнении.
— Как долго планируешь оставаться в Орландо?
— После обеда я встречаюсь с риэлтором, чтобы найти постоянное место жительства. Я хочу быть поближе к Мейсону.
Намерения у моей матери хорошие, но я не верю, что она сдержит свое слово.
— Я даю тебе эту возможность только один раз. Если ты упустишь ее, то это конец. Не появляйся через много лет, чтобы попросить еще один шанс.
— Большое спасибо, Арт. Я так рада, что ты мне позвонил.
— Твоя благодарность бессмысленна. Если бы не Син, эта встреча никогда бы не состоялась.
— О, я помню, что слышала о ней. Вы вместе?
— Что-то вроде того.
— Ты любишь ее. Я вижу.
— Любовь — чуждое тебе понятие. Ты не знаешь о ней ничего. В любом случае, мы здесь не для того, чтобы обсуждать мою личную жизнь.
— Хорошо, ты прав. Когда я смогу его увидеть?
— Можешь либо подождать выходных, либо увидеться с ним завтра вечером.
— Завтра — это здорово. Я приглашу его на ужин.
— Нет. Ты можешь повидаться с ним у меня дома. Если все пройдет хорошо, то пригласишь его на ужин в среду вечером.
— Хорошо. Я понимаю, нужно смягчить для Мейсона процесс.
— Будь у меня к семи, точно в срок.
— Я приду раньше. Обещаю.
Хотел бы я ей верить.
— Мне нужно, чтобы ты ответила на один вопрос.
— Конечно.
— Кто его отец?
— Это не…
— Отвечай на чертов вопрос, — огрызаюсь я. — Он заслуживает того, чтобы знать.
— Я знаю только имя. — Ее внезапно заинтересовала салфетка, лежащая перед ней, мать слишком смущена, чтобы встретить мой взгляд.
— Прошу прощения?
— Я встретила путешественника в Греции, и у нас случился роман на день или два. Он уехал, не попрощавшись.
— Он никогда не узнает, кто его отец, — вздыхаю я.
Мейсону, наверное, лучше не знать, но он этого не поймет. У него всегда будет пустота внутри, которую может заполнить только присутствие отца. Я могу подтвердить это на собственном опыте. Хотя мой отец иногда был рядом, он никогда не принадлежал мне полностью. Мейсону будет не только тяжело, но он начнет задумываться, есть ли у него братья и сестры. Может быть, стоит попытаться найти этого парня ради Мейсона. Хотя это будет почти невозможно, учитывая, что прошло почти шесть лет, а у моей матери даже не хватило ума спросить его фамилию.
— Мне нужно идти. — Я встаю, достаю несколько купюр из бумажника и бросаю их на стол. — Заказывай все, что хочешь.
— Но ты еще не ел. Я надеялась, что мы сможем наверстать упущенное и поговорить подольше.
— Тогда не стоило опаздывать. — Я направился к выходу, надеясь, что принял лучшее решение для своего брата.
* * *
Внимание Мейсона переключается с видеоигры на меня, когда я вхожу в его спальню.
— Ты выигрываешь? — спрашиваю у него, садясь на кровать рядом.
Я направился в его комнату сразу после приезда домой с намерением рассказать о завтрашнем плане, но теперь не могу заставить себя сделать это. Я боюсь его подвести. Мое детство было наполнено разочарованиями, и я обещал себе, что у него такого не будет.
В детстве моя мама никогда не приходила на футбольные матчи, не предлагала слова поддержки и не утешала меня, если я получал травму. Она относилась ко мне как к рождественскому украшению, признавая только в случае крайней необходимости. После того как она заканчивала демонстрировать меня, я убирался до тех пор, пока не становился снова нужным.
Может ли тигр действительно поменять свои полосы? Я смотрю на фотографию нашей матери, стоящую на его тумбочке рядом с фотографией Коула. Не так давно он попросил ее снимок. Это заняло некоторое время, но я все-таки нашел. Я должен сделать это для него, хотя в душе меня охватывает ужас.
— Нет, я всегда проигрываю. — жалуется Мейсон.
— Нужна практика. Скоро у тебя все получится. — Я глажу его по кудрявой макушке. — Мне нужно поговорить с тобой о чем-то очень важном.
Мейсон, весьма проницательный для своего возраста, улавливает серьезные нотки в моем голосе. Он кладет джойстик на кровать и поворачивается ко мне лицом.
— Я сегодня видел маму.
Его глаза загораются, он вскакивает на ноги на кровати и начинает прыгать.
— Моя мамочка вернулась! Моя мамочка вернулась! Я знал, что она вернется за мной! — кричит он от счастья.
Я беру его за руку и похлопываю по месту рядом с собой.
— Садись, Мейсон.
Он опускается на кровать. Я чувствую, как его крошечное тело вибрирует от возбуждения.
— Где она?
— Она приедет завтра, но…
— Я буду хорошим мальчиком, чтобы она больше никогда меня не бросила.
— Ее уход никак не связан с тобой. Никогда не думай, что это из-за тебя она ушла. Некоторым людям не дано оставаться на одном месте.
Его большие глаза наполняются непролитыми слезами. Это известие эмоционально переполняет моего брата.
— Почему она не взяла меня с собой? — спрашивает он, губы дрожат.
— Ей нужно было побыть одной.
— Но почему?
— У меня нет для тебя ответа.
— Ты можешь сделать так, чтобы она осталась? — Он смотрит на меня с ожиданием, ища подтверждения, что я обеспечу выполнение его просьбы.
— Мне жаль, приятель. Я не могу дать такое обещание.
— А что, если она снова уйдет?
— У тебя все еще буду я.
— А как же Син и Себастьян?
— Они никуда не денутся.
Если Син попытается уйти, я потащу ее обратно — пинками и криками, если придется.
— Мама должна заехать завтра на несколько часов. — Теперь начинается самое сложное. — Мейсон, — говорю я мягко. — Отнесись к тому что я сейчас скажу серьезно, договорились?
— Да, — говорит он решительно.
— Мне важно сказать это, чтобы подготовить тебя. Хорошо?
Он кивает в знак понимания. Ранимость в его глазах убивает меня, и мне неприятно, что я тому причина.
— Иногда все идет
