Разве он сам не вёл себя так, будто я ему никто?" — думала Катя, внимательно наблюдая за ним.
Наконец, Олег заговорил, но его голос был чуть тише, чем обычно:
— Надеюсь, он был хоть интересным собеседником?
— Очень, — спокойно ответила Катя, чувствуя, как её нервы натянуты, словно струна.
Олег откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди. Его взгляд стал холоднее, но он старался сохранять спокойствие.
"Какого чёрта?" — думал он, ощущая, как внутри всё закипает. Он был уверен, что Катя испытывает к нему какие-то чувства, что их связь была чем-то настоящим. И теперь… теперь она говорит, что провела время с каким-то мужчиной, словно это ничего не значит.
— Рад за тебя, — произнёс он, но его голос прозвучал сдержанно.
Катя почувствовала этот холод и растерялась.
— Ты что, ревнуешь? — спросила она, пытаясь добавить шутливую интонацию, но её голос дрогнул.
— А как по-твоему? — парировал он, глядя на неё так, что внутри всё сжалось.
Катя замолчала, не зная, что ответить. Между ними повисло напряжение, которое невозможно было игнорировать.
"Чёрт, кажется, я задела его," — подумала она, но её внутренний голос тут же добавил: "Но он это заслужил."
Олег глубоко вдохнул, но не отвёл взгляда.
— Ладно, Катя, — сказал он, наконец, чуть более лёгким тоном. — Я рад, что ты находишь время для приключений. Это ведь твоё любимое занятие, да?
Его слова прозвучали почти насмешливо, но в глазах читалась боль, которую он старался скрыть.
Катя отвела взгляд, чувствуя, как напряжение между ними стало почти осязаемым. Её сердце билось быстрее, а в голове вихрем кружились мысли: "Почему он так реагирует? Почему ему не всё равно?"
Она сделала глубокий вдох и тихо сказала:
— Он предложил мне помощь. С публикацией моих книг.
Олег напрягся ещё больше. Его руки крепче сжали край стола, а в глазах появилась суровая тень.
— Помощь? — его голос звучал спокойно, но сдержанно, словно он изо всех сил пытался не выплеснуть на неё свои эмоции. — А почему ты не спросила о помощи меня?
Катя замерла. Она не ожидала такого поворота.
— Что? — прошептала она, глядя на него с недоумением.
— Ты слышала, — твёрдо ответил он, его взгляд стал жёстче. — Почему ты не спросила меня?
Внутри неё что-то вспыхнуло. Это был не просто гнев — это было разочарование, обида, которые копились все эти дни.
— Спросила тебя? — резко переспросила Катя, её голос дрогнул, но становился всё громче. — Серьёзно, Олег? Как я могла попросить о помощи в чём-то подобном у едва знакомого мне человека?
Её слова прозвучали неожиданно резко, даже для неё самой. Но она уже не могла остановиться.
— Сначала ты целуешь меня, потом исчезаешь, потом ведёшь себя, как будто ничего не случилось! — продолжила она, её голос начал дрожать от переполняющих эмоций. — А теперь спрашиваешь, почему я не пришла за помощью к тебе? Да ты сам определись, что тебе нужно, Олег!
Олег замолчал, ошеломлённый её вспышкой. На его лице промелькнули одновременно злость и растерянность.
— Катя… — начал он, но она перебила:
— Нет, не Катя! Ты даже не понимаешь, что это всё значит для меня! Для тебя всё — игра, а для меня это… это всё, что у меня есть!
Она встала, отодвинув стул, и быстро схватила сумку, стараясь сдержать слёзы.
— Спасибо за обед, Олег. А теперь извини, я ухожу, пока не наговорила лишнего.
Она резко развернулась и пошла к выходу, не глядя на него. Олег сидел за столом, ошеломлённый её словами. Он смотрел ей вслед, чувствуя, как его собственные эмоции начали выходить из-под контроля.
"Чёрт, Лисицына, да что же ты делаешь…"
Но вместо того чтобы сидеть сложа руки как вчера, он вскочил со стула, оставив всё позади, и бросился следом.
Глава 29: Разговор под зимним небом
Катя резко встала, хватая пальто со спинки стула и быстро натягивая его на ходу. Её пальцы дрожали от гнева и обиды, но она не остановилась ни на секунду."Мне нужно выйти. Мне нужно дышать."
Олег, оставшись за столом, смотрел на неё сжав челюсти. Внутри него бушевал ураган эмоций, но он понимал, что просто отпустить её сейчас — значит потерять всё.
Катя быстрым шагом вышла из кафе, чувствуя, как холодный зимний воздух ударил в лицо. Она замедлилась, пытаясь застегнуть пальто, но её пальцы всё ещё тряслись.
— Чёрт, — пробормотала она, пытаясь справиться с собой.
Но прежде чем она успела сделать ещё пару шагов, Олег уже был рядом. Он бросил на стол несколько купюр и выбежал за ней, не обращая внимания на любопытные взгляды посетителей.
— Катя, стой! — громко окликнул он, догоняя её.
Она не обернулась, ускоряя шаг, но Олег догнал её, мягко, но уверенно взяв за локоть.
— Стой, — повторил он, теперь тише. — Послушай меня.
Катя замерла, но не обернулась, глядя куда-то в сторону. Её дыхание вырывалось облачками пара в холодном воздухе.
— Что? — коротко бросила она, её голос дрожал не столько от холода, сколько от переполняющих эмоций.
Олег обошёл её и встал напротив, заглядывая ей в глаза.
— Мне плевать, что ты сейчас думаешь обо мне. Ты можешь злиться, ненавидеть меня, что угодно. Но я не могу позволить тебе уйти вот так, — твёрдо сказал он.
Катя молчала, её взгляд был упрямым, но в глазах блестели слёзы.
— Зачем ты вышел? — спросила она, наконец, её голос стал чуть тише. — Чтобы сказать ещё что-нибудь обидное? Чтобы доказать, что ты снова прав?
— Нет, — ответил он, и его голос стал мягче. — Я вышел, чтобы сказать тебе правду.
Она вскинула взгляд, впервые посмотрев ему прямо в глаза.
— Правду? И что это за правда, Олег? — её голос дрогнул. — Что ты считаешь меня просто милой Лисичкой, которая может быть твоей игрушкой, когда тебе скучно?
— Нет! — его голос стал громче, но не агрессивным. — Ты серьёзно так думаешь?
Катя молчала, но её глаза говорили за неё. Олег шагнул ближе, пытаясь сдержать эмоции.
— Катя, ты не игрушка. Ты… — он замолчал, будто подбирая слова, и затем продолжил: — Ты человек, который врывается в жизнь как ураган и оставляет след. Ты единственная, кто смог заставить меня думать не только о себе.
Она посмотрела на него, в её глазах читалась неуверенность.
— Но почему тогда ты ведёшь себя так? — прошептала она.
Олег глубоко вдохнул, задерживая взгляд на её лице. Ему казалось, что ещё мгновение, и она уйдёт навсегда. Но он больше не мог молчать.
— Потому что я боюсь, Катя, — сказал он наконец, его голос был хриплым, но
