18 августа. До прибытия «Харона» остался месяц. Интересно, каков он, мой сменщик? И что загнало его сюда?
Сны о Земле продолжаются. Нет. Их следует назвать снами о Карен. Неужели я уже боюсь даже писать ее имя?
20 августа. Еще один корабль. Когда он скрылся из виду, я остался смотреть на звезды и провел в диспетчерской, наверное, несколько часов. Тогда мне казалось, что время пролетело мгновенно.
Здесь очень красиво. Одиноко? Да. Но какое это одиночество! Ты — один в космосе, звезды россыпью сияют у твоих ног, венчают голову.
И каждая из них — солнце! Однако они все равно кажутся мне холодными. Я начинаю дрожать, чувствуя себя крошечной бездомной пылинкой в огромном пространстве Вселенной, пытающейся понять, откуда она взялась и что она означает.
Надеюсь, мой сменщик, кем бы он ни был, сумеет по достоинству оценить эту красоту и величие. Ведь на свете так много людей, которые на такое не способны или просто не хотят сделать над собой усилие. Они ведут ночной образ жизни и никогда не смотрят на звездное небо у них над головой. Надеюсь, мой сменщик не из их числа.
24 августа. Когда я вернусь на Землю, я обязательно постараюсь узнать, как живет Карен. Как же иначе я могу делать вид, что все будет по-другому, если не в состоянии набраться храбрости, чтобы с ней встретиться? Все действительно будет по-другому. Вот почему я должен поговорить с Карен — чтобы доказать себе, что я изменился.
25 августа. Какую чушь я написал вчера! Разве я смогу встретиться с Карен? Что я ей скажу? Я снова начну себя обманывать и в конце концов сгорю дотла. Нет, я не должен видеть Карен. Проклятье, я даже сны о ней переношу с трудом.
30 августа. Последнее время я часто отправляюсь в диспетчерскую и «выхожу» наружу. Кораблей нет. Но я обнаружил, что мои прогулки заставляют тускнеть воспоминания о Земле. Я все больше и больше понимаю, что стану скучать по Церберу. Через год на Земле я буду смотреть в звездное небо и вспоминать сияние звездного кольца.
А еще я никогда не забуду, как смешивались и резвились цвета в воронке, образовавшейся в ткани Вселенной.
Жаль, что я никогда не занимался голограммами. На Земле можно сколотить целое состояние, сняв на пленку эту восхитительную картину. Танцующая пустота! Поразительно, что никому в голову не пришла подобная идея.
Может быть, предложить сделать это своему сменщику? Отличное занятие, чтобы скоротать время, — если ему, конечно, будет интересно. Земля станет богаче, если кто-нибудь привезет туда такую запись.
Я бы и сам ее сделал, будь у меня необходимое оборудование, а времени, чтобы кое-что переделать, уже нет.
4 сентября. Я выхожу наружу каждый день вот уже целую неделю. И больше никаких кошмаров. Только сны о бездонном мраке, расцвеченном яркими красками нуль-пространства.
9 сентября. Продолжаю выходить и наслаждаться красотой Вселенной. Скоро, очень скоро я всего этого лишусь. Навсегда. У меня такое ощущение, что я должен использовать каждую секунду. Мне необходимо запомнить, как здесь все устроено, чтобы сохранить в душе красоту, величие и могущество Цербера и унести их с собой на Землю.
10 сентября. Довольно долго нет кораблей. Неужели все закончилось и я видел последний?
12 сентября. Сегодня корабля не было, но я «вышел» наружу и разбудил генератор, чтобы еще раз послушать рев вихря. Почему я пишу, что он ревет и воет? В космосе нет звуков. Ничего не слышно. Но я смотрю — и он ревет.
Звуки тишины. Но не такие, которые воспевают поэты.
13 сентября. Сегодня я снова наблюдал за воронкой, хотя не было никакого корабля.
Я никогда не делал ничего подобного раньше. Это запрещено, потому что баснословно дорого с точки зрения затрат энергии, а Цербер существует за счет энергии. Так почему?
Я не хочу расставаться с космическим водоворотом. Но мне придется. Скоро.
14 сентября. Идиот, идиот, идиот! Что я делаю? «Харон» прибудет меньше чем через неделю, а я пялюсь на звезды, будто никогда их не видел. Я даже не начал собирать вещи, а я еще должен подчистить все записи для моего сменщика и привести в порядок станцию.
Идиот! Почему я трачу зря время, делая эти записи?
15 сентября. Собираясь, я нашел кое-какие диковинки — вещи, которые пытался спрятать от себя. Например, роман, который написал в первые полгода и считал, что он замечательный. Мне не терпелось поскорее вернуться на Землю, чтобы продать его и стать писателем. Да-да.
Прочитал его через год. Настоящая дрянь.
А еще я нашел фотографию Карен.
16 сентября. Сегодня я взял бутылку виски и стакан с собой в диспетчерскую. Выпил за космический мрак и звезды, и за мою воронку. Я буду по ним скучать.
17 сентября. По моим расчетам, остался один день. Один! А потом я отправлюсь домой, чтобы заново начать жизнь. Если мне хватит смелости ее прожить.
18 сентября. Почти полночь. Никаких признаков «Харо-на». Что случилось?
Скорее всего, ничего. Расписание движения кораблей никогда не было абсолютно точным. Иногда расхождения составляют целую неделю. Так почему я волнуюсь? Проклятье, я и сам опоздал сюда. Интересно, что думал тот несчастный парень, которого я сменил?
20 сентября. Вчера «Харон» тоже не прилетел. Я устал ждать, взял бутылку виски и снова отправился в диспетчерскую. Чтобы выпить еще раз за звезды. И за воронку. Я разбудил ее, заставил полыхать разноцветным пламенем и снова выпил.
У меня набралось много тостов. И бутылка опустела. А сегодня у меня такое ужасное похмелье, что мне кажется, я ни за что не доберусь до Земли живым.
Я вел себя неразумно. Команда «Харона» могла увидеть сияние воронки. Если они на меня настучат, я получу только очень маленькую часть денег из тех, что ждут меня на Земле.
21 сентября. Где «Харон»? Неужели с ним что-то случилось?
Может быть, он не прилетит?
22 сентября. Я снова «вышел» наружу.
Боже, какая красота! Какое одиночество и безграничное пространство: тревожное — вот слово, которое я наконец нашел. Тревожная и не дающая покоя красота. Иногда мне кажется, что я совершу глупость, если улечу отсюда. Я добровольно отказываюсь от вечности ради куска пиццы, постельных утех и ласковых слов.
Нет! Что, черт подери, я пишу! Нет. Я вернусь, конечно же, я вернусь. Мне нужна Земля, я скучаю по Земле, я хочу туда вернуться. И на этот раз все будет иначе.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
