Климат наступавшего, современного субатлантического периода был на 2-3° теплее нынешнего; сравнительно благоприятные природные условия, в сочетании с достижениями металлургии, обмена, трансъевропейских внешних связей способствовали стабильному подъему и процветанию общества. Мощные монументальные насыпи с могилами племенной элиты, многочисленные и дорогие ритуальные клады, наскальные изображения формируют образ культуры с развитым культом мертвых, однако при этом она базировалась на прочном жизнеобеспечении. Социальные различия бесспорны, хотя и не создают видимого внутреннего напряжения. Век за веком, период за периодом укрепляет свои позиции богатый высший класс, весьма вероятна самостоятельная и значительная позиция жречества, низший класс составляли достаточно многочисленные и организованные свободные общинники, вероятно, имелись и рабы. Особым был статус специализированных ремесленников, прежде всего литейщиков. Прагерманский нордический этнос был, видимо, организован в племенные союзы или малые государства, неизвестные нам по именам и названиям, но возглавлявшиеся династиями авторитетных вождей. Большое значение имели религиозно-культовые связи, вероятно замыкавшиеся на почитание богов-покровителей, различавшихся по местностям и по функциям в пантеоне.
Кивик (Kivik) в шведском Сконе, один из крупнейших курганов Скандинавии бронзового века, известен науке с 1748 г. Каменная насыпь диаметром 75 м достигала значительной высоты (сохранившаяся — 3,5 м), в центре был устроен огромный каменный ящик (циста), 3,25 м х 1 мх 1,1 м. Длинные стороны выстроены из квадратных плит, покрытых изображениями симметрично сгруппированных фигур. Курган был в древности разграблен, содержимое неизвестно, реставрирован он в 1932/33 г. В XVIII в. петроглифы стен гробницы Кивика считали изображением римского триумфа в Сконе, позднее — финикийским памятником первых средиземноморских мореплавателей, добиравшихся до Британии, «Оловянных островов» (Кассидерид эллинской традиции). Между тем весь строй этих образов, с многочиленными паралеллями в наскальных петроглифах, безусловно нордический: симметричные «солнечные колеса», два корабля, два топора, две лошади, ритуальная процессия, трубачи с лурами, барабанщики, восемь фигур вокруг котла, люди вокруг лошадей (которых ведут?) и огромной птицеобразной фигуры. Двухколесная боевая колесница напоминает греческие и южноевропейские изображения. Датировка памятника затруднена, но, безусловно, он относится не к раннему, а к среднему или позднему бронзовому веку Скандинавии.
«Холм короля Карла» (Kung Karls backe), Сконе (близ Мальмё), также один из крупнейших исследованных каменных курганов эпохи бронзы, 3 м высоты, 25 м диаметром. Примерно в центре — древнейшая могила, из бревен длиною 1,5 м, перекрытых каменной кладкой, среди остатков кремации на дне могилы найдена двуспиральная фибула и два спиральных перстня ранней эпохи бронзы. Позднее на вершине кургана поставили деревянный гроб 2,8 м и курган был досыпан. В этом верхнем погребении — только сожженые кости.
От Сконе до Уппсалы, распространяясь вдоль побережья, утверждается в Швеции эта нордическая традиция с обилием золота (в аппликациях бронзовых изделий, а позднее и в виде золотых вещей), погребениями могущественных вождей под монументальными курганами. Оружие — по-прежнему длинный бронзовый меч и копье. В типологии, стилистике, орнаментации (циркульным и линейным узором) видно устойчивое датское влияние. Того же круга — единственный в Швеции бронзовый щит (Маск1іа1!е. болотная находка в Халланде).
Весьма показательный артефакт нордического круга бронзы — т. н. «кельты меларского типа», получившие название по первым находкам и, безусловно, производившиеся в долине озера Мелар в Средней Швеции, но распространенные от Финляндии до Урала. Исходные формы этих изделий — лужицкие, общее направление связей: Средняя Европа— Скандинавия — Север Восточной Европы, где по их трассе прослеживается т. н. «аландо-камская труба» древних коммуникаций внутри формирующегося финно-угорского миpa (Talgren 1928). Столь же характерны нордические плоские бритвы со спиральной ручкой или фибулы «борнхольмского типа» с листовидно-ромбической спинкой, типично скандинавские массивные многорядные «воротничковые гривны» (halskragen).
Поздняя бронза, периоды IV-VI нордической культуры в Швеции, характеризуется последовательным распространением, а затем господством сожжений. Вторичные захоронения урн и остатков кремации помещаются в старых курганах и каменных насыпях или под низкими земляными насыпями, которые, в конечном счете, сменяются классическими грунтовыми «полями погребений». Об устойчивости общественной структуры при этой смене обряда свидетельствует рост западноевропейского импорта: привозные бронзовые сосуды, золотые чаши из Boberg и Mjovik (Халланд и Блекинге). Если в Дании найдено около 40 золотых сосудов, в Швеции известны всего два, южного проихождения (исходный адрес этого импорта возможен вплоть до Италии), в Германии — 20 таких сосудов (клад Эберсвальде), по происхождению, скорее всего, все они среднеевропейские, хотя в древностях Европы и неизвестны такие «сосуды нордического типа». Не исключено, что уже в эту эпоху чужеземные мастера работали «на заказ» северной знати, сообразуясь с ее вкусами и стилистическими требованиями, как примерно в эти же столетия греческие ремесленники работали для кельтов (серебряный кратер из Викса во Франции) или скифов Северного Причерноморья (классические курганы «Царской Скифии» Чертомлык, Солоха и др. с «золотом скифских царей» и серебряной торевтикой со сценами скифского эпоса и мифологии).
Этим временем поздней бронзы датируется крупнейшая из монументальных насыпей Швеции, «Курган конунга Бьорни» (Kung Bjorn Hog) в Хага (Haga), близ Уппсалы, сакральной столицы свеев; именно по нему получил свое прозвище конунг Бьорн Курганный (Bjorn vid Haugen), современник Ансгара. Курган, на котором в эпоху викингов восседал и отправлял суды и обряды конунг, имел высоту 9 м, диаметр 50 м и долгие века служил водным навигационным ориентиром. Под насыпью скрывалось богатое погребение по обряду сожжения, датирующееся IV периодом шведской эпохи бронзы: в камере из дубовых бревен, перекрытой внутренней каменной насыпью, находилось гробовище длиною 2,5 м. и в нем — останки и вещи, бронзовый меч с золотой обкладкой, позолоченные украшения и туалетный набор (Almgren 1981).
Переход к традиции полей погребений охватывает 800-400 гг. до н. э., одновременно маркируя границу эпохи бронзы и железного века (при безусловной этнокультурной непрерывности, как в лужицкой культуре Средней Европы, в недальнем соседстве на территории Скандобалтики, к югу от Балтийского моря). Расцвет нордической культуры этого времени, при смене обряда, понятен по кладам и жертвенным находкам с преемственно изменяющимся составом вещей. Развиваются, на предшествующей типологической основе, усложненные «барочные» формы вещей, распространяется новый стиль орнаментации, линеарный или «волнисто-ленточный».
Могильники традиции «полей погребений» закладываются обычно в стороне от старых, но иногда и поблизости. В областях севернее Сконе распространенный вид могилы — урны под низкими земляными или каменными насыпями (как позднее в ютландской группе культуры ясторф, бесспорно германской в этноязыковом отношении). В Сконе и прилегающих с запада и юга областях для этого времени типичны классические поля погребальных урн (иногда с каменными обкладками погребального сосуда, помещенного в неглубокую ямку могилы).
Асбю (Asby) в Средней Швеции — крупнейшее из исследованных ранних полей погребений (около 50 могил). Низкие насыпи с каменными венцами обычно отмечены в центре невысокой стелой bautasten («воздвигнутый камень» из необработанного, узкого и высокого куска гранита), с южной ее стороны под насыпью лежат сожженные кости и вещи кучкой.
Симрис (Simris) в Сконе — один из важнейших могильников Южной Швеции, действовавший в течение ряда веков, начиная с эпохи бронзы. Начальная фаза представляет собою поле погребальных урн, окруженных каменными венцами. Инвентарь сравнительно скромный, включает только т. н. «туалетные наборы» (пинцеты, бритвы, булавки), зато обилие оружия этого времени отмечено в кладах (как и для следующего периода). Поля погребальных урн эпохи бронзы-раннего железа характеризуют переходный период начальной истории Скандинавии, по завершении которого первые имена северных племен появляются в исторических источниках и на арене античного греко-римского мира.
Этим же временем в Швеции датируется свыше 15 «домковых урн», погребальных сосудов, имитирующих круглую хижину (10 из них — на Готланде, 4 — в Сконе, 1 — в Смоланде), интересных тем, что подобный обряд известен в Польском Поморье, в Средней Европе и этрусской Италии, указывая еще на одну линию «трансконтинентальных связей» северных племен Скандобалтики. В следующий период вместе с «домковыми» появляются еще более своеобразные и характерные «лицевые урны» той же традиции, распространяющиеся по трассе Этрурия—Гарц—Дания/Сконе/Борнхольм/Готланд (в Дании — лицевые урны «кимврского типа») — Восточное Поморье Польское (поморская культура лицевых урн).
