Юноша выглянул из-за угла соседнего дома и выстрелил по патрулькам, особо не целясь, лишь бы привлечь внимание. И как мог побежал вглубь узкого проулка. Полицейские среагировали, покинув экипажи, и бросились в погоню. Дело было сделано…
…Димка бежал порядка семи минут по неизвестной городской местности, минуя тесные переулки и заброшенные районы, не имея возможности в таком критическом состоянии оторваться от погони. Отряд полиции неустанно преследовал, не давая сбавить темп даже на секунду-другую. Он лавировал между тесно стоявших многоэтажек, перелезал через ограждения в надежде уйти от погони, но силы были на исходе. Копы оказались слишком настойчивыми.
“И кто-то ещё говорил, что полиция плохо работает! – мелькало в его. – Или они так именно за мной торопятся?! Чёрт побери! Не оторваться!” – скорость бега юноши падала с каждой секундой, в глазах мутнело от потери крови. Он спотыкался на кочках и выбоинах, падал на асфальт, раздирая кожу, беспорядочно цеплял мусорные баки и переполненные контейнеры. Горячий пот до щипоты заливал его безумные, больные глаза. Дыхание давно сбилось, как и второе после. Тело начинало заносить в стороны, ноги предательски заплетались в происходящем бешенном забеге за свободу и жизнь.
– Она пробегала здесь! Я вижу кровь! Быстрее! – слышались крики полицейских, бегущих позади.
Как же близко они были. Топот берцов и ботинок отдавался в Димкиной голове. Блики от многочисленных фонариков уже мелькали за углом, норовясь выцепить его убегающую фигуру.
Проулок. Ещё один. Юнец буквально врезался на повороте в висевшую у асфальта пожарную лестницу многоэтажки и упал. Подняв голову, увидел поржавевшие поручни. Спасение? Можно воспользоваться столь привлекательным шансом и забраться в многоквартирный дом, там же и затеряться! Однако, слишком очевидный манёвр… Наверняка сержант отправит парочку сотрудников по этому маршруту.
Тяжело дыша, юноша собирался быстро подняться на ноги, как увидел в нескольких метрах приоткрытый канализационный люк. Решение пришло моментально. Пользуясь форой в десяток секунд, он насколько мог поспешил залезть в канализацию. Едва скрывшись в кромешной тьме, дрожащими пальцами в изорванных перчатках из последних сил прикрыл железный тяжёлый круг. Сверху послышался топот десятков ботинок и раздражённый голос сержанта:
– Скорей! Скорей! Не дайте ей уйти!
– Сэр, здесь выдвинутая пожарная лестница!
– Так проверь её! Остальные – вперёд!
Димитрий, затаившись под канализационным люком, переводил дыхание.
“В любой момент копы могут оцепить всю ближайшую территорию… оставаться здесь нельзя.” – пропустив над собой бегущих сотрудников и даже парочку патрульных экипажей, которые, судя по всему, пытались взять его в клешни, он выждал с полминуты, собираясь выбраться наружу и сваливать в совсем другом направлении. Идеальный план побега.
Напрягшись с силами, чтобы приоткрыть люк и покинуть это жутко пахнущее место, юноша почувствовал, что тот совсем не поддаётся. Тогда он удобнее упёрся в металлический круг и толкнул уже на максимум своих возможностей, но тот не сдвинулся ни на дюйм… Осознание пришло моментально:
”Сука! Фараоны поставили тачку прям на этот ебучий люк! Если оцепят район, будет не уйти!" – его негодование было понятно, ведь всё складывалось против него. Он внезапно рассмеялся. Как-то истерично. Злобно.
– Ха-ха-ха-ха! Ха-ха-ха! Это пиздец. – и провёл грязной рукой по своей чёрной маске. – Нет, суки. Так просто я не дамся. Хотите поймать меня – ныряйте в это дерьмище.
Удерживаясь на лестнице, Димка расстегнул рюкзак и вынул фонарик. Нажал кнопку активации, но тот, зараза, как назло, забарахлил. Вот что значит некачественный инструментарий. Брать подобную электронику на задания – равно самоубийству. Но жаловаться сейчас нет никакого смысла, сам же выбирал что подешевле. Постучав по фонарю, с расчётом на то, что хуже уже не будет, посветил вниз и стал спускаться.
Канализация была подтоплена после продолжительных дождей. Видимо, стоки чистились в этом районе редко, а потому ноги юноши погрузились в грязную воду по самые колени. Вонь наполняла воздух так плотно, как желе. Но деваться некуда. Сдерживая рвотные позывы, Димитрий двинулся по мрачным туннелям искать другой выход на поверхность.
– Вот тебе и сходил на задание. Нужно оставить заметку – никогда, сука, не доверять Пиранье. Действовала бы она согласно плану… Всё вышло бы гладко, как киска после шугаринга, – бормотал юноша себе под нос. – Хотя, чего я жалуюсь… Жив и ладно. Только вот, – он посмотрел на свою раненую ногу, понимая, что, пробираясь сейчас по сточным водам, может подхватить инфекцию, а, возможно, и заражение крови, тогда точно не переживёт это приключение. – Боже, я, действительно, стал мягким. Бросился спасать эту дурочку. Мы едва знакомы, а я уже приписал её в круг близких знакомых. Что с тобой стало, Димитрий Кравцов? Какая муха укусила тебя?
Разговаривая с самим собой, Димка вдруг уловил эхо.
Пугающее. Неуместное. А именно – утробное рычание.
Зловещий низкий рык будто царапнул нутро мальчишки. Его сердце пропустило адреналиновый удар. А в горле образовался колючий ком. Посветив фонарём вперёд, он увидел развилку трёх сточных туннелей. Рычание слышалось из одного из них.
Димка сглотнул. Внезапно неуместный плеск сточной воды раздался позади. Он тут же развернулся и направил фонарик с пистолетом вглубь туннеля. Взгляд напряжён, максимально сосредоточен: “Неужели в канализации реально водятся аллигаторы?!” – вспомнилась ему одна из баек Нью-Йорка.
Он инстинктивно попятился назад, светя фонариком по водной глади. Плавающий под водой мусор, то и дело цеплял его ноги, вызывая мурашки и щекоча взвинченные нервы. Юноша по-настоящему испугался, что сейчас что-то схватит его за штаны и утащит во тьму.
Через десяток секунд, понимая, что пока никто не покусился на его жизнь, вроде как успокоился и взял себя под контроль. Развернулся и, посветив, осмотрел распутье канализационной системы. В одном из туннелей что-то мелькнуло. Что-то огромное. Димка тут же навёл в ту сторону ствол, сняв с предохранителя. Патрон уже давно был в патроннике.
– Хрррррр… – раздалось рычание.
Мурашки пробежали по телу юноши. Он моментально скользнул фонариком в сторону звука.
Никого.
Тихий вдох: "Может это галлюцинации? У меня жар. Возможно, я брежу в лихорадке…” – он стал успокаивать себя. Затем, сжав рукоять пистолета крепче, уверенным голосом крикнул в темноту:
– Эй! Либо уже сожри меня! Либо свали и не издевайся!
Стояла мёртвая тишина. Лишь опадающие со старой балки капли влаги нарушали подземное спокойствие.
– Похоже, правда, галлюцинации. Нужно успокоиться, – сказал Димка сам себе. – Скоро выберусь отсюда. Приму горячую ванну, трахну жёстко Анну, скину стресс. Всё будет в порядке. Сейчас нужно собраться и выскользнуть из полицейского окружения.
Он наугад выбрал один из туннелей на развилке и, опираясь рукой на влажную липкую стену, из последних сил пошёл вперёд.
В переутомлённых глазах всё расплывалось. Мутнело. Похоже, это был его предел. Очередной тяжёлый шаг, и обессиленный юноша стал падать лицом в сточные воды. Видимо, судьба уготовила ему умереть не от пули, а от утопления в канализации.
Но…
К недоумению его ускользающего сознания, вместо встречи тела с помоями он оказался в мощных когтистых лапах.
Туманный взгляд юношеских карих глаз скользнул по серым брюкам и белому медицинскому халату, что скрывали под собой мощное, дикое тело и крепкие конечности, а затем выше – на саму обладательницу столь несокрушимого облика. Это было нечто ужасное. Ярко-красные хищные глаза с рубцовым зрачком, вытянутая на сантиметров сорок чешуйчатая зелёная пасть, полная острейших клыков, и длинный узкий язык, как у ящериц.
– П-приснится же… – юноша, не веря увиденному, прикрыл глаза, потеряв сознание.
