class="p">
Я когда читала этот отрывок, очень сожалела, что не могу поговорить с Павлом. Только представьте себе, какой могла бы быть мировая литература, если бы у нас была возможность разговаривать с главными героями?! Мне так хотелось сказать ему: Паша, ты был честен, ты любил ее, заботился и отдавал, и теперь ты всего лишь теряешь человека, который не выбрал тебя — ее потеря значительнее… Ника Всю ночь Павел думает, как правильно поступить. Продолжать за нее сражаться или отпустить? Рассказать ей, кто в действительности ее новый возлюбленный, или промолчать? Моль медленно разгрызает грудь, и до самого утра разговаривая с собой, Павел решает, какое поведение достойно любящего человека.
В конце концов, раз любишь, думает он, должен отпустить.
«Я обязан уважать ее выбор и перестать тревожить! У нее новая жизнь. Она не хочет быть со мной, и это единственное, что мне нужно услышать...»
Когда его заводят в железную клетку, установленную в балагане роскошном дворце правосудия, бодрый и решительно настроенный адвокат тотчас подходит к Павлу и берется за прутья. До начала процесса остается еще несколько минут, и Добрый самарянин решает, что это хорошая возможность в последний раз все обговорить:
— Доброе утро, Павел! Ну как вы? Готовы? Не сомневайтесь, сегодня мы разнесем их!
— Я не буду ничего говорить…
— Почему?! Что-то случилось ночью?! Они пытали вас?
— Отчего вы не рассказали мне про свадьбу Ани? — Добрый самарянин на мгновенье оглядывается и смотрит на Макса, который в этот самый момент занимает место в первом ряду, аккурат с забавно усевшимся на скамью огромным слоном.
— Слушайте, я просто не хотел вас расстраивать. Вы сейчас очень ранимы, а нам нужно быть сосредоточенными! Что значит, вы не будете говорить? Неужели вы не хотите, чтобы справедливость восторжествовала?
— Вы не представляете, какая она была счастливая на видео! Я всегда мечтал, чтобы она была ровно такой! Понимаете, я ее очень люблю! Нет ничего важнее ее радости и спокойствия! Я не хочу делать ей больно, не хочу, чтобы она подумала, что я мщу или препятствую ее любви…
— Да какой любви, Павел?! Полгода назад она любила вас, теперь его. Простите, но когда она узнает, кто он — откажется от него так же легко, как бросила вас.
— Я увидел, что она любит его…
— Она не любит никого, кроме себя, и если вы для чего-то хотите, чтобы однажды эта женщина вернулась к вам — вам нужно быть сильным, а не отступать! Ей нужен победитель, а не пораженец. За решеткой должен быть Максим, а не вы!
— Я не проигрываю, просто раз она его полюбила — я не хочу свидетельствовать против него…
— Отлично! Это сделаю я! Послушайте, Павел, они уничтожат вас, и тогда уж точно не будет никакого шанса воссоединиться с любимой. Если вы любите ее, то просто обязаны дожить до момента, когда она поймет, что вы главный мужчина в ее жизни!
— Никогда она этого не поймет…
— Павел, я вижу, что вам сейчас очень больно, но это всего-навсего женщина! У вас впереди вся жизнь! Вы еще найдете прекрасную спутницу, которая будет действительно любить вас, а не сбежит, как только на горизонте появятся проблемы и неудобства. Я же все прочитал! Разве было что-то, что вы не готовы были исправить?
— Нет…
— Вот именно! Перестаньте винить себя! Не вы виноваты в том, что у вас такие родители, не вы виноваты в том, что избалованная женщина не оценила вас, не из-за вас пришли слоны! Заклинаю вас, будьте благоразумны! Нельзя губить собственную жизнь из-за изнеженной бездельницы!
— Вы ничего о ней не знаете! Она — самый прекрасный человек, которого я когда-либо встречал!
— Самый прекрасный человек нашел бы возможность поговорить с вами перед судом! Самый прекрасный человек, даже если захотел бы оставить вас, нашел бы смелость поговорить, а не попрощался бы письмом. Самый прекрасный человек не блокировал бы вас! Откройте же наконец глаза! Ей плевать на вас! Вы были для нее просто проходной интрижкой! Ей было скучно. Простите, я не хочу делать вам больно, но я ваш адвокат — моя цель защитить вас! Если сейчас вы отступите — значит, их план сработает! Хотите страдать — страдайте, но делайте это на воле, а не в тюрьме!
— Я не хочу ставить под сомнение ее любовь…
— У нее любовь перманентна, только мужчины сменяются, без пауз! Вы хотите, чтобы она была с мерзким человеком?
— Да, если с ним ей лучше, чем со мной…
Добрый самарянин пытается наскоро найти другие аргументы, но в этот момент его прерывают громкие слова: «Встать, суд идет!»
Маленький человечек в черной мантии, держа в руках десяток толстых папок, занимает свое важное место аккурат под гербом с двуглавым слоном. Заседающий судья здоровается, приветствует телезрителей, которые наблюдают за происходящим в прямом эфире, и начинает процесс.
Пока маленький человек говорит, камера показывает Павла, стоящего в клетке. Цепи сковывают его руки и ноги, а также соединены с заржавевшим ошейником, который защелкнут на шее. Зрители могут быть спокойны — обвиняемый не сбежит.
София сделала попкорн. Анна обнимает подушку и садится рядом.
«Отец выбрал совершенно идиотский галстук», — предвосхищая появление Александра, говорит его верная жена.
Судья проверяет явку сторон и устанавливает их личности. Кроме этого, он подтверждает, что оснований для переноса заседания нет.
Вслед за этим комичный старичок объявляет, какое дело рассматривается, и зачитывает обвинительное заключение. Судья спрашивает обвиняемого, признает ли он вину, и после долгой паузы, переглянувшись с адвокатом, Павел наконец говорит:
«Нет!»
«Ну, конечно!» — словно сериал, комментирует София.
«Понятно», — себе под нос бурчит старичок и предлагает перейти к исследованию доказательств. София увлекается, а Анне пока тревожно, но скучно.
Первыми выступают свидетели обвинения — так как родители не могут идти сами, их волокут полицейские. Пьяные родственники нужны, конечно, не для того чтобы прояснить ситуацию, но для того только, чтобы продемонстрировать телезрителям, что у этого парня проблемы с наследственностью. Мать Павла улыбается и что-то мямлит. Видно, что несмотря на полуобморочное состояние, к суду она готовилась и даже попыталась нарядиться. Все дорогие подарки, которые дарил сын, давно пропиты, поэтому вместо браслетов она обматывает руки красивыми лентами от подарочных упаковок — единственное, что не принимают в ломбарде. Отец то и дело проваливается в сон, поэтому полицейские постоянно толкают его.
Великий провокатор, Макс
