В 1996 году Соловей, после пятилетнего перерыва, вновь вернулась в кино: она получила приглашение российского режиссера Майи Меркель сыграть великую русскую балерину Ольгу Спесивцеву в полудокументальном фильме «Грация XX века».
В США Соловей не получила ни одного приглашения сниматься в кино, однако работала в нескольких театрах: у Аллы Кигель, у Александра Журбина в труппе «Блуждающие звезды». Название последнего театра не случайное: в труппе служат эмигранты из бывшего СССР. На спектаклях этого театра всегда аншлаги, однако выходит их не очень много — в год всего 5–6. Почему так мало? В США театр — предприятие дорогостоящее, надо иметь специальных агентов, которые будут заниматься гастролями, нанимать транспорт, заказывать гостиницу. У небольшой труппы «Блуждающих звезд» средств на это просто нет.
Елена Соловей рассказывает: «Кто-то из моих знакомых видел меня в одном спектакле и сказал потом, что ему было жалко, что я нахожусь в ситуации, не достойной моего таланта. И я поняла, что он имел в виду — он невольно сравнивал мои русские фильмы и этот спектакль. И сравнение было, конечно же, не в пользу спектакля. Но у меня, к счастью, когда я уезжала из России, не было никаких актерских амбиций, покорять Голливуд я не помышляла. А этот театр мне просто необходим как надежда, как мечта, как возможность актерской самореализации…»
В конце 90 х Соловей была занята в двух спектаклях «Блуждающих звезд»: «Айседора и Есенин» (роль Айседоры) и «Любовь артиста» (роль Жорж Санд). А в свободное от театра время она занималась преподавательской деятельностью — читала лекции по актерскому мастерству в Нью-Йоркском университете.
В одном из интервью тех лет актриса рассказывала следующее: «Английский я знаю не очень хорошо, и мне безумно трудно преподавать. Как можно объяснить сущность системы Станиславского языком, которого у меня нет? Помогаю себе жестами. Ведь я же актриса. Когда не могу подобрать нужное слово, обычно спрашиваю студентов: «Почему вы меня не понимаете? Ну почему? Ведь я вас понимаю». А они молчат. Только недавно студенты наконец признали меня. Понимаете, в Штатах все совершенно по-другому, нежели в наших институтах. Там тебя оценивают, а не ты ставишь оценки. Ведь за учебу каждый молодой человек платит деньги. Поэтому он вправе требовать хорошего преподавателя. В конце каждого года администрация составляет рейтинг преподавателей, исходя из которого узнает мнение студентов и решает: заключить контракт или нет. Если бы мои лекции были плохими, то я давно была бы безработной…
Здесь мы не стремимся преуспевать. Мне по-прежнему не нужен свой дом. В Америке, наверное, мы могли бы его купить, если бы напрягались. Напрягаться не хочется.
Меня устраивает, что я могу сидеть со своей внучкой. Играть в полулюбительском театре — пусть говорят, что спектакли там далеки от совершенства. А американцами, наверное, станут уже внуки…
Между тем меня и здесь до сих пор узнают на улице. Идешь по центру Нью-Йорка, услышишь русскую речь, обернешься и — «смотри, Лена Соловей идет»…
К тому времени дочь Соловей Ирина закончила двухгодичный колледж и одно время работала в адвокатской конторе помощником адвоката. Затем ушла в другую область — в нейропсихологию. Сын Павел занимался биологией.
В начале марта 1997 года Елена Соловей вновь посетила Москву. В Доме Ханжонкова, во время чествования обладательниц призов Веры Холодной, ей присвоили титул «самой грациозной».
В 2001 году Елена создала в США детскую творческую студию «Этюд», где занимаются дети от четырех до двенадцати лет. Они изучают русский язык, занимаются музыкой, живописью, танцем. Каждый год там выпускается музыкальный спектакль на русском языке, организуется выставка детских работ.
Иногда актриса снимается и в кино, хотя эти роли нельзя назвать значимыми.
В феврале 2007 года Елене Соловей исполнилось 60 лет. Так вышло, что этот юбилей актриса отметила на родине, в Санкт-Петербурге. Причем для юбилярши все вышло неожиданно. Продюсерский центр «Три столицы» пригласил ее принять участие в кинофестивале «Литература и кино» в Гатчине. Соловей после некоторых раздумий (ведь это была ее первая поездка на родину за 10 лет!) согласилась. А там ей внезапно устроили чествование, которое стало для актрисы приятным сюрпризом. Оно проходило в полуторатысячном кинотеатре, зал которого был полон. Как призналась журналистке Л. Зелинской сама Соловей:
«Я была счастлива встретиться со старыми друзьями, коллегами по театру и городом, в котором прожила столько лет. Да, уезжала я из Ленинграда, а приехала в Петербург… Многое, конечно, изменилось, но дорогие сердцу черты не исчезли… Я даже не ожидала столько тепла, внимания и любви. Это было настолько оглушительно, что я невольно расплакалась на вечере… Слава богу, никакого банкета не было. Но все было так искренне, что мне кажется, я помолодела на эти 10 лет, как будто пережила нечто похожее на любовь…»
Здравствуйте, я ваша Таня!
Татьяна Васильева (Ицыкович) родилась в Ленинграде 28 февраля 1947 года. Ее родители (отец родом из-под Пскова, мать — из Петербурга) познакомились в институте, где учились на экономическом факультете.
Когда началась война, отец Татьяны в числе первых добровольцев ушел на фронт. И в числе последних вернулся домой, весь искалеченный. В поисках работы по своей основной специальности — экономиста — обошел не один десяток учреждений, но его никуда не брали из-за национальности (он был еврей). Пришлось ему идти слесарем на завод. Жена нигде не работала, имея на руках двух дочерей (Татьяна была младшей).
Жила семья Ицыковичей в коммунальной квартире «у Пяти углов» (в квартире было сорок комнат, две из которых принадлежали им). Коридор был таким огромным, что маленькая Таня боялась по нему ходить.
Родители Татьяны были людьми творчески одаренными и любили искусство. В студенческие годы они играли в самодеятельном театре, при этом отец имел амплуа комика, а мама — героини. Однако мысли о том, чтобы всерьез посвятить себя искусству, у родителей Татьяны никогда не возникало. Не хотели они и того, чтобы их дети избрали своей профессией сцену. Но в семье, как говорится, не без «урода». Если старшая дочь с детства мечтала стать врачом, то Татьяна — сначала балериной, затем драматической актрисой. Зная, что родители не одобрят ее выбора, она после окончания школы в 1964 году тайком от них отправилась в Москву и подала документы во все творческие вузы. И самое удивительное — была принята во все, в том числе и во ВГИК. Однако там всех абитуриентов снимали на пленку, и Татьяна, впервые увидев свое лицо на широком экране, ужаснулась и решила с кинематографом свою судьбу не связывать. В итоге она оказалась в Школе-студии МХАТ.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
