– Конечно, Китти, но только тогда, когда вы избавитесь от своей пагубной привычки то и дело наступать мне на ногу.
– Не будь столь суровым, Фредди! – сказала Мэгги, уже начавшая расставлять стулья на прежние места. – Китти танцует весьма грациозно. Я бы ни за что не догадалась, что она никогда прежде не вальсировала.
Фредди, покачав головой, заметил:
– Если бы ты потанцевала с мисс Чаринг, то поняла бы…
– Фи! – воскликнула Мэгги. – Что за несносные вещи ты говоришь! А ведь ты помолвлен всего лишь три дня!
– Пустое, – испытывая угрызения совести, пробормотал Фредди и бросил мимолетный взгляд на мисс Чаринг.
Думая, что она не совсем правильно расслышала замечание брата, Мэгги собиралась переспросить, когда дверь открылась и Скелтон ввел в комнату мистера Веструтера.
Глава 9
Леди Букхейвен встретила позднего гостя с неподдельной радостью.
Мистер Веструтер, поднося ее руки к своим губам, произнес:
– Моя дорогая Мэгги! Не могу выразить словами приятное удивление от того, что застал вас дома. Надеюсь, это не вызвано легким недомоганием?
Опустив ее руку, мистер Веструтер насмешливым взглядом окинул присутствующих.
Было бы большим преувеличением сказать, что он не узнал мисс Чаринг в ее новых элегантных нарядах, но Китти с удовлетворением заметила мелькнувшее на его лице удивление. Брови Джека поползли вверх. Мужчина застыл на несколько секунд, прежде чем заговорил снова. Обычное насмешливое выражение вновь появилось на его лице.
– Примите мои искренние поздравления, Китти! – промолвил он. – Клянусь, я чуть было не отвесил глубокий, великосветский поклон неизвестной, модно одетой гостье моей кузины. Тебе очень повезло, Фредди.
Мистер Станден, встретивший появление мистера Веструтера с заметной неприязнью, произнес в ответ:
– Возможно… Ты выбрал очень неподходящее время для визита…
– Да, – согласился Джек, беря за руки Китти и отступив так, чтобы можно было лучше оглядеть девушку.
– Премило, Китти! Вы смотритесь словно новенький пятипенсовик. Это благодаря утонченному вкусу Фредди или вы подбирали себе наряды сами?
Небрежный тон, с каким он произнес эти слова, возбудил в мисс Чаринг сильное желание дать ему пощечину. Подавив в себе этот далекий от светскости порыв, девушка постаралась любезно ответить:
– Вы действительно так считаете? Я весьма признательна, но свои комплименты вам следует адресовать Мэгги, а не Фредди.
– Мои комплименты, Мэгги, – сказал он, отпустив руки Китти и поворачиваясь к леди Букхейвен. – Вам повезло, мой милый маленький игрок.
Мэгги, взяв протянутый им пакет, издала возглас восхищения.
– Я знала, что она должна была выиграть, – сказала девушка. – Очень признательна вам, Джек. Надеюсь, я вас не разорила.
– О, вы оставили меня без средств к существованию. Теперь я должен либо объявить себя банкротом, либо приставить пистолет к виску и спустить курок. Не знаю, что предпочесть.
Она рассмеялась.
– Мне жаль… Фредди! Только вообрази! Сегодня в скачках участвовал конь по кличке Мандарин. Джек уверял меня, что он не выиграет. Какая чепуха! Как Мандарин может не выиграть, если мой супруг сейчас едет в Китай?
Фредди, склонный осудить этот внезапно возникший интерес к ипподрому, собирался в нескольких словах высказать сестре свое братское мнение на сей счет, когда его прервала мисс Чаринг, с живостью воскликнув:
– Джек! Я должна вам кое-что показать. Это подарил мне Фредди. Правда, великолепно? Лучшего подарка и придумать нельзя.
Мистер Веструтер поднес к глазам лорнет и взглянул на сережки. Трудно было вообразить более вежливый тон, чем тот, которым он выразил свой восторг украшением; но Китти заметила легкое изумление, промелькнувшее в его взгляде, и была довольна тем, что, какие бы подозрения Джек не испытывал, поступок Фредди его, по крайней мере, озадачил.
Внесли поднос с чаем.
Мэгги пригласила мистера Веструтера остаться с ними почаевничать, на что тот с усмешкой ответил:
– Я просто не осмелюсь докучать Фредди. У меня сложилось впечатление, будто мой дражайший кузен только и думает, когда я откланяюсь. Не понимаю, почему он столь суров по отношению ко мне? Дорогой кузен! Надеюсь, мой приход в столь неурочный час не натолкнул тебя на ошибочную мысль касательно бесчестности мотивов моего визита в этот дом.
– Боже правый! – воскликнула мисс Чаринг, желая разрядить обстановку. – Как будто Фредди столь наивен! Уверяю вас, вы можете приходить сюда в любое удобное время, и единственное, что скажет вам всякий обитатель этого дома: «А вот и наш Джек!»
Девушка тотчас же пожалела о своих словах, потому что мистер Веструтер, одобрительно взглянув на нее, промолвил:
– Неплохо сказано, Китти!
Потом джентльмен, к немалому смущению мисс Чаринг, принялся расспрашивать, когда он должен преподнести им свадебный подарок. Узнав от Китти, что день бракосочетания пока не определен, мистер Веструтер воскликнул:
– Ой, совсем из головы вылетело! Вы же не объявили о помолвке! Хотел бы я знать, почему держите ее в тайне? Я долго ломал над этим голову, но так ни к чему и не пришел.
К удивлению Китти, мистер Станден поспешил ей на помощь.
– Дело в кори, – сказал Фредди. – Мама хочет дать вечер в честь Китти, но не может сейчас из-за болезни детей. Лучше будет несколько недель подождать.
– А-а-а… – протянул мистер Веструтер. – Как же все просто! А я не додумался… Где вы собираетесь провести медовый месяц?
– Мы… мы еще не решили, – ответила Китти.
– Нет, решили… Поедем в Париж, – подал голос Фредди и, помедлив, добавил: – Китти хочет повидаться со своей французской родней.
– Моя дорогая Китти! Почему же вы мне сразу не сказали? – немного удивленно спросил мистер Веструтер. – Я и не подумал об этом вполне естественном желании. Надеюсь, еще не слишком поздно исправить мою оплошность. У меня есть все основания полагать, что один из ваших французских родственников сейчас в Лондоне. Если вы не против, то я приведу его сюда. Он понравится вам. Это человек нашего круга, к тому же весьма обаятельный. Дорогая Мэгги! Вынужден откланяться. Уже одиннадцатый час, а я обещал быть у Роклифов не позднее половины десятого. Мне следует поторопиться, иначе я прослыву человеком непунктуальным до эксцентричности. Целую ручку, милая Мэгги! Целую щечку, милая Китти! Не краснейте. Это глупо. Я ведь был вашей первой девичьей любовью, поэтому Фредди не станет обижаться.
Краска бросилась девушке в лицо, но она все же, слегка заикаясь, произнесла:
– Д-да, Фредди обижаться не с-станет… Вы, Джек, похожи на р-романтичного героя любой школьницы…
Веселые чертики заплясали в глазах мистера Веструтера.
– О, предательница… – дурачась, произнес он.
Потупив взор, Китти торопливо спросила:
– О каком родственнике вы только что говорили?
– О шевалье д’Эвроне. Вы можете на меня всецело положиться. Я расскажу ему о вас.
Мистер Веструтер, вполне дружелюбно кивнув Фредди, удалился.
– Кто бы это мог быть? – задумчиво проговорила Китти. – Никогда о нем не слышала.
– Если бы вы спросили меня, – с мрачным скептицизмом в голосе произнес Фредди, – то я бы сказал, что этот шевалье вполне может оказаться мошенником, обделывающим здесь свои темные делишки.
– О чем ты? – удивилась Мэгги. – Фредди сказал, что шевалье – человек нашего круга.
– Больше его слушайте, – ответил мистер Станден. – Коль Джек не считает его мошенником и фальшивым аристократом, это еще не значит, что он прав. Я знаю Джека лучше вас. Если этот его шевалье вдруг оказался родственником Китти, то, скорее всего, француз замыслил поживиться за чужой счет. – Заметив, что его слова немного встревожили и даже обидели мисс Чаринг, Фредди поспешно добавил: – Не надо принимать сказанное мной так близко к сердцу. Подобные вещи встречаются везде. В каждой семье есть такие люди. В нашей тоже… Если не верите, спросите у Мэгги.
